Студопедия

КАТЕГОРИИ:


Архитектура-(3434)Астрономия-(809)Биология-(7483)Биотехнологии-(1457)Военное дело-(14632)Высокие технологии-(1363)География-(913)Геология-(1438)Государство-(451)Демография-(1065)Дом-(47672)Журналистика и СМИ-(912)Изобретательство-(14524)Иностранные языки-(4268)Информатика-(17799)Искусство-(1338)История-(13644)Компьютеры-(11121)Косметика-(55)Кулинария-(373)Культура-(8427)Лингвистика-(374)Литература-(1642)Маркетинг-(23702)Математика-(16968)Машиностроение-(1700)Медицина-(12668)Менеджмент-(24684)Механика-(15423)Науковедение-(506)Образование-(11852)Охрана труда-(3308)Педагогика-(5571)Полиграфия-(1312)Политика-(7869)Право-(5454)Приборостроение-(1369)Программирование-(2801)Производство-(97182)Промышленность-(8706)Психология-(18388)Религия-(3217)Связь-(10668)Сельское хозяйство-(299)Социология-(6455)Спорт-(42831)Строительство-(4793)Торговля-(5050)Транспорт-(2929)Туризм-(1568)Физика-(3942)Философия-(17015)Финансы-(26596)Химия-(22929)Экология-(12095)Экономика-(9961)Электроника-(8441)Электротехника-(4623)Энергетика-(12629)Юриспруденция-(1492)Ядерная техника-(1748)

Дидактическая поэзия как жанр от Гесиода до Лукреция




Античные писатели о Гомере.

КОЛЛОК!!!

Дидактическая поэзия, по старинной теории поэзии, вид поэтич. творчества, имеющий целью поучать, доказывать полезность какого-л. предмета в стихотворной форме. Первые образцы Д. поэзии у древних греков - Гесиод (поэма его «Труды и дни») и др. философы, математики, астрономы, излагавшие свои труды стихами. У римлян - Вергилия «Георгики», Горация «Ars poetica» и друг.

Уже на ранних этапах эпохи античности большое значение придавалось не только развлекательной, но и дидактической функции поэзии. Художественная структура и стиль дидактической поэзии восходят к героическому эпосу. Основными размерами были первоначально дактилический гекзаметр, позднее элегический дистих. В силу жанровой специфики круг тем дидактической поэзии был необычайно широк и охватывал различные научные дисциплины, философию, этику. К другим образцам дидактической поэзии следует отнести произведения Гесиода (7-8 вв до н.э.) «Теогония» — эпическую поэму об истории происхождения мира и богов — и «Труды и дни» — поэтическое повествование о земледелии, содержащее значительный дидактический элемент. В 6 в. до н. э. появились дидактические стихотворения Фокилида и Феогнида; такие философы, как Ксенофан, Парменид, Эмпедокл, излагали в поэтической форме свои учения. В 5 в. не поэзия, а проза заняла ведущее место в дидактической литературе. Новый подъем дидактической поэзии начался в период эллинизма, когда показалось заманчивым применить художественную форму для изложения научных идей. Выбор материала определялся не столько глубиной познаний автора в той или иной области знания, сколько его стремлением рассказать как можно подробнее о малоизученных проблемах: Арат (дидактическая поэма «Явления», содержащая сведения об астрономии), Никандр (2 дидактических стихотворения о средствах против ядов). Примерами дидактической поэзии являются поэмы о строении земли Дионисия Периегета, о рыбной ловле — Оппиана, об астрологии — Дорофея Сидонского. Еще до знакомства с греческой дидактической поэзией у римлян существовали собственные дидактические произведения (например, трактаты по сельскому хозяйству), однако на них рано оказали влияние художественные средства греческой дидактической поэзии. Появились латинские переводы эллинистических авторов (Энний, Цицерон). Наиболее крупными оригинальными произведениями являются философская поэма Лукреция Кара «О природе вещей», представляющая собой изложение материалистического учения Эпикура, и эпическая поэма Вергилия «Георгики», в которой он, учитывая бедственное состояние сельского хозяйства Италии вследствие гражданской войны, поэтизирует крестьянский уклад жизни и восхваляет труд земледельца. По образцу эллинистической поэзии написаны поэма Овидия «Фасты» — поэтический рассказ о старинных обрядах и сказаниях, вошедших в римский календарь, — и его вариации на эротическую тему, содержащие элемент дидактики. Дидактическая поэзия использовалась также для распространения христианского вероучения: Коммодиан («Наставления язычникам и христианам»). Жанр дидактической поэзии существовал вплоть до нового времени. В Византии для лучшего запоминания многие учебные пособия были написаны в стихотворной форме.

В дидактическом эпосе отражается новый этап развития общества. На смену героическому эпосу, который отражает племенные отношения, приходят произведения, свойственные для предгосударственного этапа развития социума, когда община разлагается, появляется имущественное неравенство.

Гесиод впервые в истории европейской лит-ры рассказывает свою биографию.

Родился в Беотии. это сельскохозяйственная часть Греции. Самые плодородные почвы. Беотия – место, где живут простаки, так считали все греки. Отец Гесиода – купец. Брат – Перс (имя такое), хитрый, мелочный. Он подкупает судей и отнимает у Гесиода землю, которую отец по наследству передал ему. Но Перс оказался умён только в аферистских делах. Он не умел обращаться с землёй и в короткий срок промотал всё наследство. И тогда он обратился к Гесиоду за помощью. Гесиод, само собой злорадствует, и пишет огромную поэму, дабы унизить брата и показать ему, как нормальные люди обращаются с наследством. Поэма написана в поучительном тоне.

Поэма эта – образец дидактического эпоса, развивает несколько тем. Первая тема (1 - 380) построена на проповеди правды, со вставкой эпизодов о Прометее и о пяти веках. Гесиод говорит об обязанности сильных уважать правду: тут - апофеоз труда и справедливости. Вторая, основная тема (380 - 764) посвящена полевым работам, земледельческим орудиям, скоту, одежде, пище и пр. В этих стихах говорится о счастливых и несчастных днях для работы (так, например, на 13-й день нельзя начинать сева, но для посадки растений этот день хорош). Вся поэма пересыпана разнообразными наставлениями, рисующими перед нами образ крестьянина, скопидома в душе, знающего, как и когда можно выгодно устроить свои хозяйственные дела, сметливого, дальновидного, расчетливого, которого трудно провести. Начинает он с обзаведения домом, женой и коровой, любит он во всем "порядок и точность" (471); батраки и батрачки у него всегда бездетные, так как "прислуга с сосунком неудобна" (603); жену надо выбирать не сластену, работящую (695 - 705); надо трудиться, чтобы была хорошая репутация; и Гесиоду тоже хочется быть богатым, так как "взоры богатого смелы" (303 - 319). Словом, это типичный скопидом со своей моралью, возводимый обязательно к божественному авторитету, со своей, как мы теперь сказали бы, "мещанской" идеологией, не идущей дальше устроения ближайших хозяйственных дел, и со всем ассортиментом добродетелей, когда здоровая, работящая и расчетливая хозяйка в качестве жены уже бесконечно превосходит по своей ценности, честности и красоте всех эпических Пентесилей, Медей, Навсикай и Андромах. Гесиод очень консервативен и по своему умственному горизонту весьма узок. Это делает образ его мыслей в значительной мере патриархальным, неповоротливым и слишком расчетливым, практическим. Поэтому его классовый антагонизм с царями и судьями, "пожирателями даров", в сущности говоря, есть явление временное и в значительной мере для самого Гесиода случайное. На почве предпринимательской ему будет нетрудно договориться с аристократами, в особенности когда эти последние сами начнут втягиваться в растущую денежную и торгово-предпринимательскую культуру. «В поэме выражены общественные настроения сельских тружеников, угнетаемых родовой аристократией (фраза из лит. энциклопедии 1948 г). Отсюда - обличение социального неравенства, возведение идеи справедливости в высший этический принцип, воспевание труда как основы жизни». Наряду с практическими советами по сельскому хозяйству, отражающими жизненный опыт и суеверия сельских жителей, даны художественные описания природы, меткие пословицы, притчи.

Стиль Гесиода - противоположность роскоши, многословию и широте гомеровского стиля. Он поражает своей сухостью и краткостью. Часто изложение сводится к простому перечислению имен и браков.

Сводить, однако, стиль Гесиода только к этим серым тонам не приходится. Гесиод очень наблюдателен и дает порой довольно живые картинки. Рисуя пахотные работы, он говорит о том, как хозяин берег за рукоятку плуг, как он погоняет кнутом быков, как сзади идет раб-мальчик и несет мотыгу, как бросает зерно и пр. ("Труды", 456 - 472). При том практическом, прозаическом отношении к природе, которое у Гесиода на первом плане, у него встречаются и черты некоторой поэзии: он наблюдает прилетающих и отлетающих птиц, времена года, звуки кукушки и пр. Он замечает весенний лист смоковницы и след лапки вороны ("Труды", 679), живописует суровую зиму в Беотии, когда земля покрывается корой от жестоких морозов. Борей шумит по лесам и равнинам, стонут деревья от ветра, дикие звери прячутся по норам, обитатели леса, щелкая зубами, прячутся в лесной чаще, и, сгорбившись от холода, люди спешат укрыться в тепло (504 - 535). Летом у Гесиода людей "опаляет зной". Кончивший свои работы крестьянин подставляет голову ветру и глядится в прозрачный источник (528 - 596). У Гесиода сухое перечисление имен в "Теогонии" полно очень интересными мифологическими образам и целыми картинами. Так, например, описание порождений Ехидны и Тифона дано очень выразительно. Очень ярки описания борьбы Зевса с Титанами (665 - 720) и с Тифоном (820 - 858). Занимателен рассказ о Гее, которая, являясь самым древним божеством, как бы руководит всем теогоническим процессом. Наконец, особое внимание надо обратить у Гесиода на миф о пяти веках и о Прометее. По Гесиоду, вся мировая история делится на пять периодов: золотой век, серебряный, медный, героический и железный ("Труды", 109 - 201). Уже самое название этих веков свидетельствует о тяготении Гесиода к прошлому. Помещение героического века между медным и железным указывает на то, что более ранние века, чем героический, были и более счастливые и что теперешний век, железный, самый плохой. Гесиод не жалеет красок для обрисовки человеческого падения, которое происходит в железный век. Здесь все друг другу чужие: дети родителям, брат брату, хозяин гостю, товарищ товарищу. Здесь все построено на наживе и насилии, и сам Гесиод предпочитал бы не жить в этом веке. В социально-историческом отношении этот отрывок чрезвычайно важен, так как рисует распадение родственных связей и начало классового общества, где действительно все являются врагами друг другу. Образ Прометея дан и в "Теогонии", и в "Трудах и днях".

В первой поэме (521 - 5645, 613 - 616) мы находим сообщение о тяжбе олимпийцев с людьми; рассказ о том, как отнял Зевс у людей огонь и как похитил огонь для них Прометей, прикованный за это к скале, об орле и об освобождении Прометея Гераклом; тут же (565 - 591) говорится и о Пандоре, которую Гефест делает из глины, как ее одевает Афина, и о венце работы Гефеста. Необходимо добавить, что Прометей Гесиода не имеет ничего общего со знаменитым Прометеем Эсхила. Он изображен обманщиком, и Гесиод явно его осуждает. В социально-историческом отношении гесиодовский Прометей тоже небезынтересен: земледелец Гесиод не любит ремесленников и потому рисует Прометея, покровителя всякого ремесла, весьма отрицательно. Миф о Пандоре свидетельствует о том плохом отношении к женщине, которое водворилось еще раньше в связи с патриархатом и которое в классовом обществе только усилилось.

По стилю обе главные поэмы Гесиода - эпос со всеми его отличительными чертами (гекзаметр, стандартные выражения, ионийский диалект). Однако эпос здесь не героический, но дидактический: ровное эпическое повествование прерывается неведомым Гомеру драматизмом мифологических повествований, а язык обнаруживает и всякого рода простонародные элементы, традиционные формулы оракулов и вполне прозаическую мораль. Гесиод переполнен противоречиями в своей идеологии и в своем художественном стиле, но они понятны и воспринимаются как органическое целое, как только мы представим себе бурную эпоху развала родовой общины, отраженную в произведениях этого первого исторически реального поэта древней Греции.

Солон. кроме полит. пр-ий, большая элегия К САМОМУ СЕБЕ стремления и судьбы людей рассматр-ся убежден в пагубности неправых поступков и несправедливо нажитых богатств, в том, что божественное возмездие постигает рано или поздно самого виновника или его потомков; но рядом с этим он видит, что даже благие усилия зачастую не приводят к желанному результату и не предохраняют от несчастья. Более того, самые законные человеческие желания, как например стремление к богатству, легко превращаются в ненасытность, за которой следует карающая «беда». Божество, по мнению Солона, незримо выравнивает нарушения «меры», но, как сказано в одном из фрагментов, «мысль бессмертных богов скрыта от людей», «Самое трудное», говорится в другом фрагменте, «это — найти невидимую меру разумения, которая только и содержит в себе пределы всех вещей». Нонет пессимизма. Он принимает жизнь с ее трудами, уроками и утехами.

Феогнид (Theognis или Theugnis), из Мегары, VI в. до н.э., греческий поэт. О жизни самого Феогнида нам известно не многое. Аристократ по происхождению и убеждениям, он жил в период крупных общественных перемен и долгой борьбы за власть, которая уже бесповоротно ускользала из рук старой родовой аристократии. Заклятый враг демократии, Феогнид вынужден был покинуть Мегару и удалиться в изгнание.

Под именем Феогнида сохранился сборник элегий: около 1400 стихов, разделяемых на две неравные части: 1280 стихов – наставления любимцу Феогнида, Кирну, и около 150 стихов – любовная элегия. Довольно трудно установить, какие из них и вправду являются произведением Феогнида, а какие написаны другими поэтами (Мимнермом, Солоном, Тиртеем). Достаточно часто встречаются повторения, а иногда и противоречия.

Сборник, сохранившийся под именем Феогнида, открывают три обращения: к Аполлону, Артемиде, Музам и Харитам — богиням красоты. До сих пор не удалось ни выявить композиционные принципы сборника, ни разделить его на отдельные элегии. Предположительно это конгломерат различных сентенций и произведений. Тематически в нем можно выделить три основные группы мотивов. Наиболее отчетливо прослеживается цикл элегий, адресованных молодому аристократу Кирну. Феогнид излагает ему унаследованный от предков моральный кодекс аристократа, верного идеалам своего класса. В основе кодекса лежит деление всех людей согласно их происхождению на «хороших, благородных», то есть аристократов, и «злых, подлых», к которым относятся все остальные. Здесь еще нет представления о надклассовой этике. В соответствии с этой терминологией, все пороки и недостатки Феогнид механически приписывает «злым», а всю полноту достоинств и добродетелей — «добрым». Первая заповедь аристократа — держаться вдали от «подлых» и общаться исключительно с аристократами. Нужно переждать злые времена демократического правления до того часа, когда придет избавитель и вернет старый порядок. В одной из элегий к Кирну Феогнид вписал собственное имя, то есть отметил ее «личной печатью» (sphragis), которая должна была сохранить для потомства имя автора элегий и предотвратить изменение их содержания. К этой группе мотивов тесно примыкает следующая, прозванная «жалобами аристократа». Она состоит из разбросанных по всему сборнику сетований на трудное материальное положение, просьб к Зевсу о помощи, жалоб на новых правителей государства, аллегорически представленного в образе ладьи, управляемой нерадивыми моряками, которую носит по морю. Спасти государство Феогнид призывает не только аристократов, но и «разумных подлых». И наконец, третью группу составляют застольные мотивы: дружба, правила употребления вина, любовь, молитвы перед пиром и во время него, а также застольные политические беседы, в том числе угроза набега мидян. Отдельные элегии сборника, сохранившегося под именем Феогнида, пели в Аттике во время пира на протяжении многих десятилетий VI и V вв. до н.э. как сколии. Многие античные писатели цитировали Фиогнида как моралиста, среди них Платон, Ксенофонт, Аристотель.

Так как у Феогнида наставлений еще больше, чем у Солона, то ими впоследствии пользовались при составлении нраственно-поучительных сборников. Таким сборником является Феогнидовский, в котором попадаются стихи Тиртея, Мимнерма, Солона, Архилоха и других. В частности, едва ли принадлежат Феогниду стихи любовного содержания ввиду их слишком специфического характера. Считается, что эти стихи были внесены уже после IV в. н. э. Время появления сборника Феогнида, переделывавшегося, по-видимому, много раз, определить трудно, во всяком случае он составлен не позже V-IV вв. до н. э., так как об этом свидетельствуют цитаты Стобея (V-VI вв. н. э.) из Феогнида.

Очень трудно уловить в сборнике Феогнида последовательность мысли, поскольку здесь собраны самые разнообразные и часто не связанные между собой изречения и наставления.

Если отметить сначала то, что является более или менее обычным, но для Феогнида неспецифическим, то в его стихах находим призыв к скромности и благоразумию (благоразумие – дар богов, так что счастлив тот, кто обладает этим даром), призыв к почитанию богов, советы избегать общества дурных людей, разумно выбирать друзей, не доверять людям, даже родственникам, хранить дружбу, помогать в беде и сохранять старые порядки.

Особенностью Феогнида является его необычайно страстный и в то же время мрачный аристократический образ мыслей. Это - проповедник насилия и жестокости, даже ненависти ко всем этим "грузчикам" и "корабельной черни". Он хочет "крепкой пятой придавить неразумную чернь, пригнуть ее под ярмо". Однако и к "благородным" он относится не лучше. "Благородные" погрязли в жадности и денежном фетишизме. Феогнид осуждает браки аристократов с "низшими" людьми ради денег, считает, что рабство существует от природы. Он с жаром воспевает наслаждение мщением.

Для себя он оставляет честь, золотую середину, почитание богов и Правды. Это не мешает ему бросать гордый вызов Зевсу, допускающему большое зло на свете. Его пессимизм доходит до отчаяния как пассивного ("Вовсе на свет не родиться – для смертного лучшая доля"), так и активного ("Нет, не отдамся врагам! В их ярмо головы не продену! Пусть даже Тмола хребет рухнет на шею мою! ")

Таким образом, в Феогниде бурлят ярость и злоба, отчаяние, месть и наслаждение от мести, презрение к рабу за бесчестие и предательство, презрение к аристократам за их неблагородную страсть к деньгам, мрачное упоение злобой.

Таким образом, в лирике Феогнида общественная идеология соединяется с глубоким личным волнением.

Четкая антидемократическая идеология Феогнида, его неумолимая последовательность в политических выводах, продуманность и прочувствованность всех последствий гибели аристократии – все это заставляет относить Феогнидовский сборник уже не к VII и не к VI вв., но по крайней мере к V в. до н.э.

Тит Лукреций Кар (Titus Lucretius Carus) (ок. 95–55 до н.э.) – римский поэт и философ, последователь Эпикура.

Все, что известно о жизни Лукреция, сводится к сообщению св. Иеронима, который, по всей вероятности цитируя Светония, говорит: «Опоенный любовным зельем, Лукреций лишился разума, в светлые промежутки он написал несколько книг, позднее изданных Цицероном, и лишил себя жизни».

Лукреций является одним из первопроходцев в области латинского стихосложения. Он перенял и развил латинский гекзаметр эпического поэта Энния (239–169 до н.э., ср. I 117–119), у него же заимствовал некоторые архаические обороты речи и традиционную фразеологию героической поэзии. Лексикой и техникой Лукреций отчасти обязан и Явлениям Арата (в переводе Цицерона). Возможно, были и другие образцы, о которых исследователям его творчества ничего не известно.

Несмотря на скудость достоверных сведений о судьбе Лукреция, его жизнь и творчество интересовали не только современников. Цицерон, в письме брату Квинту, написанном в феврале 54 до н.э., упоминает его поэму О природе и признает в ней «многие проблески гения, но также и немалое искусство». Античные комментаторы признавали влияние Лукреция на Вергилия. Позднейшие поэты античности, выражавшие восхищение Лукрецием, как это делали Овидий (43 до н.э.–17 н.э.) и Стаций (ок. 45–96 н.э.), тем не менее в качестве поэтического образца избирали Вергилия. История безумия и самоубийства Лукреция легла в основу поэмы Теннисона Лукреций (Lucretius, 1868); вне всякого сомнения, поэма О природе оказала влияние на Гете и Вольтера, ее воздействие прослеживается в современной европейской литературе (особенно в английской – от Э.Спенсера до А.Э.Хаусмана).

Поэма О природе является самым пространным из дошедших до нас изложений философии Эпикура (ок. 340–270 до н.э.).

В шести книгах поэмы Лукреций последовательно освещает космологические воззрения, в т.ч. учение об атомах и пустоте как первоначалах, о спонтанном отклонении атома, концепцию множественности миров, опровергает идеи провидения и участия богов в создании Вселенной, критикует представления о бессмертии души и переселении душ и называет страх перед смертью ничтожным. Душа материальна, поэтому погибает вместе с телом, и смерть для нее – лишь избавление от страданий. В пятой книге Лукреций воздает хвалу Эпикуру как герою-благодетелю, освободившему людей от суеверий, страха перед богами и смертью и тем самым указавшем людям истинный путь к счастью. В поэме также содержится концепция развития природы и человеческой культуры, в основе которой лежит понятие «нужды», что полемически направлено против идей о провиденциальном руководстве со стороны богов.

Идеи Лукреция оказали значительное влияние на развитие материалистических философских учений эпохи Возрождения и Нового времени.

22. Отражение распада родовой общины и формирование нравственных норм в поэме Гесиода «Работы и дни».

См. предыдущий вопрос.

не стремится к реформам, старается упорядочить, закрепить традиц. взгляды на божеств. миропорядок. выдвигая на 1 план нравств моменты. пр-ия символизируют о начинающейся ломке традиц мировоззрен, идеологич сдвиге, происход. в период распада родового общ-ва.

«Работы и дни». Она написана в форме «увещания», обращенного к брату поэта Персу, который вел с Гесиодом тяжбу о наследстве, выиграл ее с помощью «царей-дароядцев» и затем, обеднев, имел намерение завести новую тяжбу. Такие «увещания» с мотивирующими их надобность повествовательными моментами хорошо известны нам из литератур древнего Востока (например из египетской литературы).[1] Несправедливые притязания Перса и его бедственное положение служат у Гесиода предлогом для развертывания целого кодекса нравственных правил и хозяйственных наставлений. Гесиод убеждает Перса не рассчитывать на неправду и советует искать обогащения в труде. Однако разработка темы «справедливости» и «труда» выходит далеко за пределы предполагаемого судебного процесса, и обращение и Персу является лишь формой, обычной для жанра «наставлений»: в действительности поэма Гесиода рассчитана на гораздо более широкую аудиторию.

Миросозерцание Гесиода сурово. Беотийское крестьянство страдало от малоземелья, задолженности, притеснений со стороны знати, было расщеплено конкуренцией и взаимным недоверием.

Условия жизни все ухудшаются; эта мысль иллюстрируется двумя мифами — о том, как женщина Пандора, посланная людям Зевсом в наказание за то, что Прометей похитил для них огонь, открыла сосуд с бедствиями и выпустила их на волю, и о пяти «родах» людей, последовательно сменявших друг друга на земле. Золотой «род», не знавший ни труда, ни горестей, сменился серебряным, серебряный — медным. За медным поколением по мифу должно было бы непосредственно следовать железное, но Гесиод вводит между ними еще поколение героев, связывая таким образом фигуры героического эпоса с мифом о смене поколений. Но время героев также относится к области минувшего, как и золотой век; сам Гесиод ощущает себя принадлежащим к пятому, железному «роду» людей, который теряет все привычные нравственные устои и движется к своей гибели.

Произвол знати Гесиод изображает в притче о ястребе и соловье, обращенной к «царям». Ястреб держит соловья в когтях и обращается к нему с речью: Разума тот не имеет, кто меряться хочет с сильнейшим: \Не победит он его, — к униженью лишь горе прибавит!»

О политической борьбе против родовой знати Гесиод даже не мечтает. находится в преддверии революционного движения VII — VI вв., которое сломило мощь аристократии во всех передовых областях Греции, но движение это было возглавлено не крестьянством, а нарождающимися рабовладельческими элементами города, и вовсе не коснулось отсталой Беотии. Гесиод угрожает «царям-дароядцам» лишь божественным возмездием, гневом Зевса, карающего за насилие и неправедный суд. Образ Зевса приобретает у Гесиода черты всемогущего божества, блюстителя справедливости: по земле бродит тридцать тысяч «бессмертных стражей»; они, вместе с «девой Правдой», сообщают Зевсу о неправых поступках людей.

Гесиод консервативен и не ищет путей изменения социального строя; цель наставлений — показать, каким образом при существующих условиях небогатый человек может честно достигнуть благосостояния и почета. В образных афоризмах Гесиод рисует трудолюбивого крестьянина, расчетливого, бережливого, строящего свои отношения с людьми на основе строгой взаимности услуг, благочестивого в расчете на ответную благосклонность богов.

Жениться он советует в тридцатилетнем возрасте на молодой девушке, которую легко обучить «благонравию»; следует иметь не: больше одного сына, чтобы не дробить земельного участка.

Важнейшим средством к обогащению является у Гесиода земледельческий труд. Труд этот должен быть систематическим и упорядоченным:

Гесиод разбирает одну за другой все работы земледельческого года, начиная с осеннего посева, указывает сроки этих работ; указания хозяйственного и технического порядка перемежаются с нравственными сентенциями и описаниями природы в различные времена года.

Другим источником обогащения может служить морская торговля

Заключительная часть поэмы представляет собой рассмотрение «-дней». Здесь излагаются поверья, связанные с определенными числами месяца, рассматривавшимися как «счастливые» или «несчастливые» для различных работ. Наличие этой заключительной части отмечено в традиционном заглавии поэмы (вряд ли восходящем к самому автору): «Работы и дни».

Размышления и наставления Гесиода группируются, таким образом, вокруг нескольких тем: установленные богами условия человеческого существования, справедливость и насилие, труд земледельца, мореплавание, «дни». гексаметром, имеет в своем распоряжении богатый запас выразительных средств, выработанных эпической традицией; архаический язык эпоса с его «постоянными» эпитетами и формулами придает некоторый характер торжественности моральному пафосу «Работ и дней» и той «истине», которую поэма возвещает.

 




Поделиться с друзьями:


Дата добавления: 2015-04-23; Просмотров: 2530; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы!


Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет



studopedia.su - Студопедия (2013 - 2024) год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! Последнее добавление




Генерация страницы за: 0.051 сек.