Студопедия

КАТЕГОРИИ:


Архитектура-(3434)Астрономия-(809)Биология-(7483)Биотехнологии-(1457)Военное дело-(14632)Высокие технологии-(1363)География-(913)Геология-(1438)Государство-(451)Демография-(1065)Дом-(47672)Журналистика и СМИ-(912)Изобретательство-(14524)Иностранные языки-(4268)Информатика-(17799)Искусство-(1338)История-(13644)Компьютеры-(11121)Косметика-(55)Кулинария-(373)Культура-(8427)Лингвистика-(374)Литература-(1642)Маркетинг-(23702)Математика-(16968)Машиностроение-(1700)Медицина-(12668)Менеджмент-(24684)Механика-(15423)Науковедение-(506)Образование-(11852)Охрана труда-(3308)Педагогика-(5571)Полиграфия-(1312)Политика-(7869)Право-(5454)Приборостроение-(1369)Программирование-(2801)Производство-(97182)Промышленность-(8706)Психология-(18388)Религия-(3217)Связь-(10668)Сельское хозяйство-(299)Социология-(6455)Спорт-(42831)Строительство-(4793)Торговля-(5050)Транспорт-(2929)Туризм-(1568)Физика-(3942)Философия-(17015)Финансы-(26596)Химия-(22929)Экология-(12095)Экономика-(9961)Электроника-(8441)Электротехника-(4623)Энергетика-(12629)Юриспруденция-(1492)Ядерная техника-(1748)

Аристотель. Никомахова этика 20 страница




Таким образом, по уничтожении былой основы дружбы расторгается и дружба как

существующая с оглядкой на [удовольствие и пользу].

Считается, что такая дружба бывает в основном между стариками (люди

такого возраста ищут, конечно, не удовольствий, а помощи); а среди людей во

цвете лет и среди молодежи -- у тех, кто ищет выгоды. Такие друзья, кстати

сказать, вовсе не обязательно ведут жизнь сообща, ведь иногда они даже

доставляют друг другу неудовольствие, и, разумеется, они не нуждаются в

соответствующем общении, кроме тех случаев, когда оказывают поддержку, ведь

эти друзья доставляют удовольствие [ровно] настолько, сколько имеют надежд

на [получение] блага [друг от друга]* К этим дружбам относят и [отношения]

гостеприимства.

А между юношами дружба, как принято считать, существует ради

удовольствия, ибо юноши живут, повинуясь страсти (kata pathos), и прежде

всего ищут удовольствий для себя и в настоящий миг. С изменением возраста и

удовольствия делаются иными. Вот почему юноши вдруг и становятся друзьями, и

перестают ими быть, ведь дружбы изменяются вместе с тем, что доставляет

удовольствие, а у такого удовольствия перемена не заставит себя ждать, Кроме

того, юноши влюбчивы (erotikoi), а ведь любовная дружба в основном

подвластна страсти и [движима] удовольствием. Недаром [юноши легко начинают]

питать дружбу и скоро прекращают, переменяясь часто за один день. Но они

желают проводить дни вместе и жить сообща, ибо так они получают то, что для

них и соответствует дружбе.

 

4.

 

Совершенная же дружба бывает между людьми добродетельными и по

добродетели друг другу подобными, ибо они одинаково желают друг для друга

собственно блага постольку, поскольку добродетельны, а добродетельны они

сами по себе ". А те, кто желают друзьям блага ради них, друзья по

преимуществу. Действительно, они относятся так друг к другу благодаря самим

себе[12] и не в силу посторонних обстоятельств, потому и дружба их остается

постоянной, покуда они добродетельны, добродетель же -- это нечто

постоянное. И каждый из друзей добродетелен как безотносительно, так и в

отношении к своему другу, ибо добродетельные как безотносительно

добродетельны, так и. друг для друга помощники. В соответствии с этим они

доставляют удовольствие, ибо добродетельные доставляют его и

безотносительно, и друг другу, ведь каждому в удовольствие поступки,

внутренне ему присущие (oikeiai) и подобные этим, а у добродетельных и

поступки одинаковые или похожие. Вполне попятно, что такая дружба постоянна,

ведь в ней все, что должно быть у друзей, соединяется вместе. Действительно,



всякая дружба существует или ради блага, или ради удовольствия, [причем и то

и другое] -- или в безотносительном смысле, или для того, кто питает дружбу,

т. е. благодаря известному сходству[13].

А в совершенной дружбе имеется все, о чем было сказано, благодаря самим

по себе [друзьям]; в ней ведь друзья подобны друг другу и остальное -- благо

и удовольствие в безотносительном смысле -- присутствует в ней[14]. Это

главным образом и вызывает дружбу: так что "дружат" прежде всего такие люди,

и дружба у них наилучшая.

Похоже, что такие дружбы редки, потому что и людей таких немного. А

кроме того, нужны еще время и близкое знакомство (synetheia), ибо, как

говорит пословица, нельзя узнать друг друга, прежде чем съешь вместе [с

другом] тот знаменитый "[пуд] соли"[15], и потому людям не признать друг

друга и не быть друзьями, прежде чем каждый предстанет перед другим как

достойный дружбы и доверия. А те, кто в отношениях между собою вдруг

начинают вести себя дружески (ta philika poioyntes), желают быть друзьями,

но не являются ими, разве что они [взаимно] достойны дружеской приязни и

знают об этом; действительно, хотя желание дружбы возникает быстро, дружба

-- нет.

 

5 (IV).

 

Итак, эта дружба совершенная как с точки зрения продолжительности, так

и с остальных точек зрения. И во всех отношениях каждый получает от другого

[нечто] тождественное или сходное, как то и должно быть между друзьями.

Дружба ради удовольствия имеет сходство с этой дружбой, ведь и

добродетельные доставляют друг другу удовольствие. Так обстоит дело и с

дружбой ради пользы, ибо добродетельные тоже полезны друг для друга. И даже

между такими [друзьями ради пользы или удовольствия] дружеские привязанности

(philiai) особенно постоянны, когда они получают друг от друга одинаковое,

например удовольствие, и не просто [удовольствие], а еще и от того же самого

так, как бывает у остроумных, а не как у влюбленного и возлюбленного.

Действительно, эти последние получают удовольствие не от одного и того же,

но один, видя другого, а другой от ухаживаний влюбленного. Когда же подходит

к концу пора. [юности], иногда к концу подходит и [такая] дружба: ведь

первый не получает удовольствия от созерцания второго, а второй не получает

ухаживаний от первого. Многие, однако, постоянны в дружбе, если благодаря

близкому знакомству, как люди сходных нравов, они полюбили нравы [друг

друга] [16].

Те, кто в любовных делах обмениваются не удовольствием, а пользой, и

худшие друзья, и менее постоянные, а те, кто друзьями бывают из соображений

пользы, расторгают [дружбу] одновременно с [упразднением] надобности, ибо

они были друзьями не друг другу, а выгоде.

Поэтому друзьями из соображений удовольствия и из соображений пользы

могут быть и дурные [люди], н добрые [могут быть друзьями] дурным, и

человек, который ни то ни се, -- другом кому угодно; ясно, однако, что

только добродетельные [бывают друзьями] друг ради друга, ведь порочные люди

не наслаждаются друг другом, если им нет друг от друга какой-нибудь выгоды.

И только против дружбы добродетельных бессильна клевета, потому что

нелегко поверить кому бы то ни было [в дурное] о человеке, о котором за

долгое время сам составил мнение: между ними доверие и невозможность обидеть

(adikein) и все прочее, что только требуется в дружбе в истинном смысле

слова. А при других [отношениях] легко может возникнуть всякое.

Итак, поскольку друзьями называют и тех, кто дружит из соображений

пользы, как, например, государства (ибо принято считать, что военные союзы

возникают между государствами по надобности), и тех, кто любит друг друга за

удовольствие, как, например, дети, то, видно, и нам следует называть таких

людей друзьями, учитывая, что видов дружбы несколько[17]. Но прежде всего и

в собственном смысле слова (protos men kai kyrios) дружбою является дружба

добродетельных постольку, поскольку они добродетельны, а остальные следует

называть дружбами по сходству с этой, так что другие -- друзья в той мере, в

какой неким благом является и то, что подобно [истинному благу] в [истинной]

дружбе, ведь и удовольствие -- благо для тех, кто любит удовольствие. Эти

[виды] дружбы не обязательно предполагают друг друга, да и не одни и те же

люди становятся друзьями ради пользы и друзьями ради удовольствия, ибо

второстепенные свойства не обязательно сочетаются между собою[18]

 

6.

 

Коль скоро дружба поделена на эти виды, дурные люди будут друзьями из

соображений удовольствия или пользы, ибо в отношении к этим вещам они

похожи, а добродетельные будут друзьями один ради другого, ибо [они дружат]

как добродетельные [сами по себе]. Следовательно, они "друзья" в

безотносительном смысле, а те другие в силу второстепенных обстоятельств и

по сходству с первыми.

 

(V).

 

Так же как в случае с добродетелями одни определяются как

добродетельные по складу, а другие -- по деятельным проявлениям, так и [в

случае] с дружбой [19]. Действительно, одни друзья, живя сообща,

наслаждаются друг другом и приносят друг другу собственно блага; другие,

когда спят или отделены пространством, хотя и не проявляют [дружбы] в

действии (oyk energoysi), но по своему складу [и состоянию] таковы, что

способны проявлять себя дружески (energein philikos), ибо расстояния

расторгают не вообще дружбу, а ее деятельное проявление. Однако если

отсутствие друга продолжительно, оно, кажется, заставляет забыть даже

дружбу; потому и говорится:

Многие дружбы расторгла нехватка беседы[20].

По-видимому, ни старики, ни скучные люди не годятся для дружбы, ибо с

ними возможны лишь скудные удовольствия, а ведь никто не способен проводить

дни с тем, кто не доставляет удовольствия; действительно, природа, очевидно,

прежде всего избегает того, что доставляет страдание, стремится же к тому,

что доставляет удовольствие[21].

Те, кто признают друг друга, но не живут сообща, скорее, походят на

расположенных, чем на друзей. В самом деле, ничто так не свойственно

друзьям, как проводить жизнь сообща (к поддержке-то стремятся и нуждающиеся,

однако даже блаженные стремятся проводить свои дни вместе [с кем-то], ибо

они менее всего должны быть одинокими). Но проводить время друг с другом

невозможно, если не доставлять друг другу удовольствия и не получать

наслаждение .от одинаковых вещей; именно эти [условия] и присутствуют, как

кажется, в товарищеской дружбе[22].

 

7.

 

Стало быть, как уже было сказано многократно, дружба -- это прежде

всего дружба добродетельных, потому что предметом дружеской приязни и

предпочтения (phileton kai haireton) считается безотносительное благо или

удовольствие и соответственно для каждого [благо и удовольствие] для него

самого, между тем для добродетельного добродетельный [человек -- предмет и

дружбы, и предпочтения] как на одном, так и на другом основании: [как

безотносительно, так и для него].

Дружеское чувство походит на страсть, а дружественность -- на

определенный склад, ибо дружеское чувство с таким же успехом может быть

обращено на неодушевленные предметы, но взаимно дружбу питают при

сознательном выборе, а сознательный выбор обусловлен [душевным] складом.

Кроме того, добродетельные желают собственно блага тем, к кому питают

дружбу, ради самих этих людей, причем не по страсти, но по складу [души]. И,

питая дружбу к другу, питают ее к благу для самих себя, ибо, если

добродетельный становится другом, он становится благом для того, кому друг.

Поэтому и тот и другой питают дружбу к благу для самого себя и воздают друг

другу равное в пожеланиях .и в удовольствиях, ибо, как говорится, "дружность

(philotes) -- это уравненность" (isotes) [23]; а это дано в первую очередь

дружбе добродетельных.

 

(VI).

 

Между людьми скучными и старыми тем менее бывает дружественность, чем

более они вздорны и чем менее они наслаждаются взаимным общением, а ведь

именно [наслаждение общением], кажется, главный признак дружбы (malista phi

lika) и создает ее в первую очередь. Недаром юноши быстро становятся

друзьями, а старики -- нет: не становятся друзьями тем, от кого -не получают

наслаждения. То же самое справедливо и для скучных. Однако такие люди могут

испытывать друг к другу расположение, ибо желают друг другу собственно блага

и в нужде идут друг другу навстречу, но едва ли они друзья, потому что не

проводят дни совместно и не получают друг от Друга наслаждения. А именно это

считается главными признаками дружбы.

Быть другом для многих при совершенной дружбе невозможно, так же как

быть влюбленным во многих одновременно, ([влюбленность] похожа на чрезмерную

[дружбу] и является чем-то таким, что по [своей] природе обращено на

одного). Многим одновременно трудно быть подходящими для одного и того же

человека, и, вероятно, [трудно, чтобы многие] были добродетельными. Нужно

ведь приобрести опыт и сблизиться, что трудно в высшей степени, [если.

друзей много]. А нравиться многим, принося им пользу или удовольствие,

можно, ибо таких -- [ищущих выгод и удовольствий] -- много, а оказывание

услуг не [требует] долгого срока.

Из этих [видов] дружбы больше походит на [собственно] дружбу та, что

ради удовольствия, когда обо [стороны] получают одно и то же и получают

наслаждение друг от друга или от одинаковых вещей; таковы дружбы юношей:

здесь широта (to eleytherion) присутствует в большей степени. А дружба ради

пользы [свойственнее] торговцам.

Даже блаженные, не нуждаясь ни в чем полезном, нуждаются в

удовольствиях; поэтому они желают проводить жизнь с кем-то сообща, а что до

страдания, то небольшой срок они его терпят, но никому не выдержать

причиняющее страдание непрерывно, будь это само благо[24], -- вот почему

блаженные ищут друзей, доставляющих удовольствие. Вероятно, нужно, чтобы эти

друзья были также и добродетельными, причем для самих блаженных. Дело в том,

что только в этом случае у них будет все, что должно быть между друзьями.

Люди, наделенные могуществом, используют друзей, как мы это видим, с

разбором: одни друзья приносят им пользу, а другие доставляют удовольствие,

по едва ли одни и те же -- и то и другое, ибо могущественных не заботит,

чтобы доставляющие удовольствие были наделены добродетелью, а полезные были

бы [полезны] для прекрасных [деяний]; напротив, стремясь к удовольствиям,

они [ищут] остроумных, а для выполнения приказаний -- изобретательных, по

одни и те же люди редко бывают и теми и другими [одновременно]. Сказано уже,

что и удовольствие, и пользу вместе доставляет добропорядочный человек, во

такой человек не делается другом превосходящему его [по положению], если

только последний не превосходит его также добродетелью; в противном случае

он не будет в положении равенства, т. е. как превзойденный пропорционально

[заслугам превосходящего]. Но такие [властители], что обладают

превосходством еще и в добродетели, обычно бывают редки[25].

 

8.

 

Описанные выше [разновидности] дружбы [основаны] на уравненности.

Действительно, обе стороны или получают и желают друг для друга одного и

того же, или обмениваются разным, допустим удовольствием и помощью; сказано

уже, что эти виды дружбы хуже и менее постоянны. Как кажется, [эти

разновидности] и являются, и не являются дружбами в силу соответственно (и)

сходства и несходства с одним и тем же; действительно, по сходству с дружбой

до добродетели они являются дружбами (ведь в одной разновидности] заключено

удовольствие, в другой -- польза, а в той [дружбе по добродетели]

присутствует и то и другое), но поскольку [дружба по добродетели]

неподвластна клевете и постоянна, а эти [виды дружбы] скоропреходящи, да и

во многом другом от нее отличны, то из-за несходства [с дружбой по

добродетели] кажется, что это -- не дружбы.

 

(VII).

 

Есть и другой род дружбы, основанный на превосходстве [одной стороны],

как, скажем, [дружеские отношения] отца к сыну и вообще старшего к младшему,

мужа к жене и всякого начальника к подчиненному. Эти [отношения] тоже

отличаются друг от друга, ибо неодинаково [чувство] родителей к детям и

начальников к подчиненным, так же как [различно отношение] отца к сыну и

сына к отцу или мужа к жене и жены к мужу. И добродетель, и назначение

каждого из них различны, различно и то, из-за чего питают дружбу. А это

значит, что различаются и чувства дружбы, и [сами] дружбы, ведь, разумеется,

ни один из них не получает от другого того же, [что дает сам], и не следует

искать этого [в таких отношениях]; когда же дети уделяют родителям, что

должно уделять породившим их, а родители (сыновьям) -- что должно детям, то

дружба между ними будет постоянной и доброй.

Во всех этих дружбах, основанных на превосходстве, дружеское чувство

должно быть пропорционально, а именно: к лучшему больше питают дружбу, чем

он [к другим], и к тому, кто больше оказывает подашь, тоже и соответственно

ко всякому другому из лучших, ибо, когда дружеское чувство соответствует

достоинству, тогда получается в каком-то смысле уравненность, что а

считается присущим дружбе.

 

9.

 

[Справедливое] равенство (to ison), по-видимому, имеет не один и тот же

смысл в том, что касается правосудия (ta dikaia) и в дружбе: для правосудия

равенство -- это прежде всего [справедливость], учитывающая достоинство (kaf

axian), а уже во вторую очередь учитывается количество (kata poson), в

дружбе же, наоборот, в первую очередь -- [равенство] по количеству, а во

вторую -- по достоинству. Это делается ясным, когда люди значительно отстоят

[друг от друга] по добродетели, порочности, достатку или чему-то еще. Ведь

[тогда] они уже не друзья; напротив, они не считают [себя или другого]

достойными дружбы. Особенно очевидно это [на примере] с богами, ибо у них

наибольшее превосходство с точки зрения всех благ. Ясно это и на [примере]

царей, потому что стоящие много ниже[26] не считают себя достойными быть им

друзьями, а люди, ничего не значащие, [не считают себя достойными дружбы] с

наилучшими или мудрейшими. Конечно, в таких вещах невозможно определить

точную границу, до которой друзья [остаются друзьями]; ведь, с одной

стороны, [даже] если отнять многое, [дружба может] все еще оставаться

[дружбой], но при слишком большом отстояиии одного от другого, например

человека от божества, дружба уже невозможна.

Отсюда в возникает еще один сложный вопрос: действительно ли друзья

желают друзьям величайших благ, например быть богами; ведь тогда они не

будут для них ни друзьями, ни, стало быть, благами, а друзья -- это блага

[?] Однако если удачно было сказано, что друг желает для друга собственно

блага ради него самого, то, вероятно, последний должен оставаться именно

таким, каков он есть, ибо ему будут желать величайших благ как человеку. Но,

может быть, не всех [благ], ибо каждый желает собственно блага прежде всего

себе.[27]

 

(VIII).

 

Принято считать, что из честолюбия большинство скорее желает, чтобы к

ним выказывали дружбу, чем самим ее выказывать, и потому большинство --

друзья подхалимов, так как подхалим -- это друг, над которым обладают

превосходством, или человек, который прикидывается, что он таков и что он

питает дружбу больше, чем питают к нему. Считается между тем, что принимать

дружбу (to phileisthai), -- это почти то же самое, что принимать почести (to

timasthai), а к этому большинство людей, конечно, стремится. Однако

большинство, похоже, предпочитает почет не ради него самого, а за то, что с

ним связано[28]. Действительно, большинство наслаждается почетом у

могущественных из-за надежд (т. е. они думают получить то, что им

понадобится, так что наслаждаются почетом как знаком, предвещающим

благодеяния (eypathcia)). Те же, кто стремится к почету у добрых и знающих,

имеют целью укрепиться в собственном о себе мнении, а значит, и наслаждение

они получают, доверяя суду тех, кто говорит, что они добродетельны.

Но когда к человеку питают дружбу, это доставляет ему наслаждение само

по себе, и потому, вероятно, считается, что принимать такое [отношение к

себе] лучше, чем принимать почести, и дружба сама по себе достойна избрания.

С другой стороны, кажется, что дружба состоит, скорее, в том, чтобы

чувствовать ее самому (to philein), а не в том, чтобы ее чувствовали к тебе

(to phileisthai). Это подтверждается тем, что для матерей чувствовать дружбу

[к детям] -- наслаждение. В самом деле, некоторые отдают собственных [детей]

на воспитание и чувствуют к ним дружбу, зная, [что это их дети], по не ищут

ответной дружбы (когда [еще] невозможна взаимность), и похоже, им довольно

видеть, что [с детьми] все хорошо, и они испытывают дружескую приязнь, даже

если по неведению [дети] не уделяют матери ничего из того, что ей подобает.

 

10.

 

Итак, поскольку дружба состоит, скорее, в том, чтобы питать дружеские

чувства, а тех, кто любит друзей, хвалят, то, похоже, добродетель друзей в

том, чтобы питать дружбу; значит, кто питает дружбу в соответствии с

достоинством, те друзья постоянные и дружба [их постоянна].

Друзьями в этом смысле бывают в первую очередь неровни (anisoi), их

ведь можно уравнивать, а уравненность и сходство -- это и есть дружность, и

особенно [если] сходство по добродетели. Ведь будучи постоянны сами по себе,

добродетельные постоянны и ^в отношении к другим; и они не нуждаются в

дурном и не делают дурного в услугу, напротив, они, так сказать,

препятствуют дурному, ибо таково свойство добродетельных -- самим не

совершать проступков и не позволять друзьям.

А у испорченных нет ничего прочного, ведь они не остаются подобными

самим себе; однако, получая наслаждение от испорченности друг друга, и они

ненадолго становятся друзьями.

Что же касается друзей, приносящих пользу и доставляющих удовольствие,

то они дольше остаются друзьями, а именно, покуда оказывают друг другу

помощь и доставляют удовольствия. Дружба ради пользы возникает прежде всего,

видимо, из противоположностей, например у бедного с богатым, у неуча с

ученым, ибо, имея в чем-то нужду, человек тянется к этому, а взамен дарит

другое. Сюда можно, пожалуй, с натяжкой отнести влюбленного с возлюбленным и

красавца с уродом. И влюбленные недаром иногда кажутся смешными, требуя

такой же дружбы, какую сами питают к другому. Конечно, если они равно

способны вызывать дружескую приязнь (homoios philetoi), им, вероятно,

следует этого требовать, но, если ничего подобного они не вызывают, это

смехотворно. А возможно, противоположное тянется к противоположному не

самому по себе, но опосредованно, так как [в действительности] стремятся к

середине. [Середина] -- это ведь благо; например, для сухого [благо] не

стать влажным, а достичь середины, и для горячего тоже, и соответственно для

остального. Оставим, однако, это в стороне, ибо [для настоящего

исследования] это довольно-таки посторонние [вопросы].[29]

 

11 (IX).

 

Очевидно, как было сказано и в начале, дружба относится к тем же вещам

и бывает между теми же людьми, что и право[судие], ибо своего рода

правосудие] и дружба имеют место при всех вообще общественных

взаимоотношениях, [т. е. в сообществах] [30]. Во всяком случае, к спутникам

в плавании и к соратникам по войску обращаются как к друзьям, равно как и

при других видах взаимоотношений, ибо, насколько люди объединены

взаимоотношениями [в сообществе], настолько и дружбой, потому что и правом

тоже [настолько]. Да и пословица "У друзей [все] общее"[31] правильна, ибо

дружба [предполагает отношения] общности. У братьев и товарищей общим может

быть все, а у других -- [только вполне] определенные вещи -- у одних больше,

у других меньше, ибо и дружбы бывают и более и менее тесными. Различны и

[виды] права, потому что неодинаковые права у родителей по отношению к детям

и в отношениях братьев друг к другу, а также права товарищей и сограждан;

это справедливо и для других [видов] дружбы. Различными будут и

неправосудные вещи в каждом из названных случаев, и [неправосудность] тем

больше, чем ближе друзья; так, лишить имущества друга ужаснее, чем

согражданина, а брату не оказать помощи ужаснее, чем чужому, избить же отца

ужаснее, чем любого другого. Праву также свойственно возрастать по мере

[роста] дружбы, коль скоро [дружба и право] относятся к одним и тем же людям

и распространяются на равные [области].

Между тем все сообщества -- это как бы члены (morioi) государственного

сообщества: они промышляют что-то нужное, добывая что-нибудь из необходимого

для жизни. А ведь государственные взаимоотношения с самого начала сложились,

очевидно, ради [взаимной] пользы и постоянно ей служат; и законодатели

стараются достичь ее и утверждают: что всем на пользу, то и есть право. А

это значит, что другие взаимоотношения, [в сообществах], преследуют цель

частной полезности; так, моряки имеют целью [пользу] в смысле зарабатывания

денег за плавание и что-нибудь такое; соратники на войне стремятся к

[пользе] с точки зрения войны: в одних случаях -- [захватить] имущество, в

других -- [завоевать] победу, в третьих -- [взять] город; соответственно

обстоит дело и у членов филы или дема[32]. (А иные [сообщества], видимо,

возникают ради удовольствия, например тиасы и [сообщества] эранистов; их

цель -- жертвенные пиры и пребывание вместе[33]) (все эти [сообщества],

по-видимому, подчиняются государственному, ибо государственные

взаимоотношения ставят себе целью но сиюминутную пользу, а пользу для всей

жизни в целом), они совершают торжественные жертвоприношения и собираются

для этого вместе, оказывая почести богам и предоставляя самим себе отдых,

сопровождаемый удовольствием. Как можно заметить, древние торжественные

жертвоприношения и собрания бывали после сбора плодов, словно первины в

честь богов; действительно, именно в эту пору имели больше всего досуга.

Итак, все взаимоотношения оказываются частями (morioi) взаимоотношений

в государстве, [т. е. частями государственного сообщества]. А этим частям so

соответствуют [разновидности] дружбы.

 

12 (X).

 

Существуют три вида (eide) государственного устройства в равное число

извращений (parekbaseis) [34], представляющих собою как бы растление (phtho

rai) первых. Эти виды государственного устройства -- царская власть,

аристократия и третий, основанный на разрядах (аро timematon); именно этому

виду, кажется, подходит название "тимократия", однанако большинство привыкло

называть его [просто] "государственное устройство" (politeia) [35]. Лучшее

из них -- царская власть, худшее -- тимократия. Извращение царской власти --

тиранния: будучи обе единоначалиями (monarkhiai), они весьма различны, так

как тиранн имеет в виду свою собственную .пользу, а царь -- пользу

подданных[36]. Ведь не царь тот, кто не самодостаточен и не обладает

превосходством с точки зрения, всех благ; а будучи таким, он ни в чем но

нуждается и, стало быть, будет ставить себе целью поддержку и помощь не для

себя самого, а для подданных, потому что в противном случае он был бы своего

рода "царем по жребию"[37]. Тиранния в этом отношении противоположна царской

власти, так как тиранн преследует собственное благо. И по тираннии заметней,

что это самое худое [среди извращений], так как самое плохое противоположно

самому лучшему.

Царская власть переходит в тираннию, ибо тиранния -- это дурное

качество единоначалия, и плохой царь становится тиранном. Аристократия

[переходит] в олигархию из-за порочности начальников (arkhai), которые делят

[все] в государстве вопреки достоинству, причем все или большую часть благ

[берут] себе, а должности начальников всегда [распределяют] между одними и

теми же людьми, выше всего ставя богатство. Поэтому начальники малочисленные

и плохие (inokhtheroi), вместо того чтобы быть самыми порядочными

(epieikestatoi). Тимократия [переходит] в демократию, ибо эти виды

государственного устройства имеют общую грань: тимократия тоже желает быть

[властью] большого числа людей, и при ней все относящиеся к одному разряду

равны. Демократия -- наименее плохое [среди извращений], ибо она

незначительно извращает идею (eidos) государственного устройства.[38]

Стало быть, в основном так происходят перемены в государственных

устройствах, потому что такие переходы кратчайшие и самые простые.

Подобия и как бы образцы данных [государственных устройств] можно

усмотреть также в семьях, ибо отношение (koinonia) отца к сыновьям имеет

облик (skhema) царской власти: отец ведь заботится о детях. Недаром и Гомер

зовет Зевса отцом; действительно, царская власть желает быть властью





Дата добавления: 2017-01-14; Просмотров: 17; Нарушение авторских прав?;


Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет



ПОИСК ПО САЙТУ:





studopedia.su - Студопедия (2013 - 2017) год. Не является автором материалов, а предоставляет студентам возможность бесплатного обучения и использования! Последнее добавление ‚аш ip: 54.166.250.213
Генерация страницы за: 0.247 сек.