Студопедия

КАТЕГОРИИ:


Загрузка...

Архитектура-(3434)Астрономия-(809)Биология-(7483)Биотехнологии-(1457)Военное дело-(14632)Высокие технологии-(1363)География-(913)Геология-(1438)Государство-(451)Демография-(1065)Дом-(47672)Журналистика и СМИ-(912)Изобретательство-(14524)Иностранные языки-(4268)Информатика-(17799)Искусство-(1338)История-(13644)Компьютеры-(11121)Косметика-(55)Кулинария-(373)Культура-(8427)Лингвистика-(374)Литература-(1642)Маркетинг-(23702)Математика-(16968)Машиностроение-(1700)Медицина-(12668)Менеджмент-(24684)Механика-(15423)Науковедение-(506)Образование-(11852)Охрана труда-(3308)Педагогика-(5571)Полиграфия-(1312)Политика-(7869)Право-(5454)Приборостроение-(1369)Программирование-(2801)Производство-(97182)Промышленность-(8706)Психология-(18388)Религия-(3217)Связь-(10668)Сельское хозяйство-(299)Социология-(6455)Спорт-(42831)Строительство-(4793)Торговля-(5050)Транспорт-(2929)Туризм-(1568)Физика-(3942)Философия-(17015)Финансы-(26596)Химия-(22929)Экология-(12095)Экономика-(9961)Электроника-(8441)Электротехника-(4623)Энергетика-(12629)Юриспруденция-(1492)Ядерная техника-(1748)

КИЕВ С 1242 г. ПО 1550 г




Осенью 1240 г. Киев подвергся разорению ратями Батыя. Та­тары установили многочисленные осадные орудия перед юго-во­сточными Лядскими (Польскими) воротами Киева, где лесис­тый склон обеспечивал хорошее укрытие. Через несколько дней ворота были разрушены, и татары ворвались в Киев. Свыше су­ток бой шел внутри города. Последние защитники дрались на­смерть у Десятинной церкви в самом центре Киева. 6 декабря татарам удалось, используя пороки (тараны), разрушить церковь, и сотни горожан погибли под ее обломками.

В начале 1243 г. Ярослав Всеволодович получил в Орде ярлык на Великое княжество Владимирское, в состав которого, по мне­нию татар, входил и Киев. Сразу после этого (не исключено, что и заранее) Ярослав отправил в Киев своего наместника боярина Дмитрия Ейковича. После смерти Ярослава татары в 1250 г. дают его старшему сыну Александру Невскому ярлык на Киевское княжество, а следующему но старшинству князю Андрею — яр­лык на Великое княжество Владимирское. Но Александр прин­ципиально не захотел ехать в Киев. После Батыева погрома не было восстановлено и десятой части города. Так что кормиться князю и его дружине в Киеве было нечем, да и в любой момент могли нагрянуть татары. В итоге Александр Невский несколько месяцев погостил у брата Андрея во Владимире, а потом отъехал в Новгород.

Надо ли говорить, что Александру неуютно жилось в Новго­роде, где его ненавидела значительная часть горожан. И вот цар­ский официальный историк С.М. Соловьев вынужден признать, что «в 1252 году Александр отправился на Дон к сыну Батыеву Сартаку с жалобою на брата, который отнял у него старшинство и не исполняет своих обязанностей относительно татар. Александр получил старшинство, и толпы татар под начальством Неврюя вторгнулись в землю Суздальскую. Андрей при этой вести сказал: «Что это, господи! покуда нам между собою ссориться и на­водить друг на друга татар; лучше мне бежать в чужую землю, чем дружиться с татарами и служить им». Собравши войско, он вышел против Неврюя, но был разбит и бежал в Новгород, не был там принят и удалился в Швецию, где был принят с честию. Татары взяли Переяславль, захватили здесь семейство Яросла­ва, брата Андреева, убили его воеводу, шшленили жителей и пошли назад в Орду. Александр приехал княжить во Влади­мир»67 .

Итак, Александр Невский стал великим князем владимирским, но при этом он остался и киевским князем. Однако ни Ярослав Всеволодович, ни Александр Ярославич после 1240г. ни разу не были в Киеве. Приемники Невского на престоле Великого кня­жества Владимирского Ярослав Ярославич и даже Иван Дани­лович Калита в числе своих титулов имели «князь киевский». Но, вероятнее всего, это была чистая формальность. Нет ни пря­мых, ни косвенных данных, чтобы установить хотя бы приблизи­тельно, когда Киевская земля вышла из подчинения великих кня­зей владимирских.



Вообще говоря, история Киевской земли с 1240г. до конца XIV века — сплошная черная дыра. Историк М.С. Грушевский писал: «Остается сказать еще об одном обстоятельстве — об от­сутствии сведений о Киевской земле за вторую половину XIII в. и почти весь XIV в.»68.

Данных о существовании местного летописания у нас нет, а ни князей, ни летописцев Владимиро-Суздальской Руси Киев абсолютно не интересовал.

Как же управлялась Киевская земля? По косвенным источ­никам, в том числе по сообщениям итальянского путешественни­ка Плано Карпини, проезжавшего через эти места в 1246 г., юж­нее и западнее Киева вообще не было князей, а местным населе­нием управляли атаманы (ватманы) 69, выбираемые вечем. Пери­одически приезжали татарские баскаки, которым атаманы сда­вали дань. В двух днях пути южнее Киева уже находились пе­редовые татарские заставы.

Киев покинули митрополиты, бежали многие знатные люди. Например, в конце XIII века или в самом начале XIV века из Киева в Москву отъехал боярин Родион Несторович. Согласно москов­ским летописям, он де привел с собой дружину численностью1700 человек. Тот же Грушевский писал: «таких бояр, которые имели до 1700 человек детей боярских и пр., конечно, ни в это, ни в более раннее время в Киевщине не было»70. По моему мне­нию, Родион мог привести с собой максимум 100—150 дружин­ников.

Ряд историков считает, что Киев с 70-х годов XIII века при­надлежал галицким королям, которые отправляли туда намест­никами мелких князей-подручников. Доказательства этого утвер­ждения довольно зыбкие, но у противников этой версии вообще доказательств нет. Посему мне кажется наиболее достоверной принадлежность Киева галицким королям. В 1299 г. из Киева бе­жал митрополит Максим, причем, бежал не от недругов, а от без­денежья.

Согласно «Хроники Быховца», в 1321 г. Киев был занят вой­сками Гедемина. Подробнее об этом рассказано в главе 5.

О двух последующих десятилетиях жизни Киевской земли сведения отсутствуют. Есть только краткие упоминания в русских летописях, что в 1331 г. в Киеве правил князь Федор, и там сидел татарский баскак. Литовские летописи молчат о Киеве, но в под­робном списке земель, разделенных в 1345 г. сыновьями Гедеми­на, ни Киев, ни его окрестные города не фигурируют. Видимо, в 30 —40-х годах XIV века Киев Литве не принадлежал. И лишь в записи за 1362 г. в так называемом Густинском своде говорится: «В лето 6870 Ольгерд победил трех царьков татарских и с орда­ми их, си есть Котлубаха, Качзея (Качбея), Дмитра, и оттоли от Подоли изгнал власть татарскую. Сей Ольгер и иные Русские державы в свою власть принял, и Киев под Федором князем взял, и посадил в нем Владимира сына своего, и начал на сими вла­деть, им же отцы его дань давали».

Из этого текста явствует, что в 1362 г. под урочищем Синие Воды71 рать литовского князя Ольгерда разбила войска трех ме­стных татарских князьков. Правда, тут возникают большие сомне­ния насчет третьего князька Дмитра. Судя по имени, он был рус­ским и, скорее всего, командовал не татарами, а киевской дружи­ной.

Замечу, что Ольгерд очень удачно выбрал время похода на Киев. Дело в том, что со смертью хана Бердибека в 1359 г. в Золотой Орде началась «большая замятия», как выразился русский лето­писец. Победа у Синих Вод позволила Ольгерду захватить Киев и посадить там своего сына Владимира Омелько (1316—1385 гг.). При этом Владимир Ольгердович сохранял вассальную зависи­мость от татар. Неопровержимым доказательством этого являет­ся татарская тамга на киевских монетах Владимира Ольгердови-ча. На дошедших до нас монетах этого периода можно устано­вить три или четыре различных типа тамги, что указывает на достаточно продолжительное время зависимости Киева от ханов, поскольку тамга могла изменяться только со сменой ханов. Ког­да Киев избавился от татарской зависимости, точно неизвестно, но крайним сроком можно считать время нападения хана Тохтамыша (1395 г.). Любопытна позднейшая грамота крымского хана Менгли Гирея (1466—1513гг.), где говорилось: «...великие цари, деды наши, и великий царь Ачжи-Кгирей [Хаджи-Девлет Гирей], отец наш, пожаловали Киевом, в головах, и многие места дали великому князю Витовту».

В ходе очередной усобицы в Литве между сыном великого князя Ольгерда Скиригайло и сыном Кейстута Витовтом 4 авгу­ста 1392 г. было достигнуто перемирие. Витовт стал великим кня­зем литовским, а Скиригайло получил Киевское княжество с ти­тулом великого князя русского.

К тому времени в Киеве княжил Александр Олелько, сын Вла­димира Ольгердовича72. Он не хотел отдавать Киев, и Витовту пришлось осенью 1393 г. выгнать его силой. Взамен Олелько по­лучил небольшой город Копыл. Однако Скиригайло недолго до­велось править, в 1395 г. он умер и был погребен в Киеве в Пе-черской лавре. Замечу, что Скиригайло при крещении получил имя Иван и был большим ревнителем православия.

Вакантный киевский престол вскоре вновь был занят Алек­сандром Олелько.

В неудачном для литовцев сражения на Ворксле в 1399 г. уча­ствовала и киевская дружина. Она понесла большие потери, в числе убитых оказался и киевский князь Иван Борисович. Так гласит хроника Быховца, но, возможно, здесь ошибка: ни Иван Борисович, а Иван Владимирович, то есть брат Александра Олель­ко. Хотя есть версия, что Иван Борисович был наместником Витовта в Киеве. Татары преследовали бегущих до Киева. Тимур-Кутлуй взял большой откуп с этого города, «будто бы 3000 руб., да еще с Печерского монастыря 30 руб.». Татарская орда опустошила Киевскую и Волынскую земли до самого Луцка, а затем вернулась в свои степи, обремененные огромной добычей и плен­никами.

После смерти Витовта в Литве вновь началась усобица. Власть в Великом княжестве Литовском пытался захватить Скиригайло Ольгердович, а его соперником стал брат Витовта Сигизмунд Кейстутович. Первого поддерживала литовская Русь, а второго — польский король Ягайло (Владислав).

В битве на реке Святой Скиригайло был разбит, а его союзник князь киевский Александр Олелько взят в плен. Но 20 марта 1440 г. Сигизмунд был убит, а Александр Олелько обратился к новому великому князю литовскому Казимиру и «бил челом о Киеве». Казимир отдал Олелько Киев со всеми пригородами.

В 1455 г. князь киевский Александр Олелько умер. Однако польский король Казимир IV дал Киев сыну Олелько Семену не в удел, а поставил там его королевским наместником. Таким образом, Киевское княжество было формально ликвидировано. Тем не менее, Семен Александрович носил титул князя киевского. Брат его Михаил Александрович владел старинным семейным уде­лом — городом Копылом. В 1471 г. Семен Александрович умер, но его сыновья не стали наместниками в Киеве. Семен Семенович получил в княжение Луцк, а Василий Семенович — Пинск.

Несколько слов стоит сказать о границах Киевского княже­ства в XIV веке. Во владении Владимира Ольгердовича был 71 ук­репленный населенный пункт, в том числе Черкассы, Канев, Пу-тивль, Снепарод и Переяславль Русский.

К концу XIV века значительная часть Левобережья была при­соединена к Киевскому княжеству. Это подтверждается жалован­ными грамотами киевских князей Александра Владимировича Олелько и Семена Александровича. Так, Александр Владимиро­вич пожаловал боярину Олехну Сохновичу в числе прочих име­ний «три городисча за Днепром: Бусурменское, Ярославское, Саль-ково». Одна из грамот Семена Александровича была выдана им в Прилуках. Он же пожаловал боярину Демиду село «у Путивля на имя Чаплища и землю Терн». В конце XV века некий боярин Осташкович владел селищем Ермаковичи в Путивльском пове­те как «даниной» князя Александра Владимировича.

Кроме Путивля Киевскому княжеству в XIV веке принадле­жало черниговское Посемье с волостными центрами Хоробор и Сосница, а также замок Остер и его земли в нижнем течении Десны. Принадлежность Посемья к Киеву подтверждается нео­днократными находками в этом районе кладов с монетами Вла­димира Ольгердовича. Они были обнаружены в Путивле, в Ко­зельце, в селе Вишенки бывшего Коропского уезда, а в Соснице был обнаружен самый большой клад — 969 монет, чеканенных в Киеве от имени Владимира Ольгердовича.

Управление Киевским княжеством в XIV — ХV веках мало от­личалось от других литовских земель. В городах и местечках ис­полнительная, военная и судебная власть осуществлялась дер-жавцами (воеводами), подчиненными киевскому князю. Высшие придворные чины государственно-вотчинного аппарата вместе с иерархами православной церкви составляли ближайшее окру­жение удельного князя — раду (сословный орган местных зем­левладельцев). С участием рады удельный князь решал вопросы законодательства, управления, пожалования земельных владений, отношений с церковью, а иногда и внешней политики.

В первой половине XIV века вече еще собиралось в Киеве, но позже о нем нет никаких известий.

До конца XV века нет никаких сведений об экспансии като­ликов в Киевскую землю. Там безраздельно господствовало пра­вославие. Все делопроизводство, как и в других землях княже­ства, велось на русском языке.

 

ГЛАВА 9

смоленское княжество

 

Город Смоленск впервые упомянут в летописи под 862 годом как уже существующий город. В 1125 г. после смерти Владимира Мономаха смоленский стол занял его внук Ростислав Мстисла-вич, при котором княжество окончательно отделилось от Киевс­кой Руси. Ростислав Мстиславич правил Смоленском до самой своей смерти в 1168 г. При этом он дважды, в 1154 — 1155 гг. и в 1159—1161 гг., становился великим князем киевским, но сохра­нял при этом и смоленский престол. Чтобы сделать Смоленское княжество независимым в церковных делах, Ростислав Мстисла­вич в 1137 г. учреждает местную епископию. Ростислав Мстисла­вич стал родоначальником династии смоленских князей.

Смоленск расположен на реке Днепр на знаменитом «пути из варяг в греки», игравшем первостепенную роль как во внутри-русской, так и в транзитной восточноевропейской торговле. К кон­цу XII века Смоленское княжество контролировало систему во­локов, связывающих Днепр с Западом, Севером и Востоком. Княжеству принадлежали истоки Днепра, Западной Двины и ее притоков, Ловати, Торопы, Волги, Вазузы и Москвы73.

Несколько слов стоит сказать и о главных городах Смоленс­кого княжества. Пограничным городом на юго-западе была Орша, расположенная на Днепре ниже Смоленска. Орша впервые упо­минается в летописи под 1067 годом. Несколько раз Оршу нена­долго захватывали полоцкие и минские князья, но вскоре она возвращалась Смоленску.

Еще ниже Орши по течению Днепра стоял город Копыл, впер­вые упомянутый в 1059г. Городище древнего Копыла располо­жено на холме с крутыми склонами на левом берегу Днепра при устье небольшой речки Сморковки. Поселение обнесено кольце­образным валом высотой до 5 м. В середине XII века, судя по ус­тавной грамоте Ростислава Мстиславича, Копыл был пунктом сбора торговой пошлины как с товаров, шедших вниз и вверх по Днепру (с этих сборов в пользу смоленских князей ежегодно вып­лачивалось 4 гривны), так и за перевоз через Днепр (тоже 4 грив­ны). Кроме того, город выплачивал ежегодно 6 гривен «погоро-дья», 4 гривны полюдней дани и неопределенную сумму с кор­чемных сборов.

Город Торопец (первоначальное название Кривит) располо­жен на береговом мысу озера Соломенного, при истоке из него реки Торопы. Раскопки показали, что первоначальное укрепле­ние было основано здесь во второй половине X века на невысо­ком холме среди болотистой низины. В первой половине XII века система укреплений была усилена — по периметру городища насыпан мощный вал высотой около 8 —9м. Площадь Тороиец-кого городища свыше 5 гектаров.

Одна из систем волоков шла от Ловати к Днепру по реке То-ропе. Другой важный путь проходил по реке Кунье через погост Волок к реке Торопе и далее до ее впадения в Западную Двину.

На юге Смоленского княжества на реке Сож при слиянии ее с Проней находился Проиойск (Прупой). В XIV веке этот город именуется Пропошеском, а сейчас — Славгородом.

На правом берегу реки Вехры, недалеко от ее впадения в Сож, находился древний Мстиславль (ныне город в Могилевской об­ласти). Это круглое в плане укрепление размерами 140 на 130 мет­ров.

Остатки древнего города Ростиславля (городище в городе Рос-лавле) находятся при слиянии речек Становки и Глазомойки (притоков Остра). Городище имеет правильную округлую форму диаметром 70 м и защищено кольцеобразным валом высотой до 3 м.

По реке Десне шел путь из Смоленска в Чернигов и Новго­род Северский. В смоленской части деснинского бассейна нахо­дился город Ельня (Елна). Ельнинское городище принадлежит к типу круглых и расположено на территории современного го­рода Ельня на левом берегу Десны при впадении в нее реки Мойки. Размеры городища около 150 на 100 метров.

Довольно крупным городом княжества был Дорогобуж, рас­положенный на Днепре выше Смоленска.

На севере княжеству принадлежали города Клин (впервые упомянут в 1131 г.) и Ржев (впервые упомянут в 1216г.). Ук­репления Ржева находились на перешейке мыса, образованного рекой Халыной близ ее впадения в Волгу. Ржев был предметом распрей смоленских князей с тверскими.

На востоке Смоленску принадлежал город Можайск, распо­ложенный в 110 км от Москвы в верховьях Москвы-реки. Впер­вые Можайск был упомянут в Никоновской летописи иод 1231 го­дом.

Но перейдем от географии княжества к политике. Ростиславу Мстиславичу наследовал смоленский стол его старший сын Ро­ман, который, как и отец, дважды на короткий срок становился великим князем киевским — в 1171 —1172гг. и в 1175г. После смерти Романа в 1180г. смоленский стол занял его брат Давыд Ростиславович, который до этого был князем витебским. И до 1240 г. Смоленским княжеством правили дети и внуки Давыда.

Первое батыево нашествие практически не задело Смоленс­кое княжество. После отступления от Новгорода какой-то право­фланговый отряд татар подошел к Смоленску и стал в 25 вер­стах от него на Долгомостье. Дальнейшие события известны лишь из жития святого мученика Меркурия Смоленского. Ночью у княжеского дружинника по имени Меркурий было видение Бо­городицы, которая повелела ему напасть в одиночку на татар. Тот той же ночью Меркурий сел на коня и отправился в татарский стан в Долгомостье. Никем не замеченный, он прошел стражу, и среди неприятельского стана увидел великана. Оградясь крест­ным знамением, Меркурий воскликнул: «Пресвятая Богородица, помоги мне!», и убил гордого и надменного исполина, а затем истребил еще множество врагов. Сын убитого татарского велика­на, желая отомстить за смерть отца, напал сзади на Меркурия и нанес ему смертельный удар. Но внезапно непонятный ужас ох­ватил врагов, и, бросая оружие, они бежали от города, гонимые неведомой силой из пределов Смоленской земли.

По моему мнению, в житии правда перемешена с вымыслом. Скорее всего, имела место удачная вылазка смоленской дружины князя Ростислава, сына смоленского князя Мстислава Давыдовича. Татарский отряд был разбит и ушел на юг в степь.

Смоленские князья имели претензии на киевский престол. И в 1239 г. после бегства из Киева Михаила Всеволодовича туда по­спешил смоленский князь Ростислав Мстиславич. Однако покня­жить ему удалось только несколько недель, после чего он был схвачен дружиной князя Даниила Галицкого и в 1240 г. умер в темнице.

Воспользовавшись отъездом Михаила Всеволодовича в Киев, великий князь владимирский Ярослав Всеволодович помог ов­ладеть Смоленском Всеволоду Мстиславичу74.

В 1239 г. литовские князьки совершили набег на Смоленскую землю и даже осадили Смоленск, но вынуждены были бежать. После разгрома Киева татары разделили свое войско на две армии. Большая часть войска вошла в первую армию во главе с ханом Батыем. Второй армией командовали царевичи Орду (Хорду-Ичана) и Байдар, с ними шли и булгары Гази Бараджа.

Первой в поход в январе 1241 г. двинулась армия Орду. Наши и польские историки вообще не знают, как шла эта армия. Так, по атласу 1955 г. часть войска Орду пошла на Люблин, а часть — на Берестье (Брест) и далее к Мариенбургу в пределы Тевтон­ского ордена.

Булгарская же летопись утверждает, что Орду двинулся для начала к Смоленску, но не только не стал разрушать его, а наобо­рот, там к татарам присоединилась дружина смоленского князя Михаила75 числом в 10 тысяч человек. Там же в Смоленске к та­тарам присоединился и какой-то литовский князь по имени Аскал.

В конце января 1241 г. армия Орду взяла Люблин, а в начале февраля — Сандомир. 13 февраля татары разгромили войско ма­лопольских князей в битве под Турском.

10 марта 1241 г. татары перенравились через Вислу у Сандомира, оттуда отряд под командованием Кайду отправился в на­правлении Ленчицы с последующим выходом к Кракову. При­крывая путь на Краков, польские войска краковского воеводы Владимежа и сандомирского воеводы Паковлава пытались оста­новить татар, но 18 марта под Хмельником были разбиты. Сам воевода Владимежа был убит, а войска бежали. Краковский и сандомирский князь Болеслав Стыдливый с матерью, русской княж­ной Гремиславой Ингваревной, и другими домочадцами бежал из столицы в Венгрию. 28 марта 1241 г. татары штурмом взяли Краков, а затем двинулись к Вроцлаву.

Польские летописи отмечают успехи смоленских ратников при штурме польских городов. Видимо, за военную помощь та­тарские ханы освободили Смоленск от уплаты дани. А может, смоленские князья попросту не ездили в Орду, как владимирс­кие, а ханам было не до Смоленска.

В 1249 г. умер, не оставив мужского потомства, князь Всеволод Мстиславич, и Смоленское княжество до самого своего падения переходит под власть потомков Ростислава Мстиславича.

У Ростислава Мстилавича было пять сыновей: Глеб, Федор, Ми­хаил, Константин и Юрий. После смерти их троюродного дяди в 1249 г. смоленский стол занял старший брат — Глеб. Правил он долго, до самой своей смерти в 1277 г. Следующий по старшин­ству брат Федор, прозванный Чермным (не Черным, а Чермным, то есть красивым на древнерусском языке) получил в удел город Можайск и стал первым можайским князем. Естественно, често­любивый красавец не то что бы не желал, он просто физически не мог провести жизнь в таком захолустье.

Между тем в 1249 г. умер ярославский князь Василий Всево­лодович. Его единственный сын Василий умер младенцем, и на престол вступил его брат Константин Всеволодович, но в 1257 (по другим данным в 1256) г. и он умирает бездетным. В таких слу­чаях обычно призывали на княжение другого родственника муж­ского пола. Но по неясным причинам власть в Ярославле захва­тили молодая вдова князя Василия Всеволодовича Ксения. Точ­ный возраст ее неизвестен, но в брак она вступила в 1242 г., то есть в 1257 г. ей было от 27 до 32 лет76. У Ксении была дочь Мария, родившаяся между 1243 и 1249 годами.

Федор Ростиславич поехал в Ярославль и сумел втереться в доверие к Ксении, и в 1260г. состоялась его свадьба с Марией Васильевной. Вскоре у них родился сын Михаил. Но тихая жизнь в Ярославле Федору быстро надоела. В 1277 г. вместе с еще тре­мя русскими князьями — Андреем Городецким (сыном Алексан­дра Невского), Глебом Ростовским и его сыном Михаилом — он собрал войско и отправился в Золотую Орду. Вместе с татарами Федор принял участие в походе на осетин. Русские вместе с та­тарами разгромили осетин и взяли «славный град Тетяков» (Та-тян).

В 1278 г. по указанию хана Менгу-Тимура князья Федор Чермный и Михаил Белозерский77 устроили карательную экспеди­цию в Волжскую Булгарию. По данным профессора 3.3. Мифта-хова они разрушили 40 городов и 600 селений78. Арабские ис­точники свидетельствуют об особой жестокости воинства Чермного и Белозерского.

После ратных подвигов 1277—1278 гг. Чермный решил не воз­вращаться к тихой жизни в Ярославле, а остаться при дворе хана Менгу-Тимура. В летописи сказано: «А князя Феодора Ростис­лавовича царь Менгу-Тимур и царица его вельми любяще и на Русь его не хотяше пустити мужества ради и красоты лица его». Федор стал ханским виночерпием, но через три года решил все-таки наведаться в Ярославль, узнав о смерти своей жены Марии. Ярославцы же не пожелали открывать ворота своему князю, «не приняша его во град, но рекоша ему: «Сей град княги­ни Ксении, и есть у нас князь Михаиле»».

Ксения, правившая княжеством от имени малолетнего внука Михаила, почувствовала вкус власти и не желала делиться ею с непутевым зятем. Не солоно хлебавши, Федору пришлось вернуть­ся в Орду.

В итоге одна из дочерей хана Менгу-Тимура была крещена и получила имя Анна. Затем состоялась их с Федором пышная свадь­ба. Супруги, как говорится, стали в Сарае жить да поживать, и детей наживать. В Орде у Федора родилось два сына — Давид и Константин. Федор жил в Сарае до 1290г., когда «пришла ему весть с Руси, от града Ярославля, что его первый сын князь Ми­хаил преставился».

Помня, как его прогнали ярославцы, Федор выпросил у хана Талабуги (Телебуги) татарское войско. Ярославцы не отважились драться с татарами и были вынуждены признать Федора своим князем.

Между тем Глеб Ростиславич правил Смоленском в довольно спокойной обстановке. Изредка нападали литовцы, и смоленская рать устраивала ответные карательные рейды. Самый большой набег произошел в 1258 г., когда литовцам удалось штурмом взять и разорить городок Войшину на севере княжества. Но потом ли­товцы очень быстро ушли в Новгородскую землю.

В 1286 г. брянский князь Роман вторгся в Смоленскую землю. Он разорил окрестности Смоленска, сжег посад, но города взять не сумел и ушел восвояси. Подробности дальнейшей смоленско-брянской войны историкам неизвестны, но дело кончилось побе­дой смоленских князей, которые между 1290 г. и 1300 г. присое­динили Брянск к своим владениям. Последним брянским князем из смоленской династии Ростиславичей стал Василий Александ­рович, погибший в 1356 г., защищая город от Литвы.

В 1277 г. умер князь Глеб, у него осталось три сына, но по го­ризонтальной схеме наследования смоленским князем стал млад- ший брат Глеба Михаил Ростиславич. Вообще-то законное право на престол имел средний брат — хорошо нам знакомый Федор Чермный. Но он сидел в Ярославле.

Михаилу Ростиславичу не повезло. Он правил около двух лет и умер в 1279 г. И вот тогда Федор Чермный позвал на помощь своих любимых татар и двинулся к Смоленску. Видимо, рать та­тарская была достаточно велика, и смоляне предпочли изгоя сыновьям Глеба Ярославича.

Вот тут-то Федор Чермный и обложил родной Смоленск та­тарской данью. В самом деле, нехорошо платить налог лишь с од­ной половины имущества, то есть с Ярославского княжества.

Побыв какое-то время в Смоленске, Федор Ростиславич от­правился в Орду, оставив своим наместником племянника Анд­рея79, сына Михаила Ростиславича. Старший сын Глеба законный наследник престола Святослав был отправлен удельным князем в Можайск.

Вскоре, примерно в 1285 г., Александр, младший сын Глеба Ро­стиславича, захватил власть в Смоленске и стал великим князем смоленским.

Федор Чермный к тому времени влез в усобицу сыновей Алек­сандра Невского, и ему было не до Смоленска. Лишь в 1298 г. Федор с ярославцами и татарами подошел к Смоленску, но взять его не смог и ушел обратно.

В 1299 г. князь Федор Чермный умер. Надо ли говорить, что об этом деятеле думали тогда смоляне, ярославцы, а также жите­ли других русских земель?! Но в 1463 г. ярославским князьям и духовенству потребовался срочно собственный святой для идео­логического противостояния Москве. И тут случайно ярославс­кое духовенство обнаружило останки князя Федора Чермного и его сыновей Давида и Константина, почившие почему-то в одной гробнице. «Во граде Ярославле в монастыре Святого Спаса ле­жали три князя великие, князь Феодор Ростиславич да чада его Давид и Константин, поверх земли лежали. Сам же Вели­кий князь Федор велик был ростом, те у него сыновья, Давид и Константин, под пазухами лежали, зане меньше его ростом были». И тут вся троица была автоматически причислена к лику свя­тых.

Смоленские земли первыми из русских княжеств испытали аг­рессию молодого и жадного хищника — Москвы, отхватившего от Смоленского княжества город Можайск с его уделом. Понятно, поз­же наши историки найдут оправдание, мол, Москве обязательно нужно было контролировать верховья одноименной реки. Ритори­ческий вопрос: зачем? Ну, положим, там была бы граница с Литвой или Новгородом и был бы волок. А тут и дальше шли смоленские земли. Просто Москва отхватило то, что плохо лежало.

Литовцы нападали на Москву еще со времен Михаила Хо-робрита, и Смоленск был прекрасным щитом и буфером для Мос­квы. Увы, политика московских князей способствовала не усиле­нию, а ослаблению русских земель и поглощению их Литвой.

О времени и способах захвата Можайска у современных ис­ториков нет единого мнения. Многим очень хотелось бы присое­динить Можайск пораньше, еще при Данииле, скажем, к началу 90-х годов XIII века. В 1293 г. в ходе нападения Дюденевой рати татары сожгли Москву и разорили Можайск. И вот на основа­нии этого историк А.А. Горский делает вывод о принадлежнос­ти Можайска в 1293 г. Московскому княжеству. «Обращает на себя внимание упоминание в списке взятых Дюденем городов Мо­жайск. Традиционно считалось, что он был присоединен к Мос­ковскому княжеству в 1303г., а до этого входил в состав Смо­ленской земли. Но смоленским князем в 1293 г. был тот же Фе­дор Ростиславич, союзник Дюденя, шедший вместе с татарским войском. Если исходить из принадлежности Можайска Смолен­скому княжеству, придется признать, что Федор навел татар на подвластный ему город, при том, что целью похода были, естествен­но, владения князей — противников Федора и Андрея»80

Неубедительность умозаключений Горского очевидна. Во-пер­вых, татары не особенно разбирались, кто враг, кто союзник, ког­да дело доходило до грабежа. А главное то, что в Смоленске уже давно правил враг Чермного — князь Александр Глебович. Так что как раз Чермный и мог навести татар на своих конкурен­тов.

То, что Можайск был присоединен к Москве при Юрии Да­ниловиче в 1303 г. доказывает запись под 6812 годом: «И тое же весны князь Юрья Данилович с братьею своею ходил к Можаес-ку и Можаеск взял, а князя Святослава ял и привел к собе на Москву». Все становится на свои места. Святослав по-прежнему сидел в Можайске с середины 80-х годов до 1303 г.

Нападение Москвы в 1303 г. толкнуло смоленских князей к со­юзу с Литвой. Начался период конфликтов между Москвой и Смоленском. Новый смоленский князь Иван, сын Александра Гле­бовича, не пожелал платить дань татарам, которую устроил его дво­юродный дед Федор Чермный.

Татары несколько лет терпели, но вот в 1333 г. хан Узбек по­слал татарскую рать на Смоленск. Вместе с татарами шел с дру­жиной брянский князь Дмитрий Романович. Но взять город не удалось, и татарам с союзниками пришлось возвращаться, несо­лоно хлебавши.

Зимой 1339/40 г. хан Узбек вновь вспомнил о непокорном Смо­ленске и направил туда куда большее войско во главе с Товлу-бием (убийцей князя Александра Тверского). Еще в Орде к Тов-лубию присоединился рязанский князь Иван Коротопол с дру­жиной.

По ходу к Товлубию присоединились со своими дружинами князья Константин Суздальский, Константин Ростовский, Иван Юрьевский, Иван Друцкий и Федор Фоминский. Московский князь Иван Калита болел и присоединиться не мог, но послал большую рать во главе с боярами Александром Ивановичем и Федором Акинфовичем. Как писал Н.С. Борисов: «Калита под­нял и погнал иод Смоленск даже тех, кто отродясь не хаживал в такие походы — «мордовска князи с мордовичи»»81. Тверские князья в походе не участвовали.

Подойдя к Смоленску, огромная союзная армия начала жечь и грабить округу, но взять города не смогла. Замечу, что тогда в Смоленске не было большой каменной крепости, которая была построена при Борисе Годунове и сохранилась до сих пор. Зато город прикрывал мощный земляной вал, толщина которого в ос­новании достигала 30 м. Длина вала составляла примерно 3,5 вер­сты, площадь крепости — 65 гектаров. На валу имелся деревян­ный тын с несколькими башнями.

Как с едкой иронией написал летописец: «И пришедше под Смоленск, посады пожгоша, и власти и села пограбиша, и под градом немного дней стояше, и тако татарове поидоша во Орду со многым полоном и богатеством, а русстии князи возвратиша-ся во свояси здравы и целы»82.

Видимо, при отходе смоляне хорошо наподдали «собирате­лям земли русской».

В 1351 г. московский князь Симеон Гордый с братьями Ива­ном и Андреем ходил с войском на Смоленск, но смоленские послы встретили его на реке Угре, где и был заключен мир. Причи­ны похода и условия мира, увы, остались неизвестными.

Как уже говорилось, в 1356 г. Ольгерд взял Брянск, принадле­жавший смоленским князьям. В том же году литовцы взяли Ржев. В 1358г. тверские и можайские дружины отбили Ржев у литов­цев, а в следующем 1359 г. смоленские войска вторглись в литов­ские пределы.

В декабре 1370 г. обиженные Москвой князья Святослав Ива­нович Смоленский и Михаил Александрович Тверской вместе с литовским князем Ольгердом пошли войной на князя Дмитрия Ивановича (еще не Донского). 6 декабря они осадили Москву. Князь Дмитрий сел в осаду. Но на помощь ему поспешили его двоюродный брат Владимир Андреевич и войско рязанского князя Олега Ивановича. Дело кончилось перемирием.

Но вот по неясным причинам в августе 1375 г. смоленские вой­ска присоединяются к войску московского князя и еще семнад­цати князей, осадивших Тверь. Через несколько месяцев князь Ольгерд в качестве мести за нападение на своего союзника твер­ского князя делает набег на Смоленское княжество.

Как уже говорилось, Витовт поставил условием отпуска кня­жича Василия в Москву помолвку с его дочерью Софией. У мо­лодого князя не было выбора, и он согласился, не ведая, какое горе это принесет и Северо-восточной Руси, и Смоленску. Сама же свадьба состоялась в Москве в 1390 г. уже после смерти Дмит­рия Донского.

Но вернемся в 1386 г. Почти одновременно с помолвкой Ва­силия Дмитриевича, 15 февраля 1386 г. великий князь Литовский Ягайло принимает в Кракове католичество и становится Владис­лавом, а еще через 3 дня он торжественно венчается с польской королевой Ядвигой, и, наконец, 4 марта он становится королем Польши.

Личная уния Литвы и Польши представляла страшную угро­зу Тевтонскому ордену, одновременно эта уния представляла смер­тельную опасность и для православного населения Великого кня­жества Литовского. Поэтому против Ягайло (Владислава) обра­зовалась довольно странная коалиция: Тевтонский орден, право­славный литовский князь Андрей Ольгердович Полоцкий и смо­ленский князь Святослав Иванович. Кроме всего прочего Свя­тослав хотел вернуть ряд городов, захваченных литовцами ра­нее у Смоленского княжества.

Князь Святослав захватил Оршу, несколькими десятилетия ранее отнятую у смоленских князей литовцами. Хроника Быхов-ца сообщает, что смоляне «много зла причинили христианам, по­ступая не по-человечески и не по-христиански: мучили христи­ан, собирая запирали в избах и зажигали, а иных хватали, и, при­подняв большие хоромы, клали пленных под стены головами и зажимали, а о иных различных нехристианских муках из-за ве­ликого страха не пишу: ни Антиох Ассирийский, ни Юлиан От­ступник так народ не мучили. И повоевав и забрав в плен жите­лей, возвратились восвояси, замкам же ничего не сделали». Эти строки С.М. Соловьев перенес в свою «Историю государства Рос­сийского» без ссылок и комментарием.

Затем Святослав осадил город Мстислав ль, где сидел литовс­кий наместник Коригайло83 Ольгердович. Смоляне начали раз­рушать стены крепости пороками, но через 10 дней, 29 апреля 1386 г., большое литовское войско во главе с родным братом Ягай-ло князем Скиригайло и с братьями Дмитрием Корибутом и Си­меоном Лугвеном приблизилось к Мстиславлю. Святослав Ива­нович отступил от города и неподалеку, на берегу речки Вехры, правого притока Сожи, принял сражение. Смоляне были наголо­ву разбиты, сам Святослав пал, пронзенный копьем, а оба его сына, Юрий и Глеб, попали в плен.

Литовцы преследовали русских аж до Смоленска, но штур­мовать город не решились. За большой выкуп Скиригайло отдал смолянам тело убитого князя Святослава.

Раненого Юрия Святославича Скиригайло велел выходить в Торжке, а потом отправил Юрия княжить в Смоленск. Старший же сын Святослава Глеб на некоторое время был оставлен залож­ником. Различное отношение к братьям Святославичам объясня­ется родственными связями, Юрий был мужем старшей сестры Скиригайло.

Вскоре Витовт вновь поссорился со своими двоюродными бра­тьями Ягайло и Скиригайло, и ему пришлось искать убежища в землях Тевтонского ордена. В 1390 г. орденское войско вместе с дружиной Витовта вторглось в Литву. Любопытно, что в рядах крестоносцев находилось много западноевропейских рыцарей, в том числе граф Дерби, позднее ставший английским королем под именем Георга IV. Генеральное сражение произошло иод Вильно на берегу речки Вилни. Ягайло и Скиригайло были наголову разбиты. Среди пленных князю Витовту достались и смоленс­кие князья Глеб Святославич и какой-то Глеб Константинович84, сражавшиеся на стороне Скиригайло. Впрочем, не исключено, что Глеб Святославич сам перешел на сторону Витовта, тем более что тот был ему шурином85.

Так или иначе, но Витовт согнал со смоленского престола Юрия Святославича, ставленника Скиригайло, и посадил туда Глеба, а Юрия в виде утешительного приза послал княжить в городок Рославль.

В орденском войске Глеб увидел действие пушек, и, став смо­ленским князем, купил или получил в подарок от Витовта не­сколько тяжелых пушек (картунов).

Летом 1395 г. великий князь литовский Витовт отправился в поход на татар на помощь своему зятю великому князю москов­скому Василию I. Замечу, что Москве действительно угрожало на­шествие Тамерлана (Тимура). Витовт как бы случайно объявил­ся около Смоленска. Глеб Святославич выехал ему навстречу, Ви­товт принял его хорошо, одарил подарками и отпустил, предло­жив быть третейским судьей для смоленских князей в их рас­прях, и пообещал оборонять их от Юрия и Олега Рязанского. Смоленские князья поверили Витовту и приехали к нему в стан со своими боярами. Но тут Витовт велел схватить князей вместе со свитой.

28 сентября 1395 г. Смоленск, оставшийся без князей, был об­маном взят литовцами. Витовт отправил Глеба Святославича на княжение в городок Поденное в Литве, а в Смоленске оставил своих наместников князя Ямонта и боярина Василия Борейко-вича вместе с литовским гарнизоном. На воле остался лишь князь Юрий Святославич, гостивший в то время у своего тестя Олега Ивановича Рязанского.

Узнав о захвате Смоленска Витовтом, Юрий Святославич Смо­ленский и Олег Иванович с рязанской ратью вторглись в литов­ские пределы. Витовт не стал вступать в сражение и отправился в свою очередь грабить Рязань. Олег Рязанский приказал своему войску спрятать в надежном месте добычу, взятую в Литве, и на­легке начать поиски литовцев, вторгшихся на Рязанщину. Рязан-цы нагнали литву и побили ее, а сам Витовт едва сумел уйти.

Московский же князь Василий I не только не помог смоленс­ким князьям, а наоборот, в 1396 г. поехал в Смоленск на встречу с Витовтом. При въезде в Смоленск зять Витовта приказал са­лютовать из огромных картанов (пушек) в течение двух часов. В захваченном Смоленске родственники отпраздновали Пасху.

Олег Рязанский в это время осадил литовский город Любутск, но Василий направил к Олегу посла, и тот, угрожая московской ратью, заставил рязанцев снять осаду.

Осенью 1396 г. Витовт с большим войском напал на Рязанскую землю. Как писал Д.И. Иловайский: «...предал ее опустошению; причем «литовцы сажали людей улицами и секли их мечами». По выражению летописца, Витовт «пролил Рязанскую кровь как воду». После этих подвигов прямо из Рязанской земли он заехал к своему Московскому зятю в Коломну, где пировал с ним не­сколько дней»86.

И после этого наши историки смеют называть Олега Рязанс­кого «изменником Руси», а персонажей типа Василия I — «соби­рателями Руси».

Битва на Ворскле имела большое значение для Смоленского княжества, ведь там был убит его князь Глеб Святославич. Смо­ляне, тяготившиеся зависимость от Витовта, обратились к своему прирожденному князю Юрию Святославичу, жившему в Рязани у своего тестя князя Олега. В 1400 г. Юрий стал просить тестя: «Прислали ко мне смоленские доброхоты с известием, что мно­гие хотят меня видеть на моей отчине и дедине. Сделай милость, помоги мне сесть на великом княжении Смоленском». Олег ис­полнил просьбу зятя, на следующий год явился с войском под Смоленском и объявил его гражданам, что если они не примут к себе Юрия, то рязанская рать не уйдет от стен, пока не возьмет города и не предаст его огню и мечу.

В это время князем в Смоленске был Роман Брянский, поса­женный туда Витовтом после смерти Глеба. Большинство горо­жан не желали ни Романа, ни Витовта, и в августе 1401 г. смо­ляне открыли ворота Юрию Святославичу. Видимо, произошел кровавый переворот, в ходе которого были убиты Роман Брянс­кий инесколько бояр, как местных, так и «не местных», от Витовта. Жену Романа Брянского с детьми князь Юрий велел от­пустить на все четыре стороны.

Юрий Святославич занял Смоленск в августе 1401 г., а уже осенью Витовт с полками стоял иод городом. В самом Смоленске сторонники Витовта подняли мятеж, но были перебиты. Витовт без толку простоял под городом четыре недели, в конце концов, заключил перемирие и отступил.

Следующий 1402 год оказался более удачным для Витовта. Сын рязанского князя Родислав Олегович пошел на Брянск, но у Лю-бутска его встретили князья Гедеминовичи — Семен Лугвений Ольгердович и Александр Патрикиевич Стародубский. Они раз­били рязанское войско, а самого княжича взяли в плен. Три года Родислав провел в темнице у Витовта и, наконец, был отпущен в Рязань за три тысячи рублей.

В 1403 г. Лугвений Ольгердович взял Вязьму, а в 1404 г. Ви­товт опять осадил Смоленск, и опять неудачно. Три месяца сто­ял он под городом, литовцы построили батареи под стенами и начали обстрел Смоленска из тяжелых осадных орудий. Но взять город не удалось, и Витовт, разграбив окрестности, ушел в Литву.

В 1402 г. умер рязанский князь Олег Иванович. Теперь Юрию Святославичу пришлось рассчитывать только на себя. Защитить Смоленск мог только московский великий князь Василий Дмит­риевич, но тот был женат на Софье Витовтовне. Юрий видел, что из двух подданств надо выбрать наименее тяжкое и, взяв опас­ную грамоту, поехал в Москву и стал умолять князя Василия: «Тебе все возможно, потому что он тебе тесть, и дружба между вами большая, помири и меня с ним, чтоб не обижал меня. Если же он ни слез моих, ни твоего дружеского совета не послушает, то помоги мне, бедному, не отдавай меня на съедение Витовту. Если же и этого не хочешь, то возьми город мой за себя, владей лучше ты им, а не поганая Литва».

Василий обещал помочь, но медлил. По сему поводу Супрасль-ская летопись говорит: «Князь же Василий обеща ему дати силу свою и удержа его на тые срокы, а норовя тьсти своему Витов­ту». То есть попросту Василий арестовал Юрия и дал знать об этом тестю.

Витовт не заставил себя ждать и в 1404 г. с большим войском заявился к Смоленску. Несколько изменников бояр открыли ему городские ворота и выдали жену Юрия — дочь Олега Рязанс­кого. Витовт в Смоленске особой популярностью не пользовался, поэтому многих бояр он казнил, а других взял с собой в Литву вместе с княгиней и малолетними детьми князя Юрия. Там они и погибли в заточении. В Смоленске был посажен наместник Витовта. С удельным княжеством Смоленским на этот раз было покончено навсегда.

А что же делал «собиратель русских земель» Василий I? Да ровным счетом ничего. Узнав о захвате Смоленска Витовтом, он свалил все с больной головы на здоровую и заявил Юрию Свя-тославичу: «Приехал ты сюда с обманом, приказавши смольня-нам сдаться Витовту». Юрий, видя гнев московского князя, уехал в Новгород, где жители приняли его и дали тринадцать горо­дов87 . Юрий и новгородцы поклялись друг другу жить в вечном мире, а в случае, если неприятель нападет на Новгород, князь Юрий обещал биться с новгородцами заодно.

Вместе с Юрием в Новгород прибыли его брат Владимир Свя-тославич, сын Федор, а также вассал Семен Иванович88 Вяземс­кий. Но в Новгороде Юрий прокняжил всего два года, а затем вместе с Семеном Вяземским уехал в Москву. В Новгороде же остался княжить Федор Юрьевич.

Василий I дал Юрию в кормление город Торжок. Потерявший жену Юрий влюбился в жену Семена Вяземского Ульяну89. Страсть овладела князем настолько, что он убил Семена и ре­шил силой овладеть Ульяной. Но та схватила нож и попыталась убить насильника. Юрий выхватил меч и изрубил тело несчаст­ной на куски. Затем князь приказал слугам бросить останки Ульяны в реку. Там их нашел рыбак и сообщил местному попу. Боясь наказания великого князя московского, Юрий бежал в маленький монастырь близ Венева, где постригся в монахи и умер 14 сентября 1408 г. Тело Юлиании было торжественно предано земле в центральном соборе Торжка. Почти сразу же духовен­ство прославило ее, а в середине XVI века на Стоглавом соборе Юлианию (Ульяну) из местночтимых святых ввели в пантеон общерусских святых. Мощи ее к 1917 г. находились в Преобра­женском соборе в Торжке. Любопытно, что в Веневе позже нача­лось почитание и ее убийцы — князя Юрия Смоленского.

Сын Юрия Федор княжил в Новгороде до 1412 г., когда Витовт стал грозить Республике войной, требуя высылки ненавис­тного ему смоленского князя. Юрий Федорович на вече сам сло­жил с себя полномочия, не желая быть поводом к войне.

Он уехал в земли Ордена, а оттуда — в Западную Европу. Далее о нем лишь известно, что в 1413г. он был участником собора в Констанце. Причем, судя по его гербу, Юрий вступил в военно-монашеский орден святого Иоанна Иерусалимского.

Потомки смоленских князей — роды Жижемских, Коркоди-новых, Кропоткиных, Дашковых, Порховских и другие — служи­ли в XV —XVII веках как в Литве, так и в России. С XIV века служили великому князю московскому другие потомки удель­ных князей смоленских — Ржевские и Фоминские, видимо, ли­шившиеся своих уделов в результате литовского продвижения на восток. Со временем они потеряли свои княжеские титулы и стали родоначальниками многих известных служилых родов Московского государства — Полевых, Еропкиных, Толбузиных, Травиных, Осокиных и других.

Витовт в 1403 г. взял и Вязьму — столицу одноименного удель­ного княжества, находящуюся примерно в 210 км от Москвы и в 150 км от Смоленска. При этом вяземские князья признали себя вассалами Великого княжества Литовского, но сохранили свою власть в княжестве. Как и в случае со Смоленском, Василий I промолчал. Лишь в 1405 г. он вдруг послал двух татарских царе­вичей на литовские города Вязьму, Брянск и другие. Татары хо­рошо повоевали, много народу перебили и в плен увели, разори­ли и пожгли Литовскую землю до самого Смоленска и верну­лись домой с большой добычей.

О жизни города Смоленска с 1404 г. по 1440 г. под властью на­местников великого князя литовского практически ничего не из­вестно. В позднейших документах упоминаются привилегии, дан­ные городу великим князем литовским Витовтом, а позже Сигиз-мундом и Казимиром. Однако в чем заключались привилегии — неизвестно. Видимо, жили смоляне не так уж и плохо.

В 1410г. в Грюндвальдской битве тремя смоленскими полка­ми командовал мстиславский князь Юрий, сын Семена Ольгердовича Лугвеня. Смоляне сумели остановить натиск крестонос­цев, но сами понесли большие потери.

Остальные немецкие сведения о Смоленске того времени но­сят бытовой характер. Так, в 1415г. в Смоленске был пожар и мор, а в 1430 г. объявился в городе огромный бесшерстный волк, который коих граждан покусал, а коих даже съел.

В 1434 г. великий князь литовский Сигизмунд отправил в Смо­ленск своего наместника воеводу Андрея Саковича. В 1440 г. смо­ляне восстали против власти великого князя литовского. Как гласит хроника Быховца: «И после Пасхи на святой неделе в среду вздумали смольняне, черные люди, кузнецы, кожемяки, сапожники, мясники, котельники Андрея силой выгнать из города и нарушить присягу; и вооружились они сулицами и стрела­ми, и косами, и топорами, и зазвонили в колокол. Андрей начал советоваться со смоленскими боярами, и бояре ему сказали: «Прикажи своим дворянам вооружаться, а мы с тобой; разве лучше даться им в руки?». И пошли на конях с копьями против них и сошлись они в городе у святого Бориса и Глеба и поби­ли копьями много черных людей насмерть, а иные раненые ос­тались живы, и разбежались черные люди от Андрея».

Однако ночью Андрей Сакович с женой несколькими смолен­скими боярами бежал из города. Утром смоляне схватили маршалка90 Петра и утопили в Днепре. Воеводой в Смоленске был выбран князь Андрей Дмитриевич Дорогобужский. Однако не­которым боярам новый воевода пришелся не по душе, и они по­ехали жаловаться к великому князю литовскому Казимиру. В от­вет горожане позвали Мстиславского князя Юрия Лугвеневича, сына Семена Ольгердовича Лугвеня. Тот долго не заставил себя ждать и по прибытии объявил себя князем смоленским. Когда обиженные бояре вернулись от Казимира, князь Юрий некото­рых из них казнил, а остальных отправил в темницу. Имущество опальных Юрий роздал своим боярам.

Весной 1441 г. великий князь литовский Казимир послал польско-литовское войско на Смоленск. Однако это войско по­стояло три недели под городом, «посады и монастыри пожгли, и людей множество увели в плен, и кровопролитие христианам учинили немалое»91. А затем польско-литовское войско было вынуждено двинуться восвояси.

Осенью 1441 г. Казимир собрал большое войско и лично от­правился под Смоленск. Узнав о приближении Казимира, князь Юрий вместе с женой бежал в Великий Новгород. Смоленск был взят штурмом. После этого Казимир вновь назначил своим наме­стником Саковича, а сам отправился в Вильно.

Так закончилась последняя попытка смолян восстановить свою независимость, воспользовавшись усобицами в Литве.

ГЛАВА 10





Дата добавления: 2017-01-14; Просмотров: 50; Нарушение авторских прав?;


Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет



ПОИСК ПО САЙТУ:





studopedia.su - Студопедия (2013 - 2017) год. Не является автором материалов, а предоставляет студентам возможность бесплатного обучения и использования! Последнее добавление ip: 54.224.41.46
Генерация страницы за: 0.022 сек.