Студопедия

КАТЕГОРИИ:


Архитектура-(3434)Астрономия-(809)Биология-(7483)Биотехнологии-(1457)Военное дело-(14632)Высокие технологии-(1363)География-(913)Геология-(1438)Государство-(451)Демография-(1065)Дом-(47672)Журналистика и СМИ-(912)Изобретательство-(14524)Иностранные языки-(4268)Информатика-(17799)Искусство-(1338)История-(13644)Компьютеры-(11121)Косметика-(55)Кулинария-(373)Культура-(8427)Лингвистика-(374)Литература-(1642)Маркетинг-(23702)Математика-(16968)Машиностроение-(1700)Медицина-(12668)Менеджмент-(24684)Механика-(15423)Науковедение-(506)Образование-(11852)Охрана труда-(3308)Педагогика-(5571)Полиграфия-(1312)Политика-(7869)Право-(5454)Приборостроение-(1369)Программирование-(2801)Производство-(97182)Промышленность-(8706)Психология-(18388)Религия-(3217)Связь-(10668)Сельское хозяйство-(299)Социология-(6455)Спорт-(42831)Строительство-(4793)Торговля-(5050)Транспорт-(2929)Туризм-(1568)Физика-(3942)Философия-(17015)Финансы-(26596)Химия-(22929)Экология-(12095)Экономика-(9961)Электроника-(8441)Электротехника-(4623)Энергетика-(12629)Юриспруденция-(1492)Ядерная техника-(1748)

Графико-орфографическая реформа 1918 г




В 1904 г. была создана комиссия по упрощению русской орфографии. Для реформы правописания предлагали отменить букву ъ («ер») и не только в конце слова, но и вообще, например, в словах типа съел. Сама по себе реформа была полезна, но она не была осуществлена, поскольку силы общественности не допустили её осуществления. Страстным противником реформы был Л.Н. Толстой. Писатель понимал, что не всегда упрощение полезно для развития общества. подробнее

  подробнее    
 
Орфографическая реформа 1917–1918 гг. состояла в изменении ряда правил русского правописания, что наиболее заметным образом проявилось в виде исключения нескольких букв из состава русского алфавита. Реформа обсуждалась и готовилась задолго до её практического проведения. Впервые она оформилась в виде «Предварительного сообщения» Орфографической подкомиссии при Императорской Академии наук под председательством А.А. Шахматова (1904). В 1911 г. особое совещание при Академии наук в общем виде одобрило работы предварительной комиссии и вынесло по этому поводу свою резолюцию: детально разработать основные части реформы; соответствующее постановление было опубликовано в 1912 г. С этого времени появляются единичные издания, напечатанные по новой орфографии. Официально реформа была объявлена 11 (24) мая 1917 г. в виде «Постановлений совещания по вопросу об упрощении русского правописания», а 17 (30) мая на основании указанных материалов Министерство народного просвещения Временного правительства предписало попечителям округов немедленно провести реформу русского правописания; ещё один циркуляр вышел 22 июня (5 июля). Впрочем, реформа тогда началась только в школе, что было подтверждено декретом советского Народного комиссариата просвещения от 23 декабря 1917 г. (5 января 1918 г. по новому стилю). Для прессы и делопроизводства обязательным стали только декрет Совета народных комиссаров от 10 октября 1918 г. (опубликован в «Известиях« 13 октября) и постановление президиума Высшего совета народного хозяйства «Об изъятии из обращения общих букв русского языка» (имеются в виду буквы с общим значением: і=и, ?=е, ?=ф), опубликованное на следующий день. В соответствии с реформой: · из алфавита исключались буквы ять, фита, I («и десятеричное»); вместо них должны употребляться, соответственно, Е, Ф, И; · исключался твёрдый знак (Ъ) на конце слов и частей сложных слов, но сохранялся в качестве разделительного знака (подъём, адъютант); · изменялось правило написания приставок на -з/-с: теперь все они (кроме собственно с-) кончались на с перед любой глухой согласной и на з перед звонкими согласными и перед гласными (разбить, разораться, разступиться > разбить, разораться, но расступиться); · в родительном и винительном падежах прилагательных, и причастий окончания -аго, -яго заменялось на -ого, -его (например, новаго > нового, лучшаго > лучшего, ранняго > раннего), в именительном и винительном падежах множественного числа женского и среднего родов -ыя, -ія – на -ые, -ие (новыя (книги, изданія) > новые); · словоформы женского рода множественного числа он?, одн?, одн?хъ, одн?мъ, одн?ми заменялись на они, одни, одних, одним, одними; · словоформа родительного падежа единственного числа ея (нея) – на её (неё). В последних пунктах реформа, вообще говоря, затрагивала не только орфографию, но и орфоэпию и грамматику, так как написания он?, одн?, ея (воспроизводившие церковнославянскую орфографию) в некоторой степени успели войти в русское произношение, особенно в поэзию (там, где участвовали в рифме: он? / жен? у Пушкина, моя / нея у Тютчева и т.п.). Реформа ничего не говорила о судьбе редкой и выходящей из практического употребления ещё до 1917 г. буквы ? (ижицы); на практике после реформы она также окончательно исчезла из алфавита. Согласно декрету, «все правительственные издания, периодические (газеты и журналы) и непериодические (научные труды, сборники и т.п.), все документы и бумаги должны с 15 октября 1918 г. печататься согласно при сем прилагаемому новому правописанию». Таким образом, частные издания формально могли печататься по старой (или вообще какой угодно) орфографии. Переучивание ранее обученных старой норме, согласно декрету, не допускалось. На практике же государственная власть достаточно скоро установила монополию на печатную продукцию и весьма строго следила за исполнением декрета. Частой практикой было изъятие из типографских касс не только букв I, фиты и ятя, но и Ъ. Из-за этого получило широкое распространение написание апострофа как разделительного знака на месте Ъ (под’ём, ад’ютант), которое стало восприниматься как часть реформы (хотя на самом деле, с точки зрения буквы декрета Совнаркома, такие написания являлись ошибочными). Тем не менее, некоторые научные издания (связанные с публикацией старых произведений и документов; издания, набор которых начался ещё до революции) выходили по старой орфографии (кроме титульного листа и, часто, предисловий) вплоть до 1929 г. В 1929 г. была создана новая Орфографическая комиссия (в ее составе – А.М. Пешковский, Н.Н. Дурново, С.П. Обнорский и др.); работа комиссии свелась к обсуждению ряда предложений. В 1940 г. вышла из печати книга «Правила единой орфографии и пунктуации с приложением краткого словаря. Проект. Составлен Комиссией по разработке единой орфографии и пунктуации русского языка, учрежденной Постановлением СНК СССР от 10 юля 1939 г.». Война помешала проведению в жизнь этого проекта. Новые «Правила русской орфографии и пунктуации» готовились уже в конце 40-х – первой половине 50-х годов. В работе над ними принимали активное участие С.И. Ожегов, А.Б. Шапиро, С.Е. Крючков». «Было подготовлено несколько редакций свода. Последняя из них, 1951 года, активно обсуждалась на страницах газет и журналов». Эти газеты и журналы найти не удалось. Проект и сама реформа ни словом не упоминаются в журнале «Вопросы языкознания» за 1952–1956 гг., хотя там обсуждались многие другие словари, грамматика 1952 года и другие направления деятельности Института языкознания АН СССР (место работы С.Г. Бархударова, С.И. Ожегова, А.Б. Шапиро; С.Е. Крючков работал в МГПИ). «В 1955 г. был опубликован проект «Правил» (под грифом Института языкознания АН СССР и Министерства просвещения РСФСР). Этот проект был официально утверждён Академией наук, Министерством высшего образования СССР и Министерством просвещения РСФСР в 1956 г. и тогда же опубликован (одновременно с академическим «Орфографическим словарем русского языка» на 100 тыс. слов под ред. С.И. Ожегова и А.Б. Шапиро). Однако в статье К.И. Былинского и Д.Э. Розенталя (ВЯ 5’57) уже упоминается 2-е издание. Первое было на 110 тыс. слов. В 1960 г. было выпущено 4-е издание толкового словаря С.И. Ожегова, отражающее реформу. Интересно, что в авторском предисловии к 4-му изданию толкового словаря С.И. Ожегова, приведённом в 9-м издании (1972), дефис при переносе копирован в следующую строку, что удобно, но прямо противоречит 1956: 123. Это нововведение было позже закреплено комиссией В.В. Лопатина. Изменения можно видеть, сравнивая книги, изданные незадолго до реформы, с современными. · Изменено написание итти > идти. В родственных словах изменений не замечено. · Уменьшено число слов с цы в корне (по сравнению с дореволюционной орфографией убраны цыбик, цыновка, цырюльник, цынга, цыфирь, панцырь). Слово цыновка попадается в книгах, остальные слова взяты из Я.К. Грота. Цыбик, панцырь, цынга есть у Ушакова, но у него цифирь и цирюльник (кроме статьи «Альмавива»). У Даля также есть слово цыркать, в списке исключений 1956 г. его нет, но оно возвращено в список реформой Лопатина (есть в его словаре и в его своде 2007 г.). · Изменена постановка о/ё после шипящих: шопот > шёпот, жолудь > жёлудь, жолоб > жёлоб, чорт > чёрт, но ключём > ключом (оставлено Ильичём для В.И. Ленина), ежёвый > ежовый. · Изменены некоторые дефисные написания: то-есть > то есть, на-ка-сь > на-кась (последнее изменение, судя по Google, осталось только в сборнике Розенталя – реально новый вариант никто не использует); повидимому > по-видимому, попрежнему > по-прежнему, но во время (? – надо проверить) > вовремя. · Убраны варианты глиссёр, издавнА, клеИть, блеЯть, акушер (возможно, и какие-то другие) – список получен сравнением со словарём Ушакова. · зарянка (Ушаков) > зорянка (Бархударов-Ожегов-Шапиро, Ожегов, Розенталь). Реформой Лопатина возвращено написание зарянка (свод 2007 43/, словарь Лопатина). · снигирь (Ушаков) > снегирь (БОШ). · не при чём (Ушаков) > ни при чём (БОШ). Среди ошибочных «исправлений» реформ 1930 и 1956 гг.: каракатица (уже у Ушакова; у Грота корокатица), каравай (у Ушакова коровай), паром (уже у Ушакова; у Грота поромъ), мездра (уже у Ушакова; у Грота мяздра), карачки (у Ушакова дан правильный вариант корачки), махровый (у Даля мохровый, у Грота нет, у Ушакова мохровый и махровый, у Фасмера мохровый). Основополагающих документов реформы пока найти не удалось. В.В. Лопатин утверждает, что реформы вообще не было. Иногда попадаются утверждения, что были всего лишь закреплены типичные написания. Пример слова итти показывает обратное. Д.Э. Розенталь (Московский полиграфический институт), по-видимому, не входил в число разработчиков реформы. Его справочник содержит не те правила, что изложены в официальном своде 1956 г. Школьные правила также отличаются (например, в правилах постановки ь). К.И. Былинский (МГУ) и Д.Э. Розенталь критикуют словарь БОШ в журнале «Вопросы языкознания» 5’57: почему бортинженер, бортмеханик и т.п., но пресс-папье, пресс-бюро – должно быть наоборот; почему народнохозяйственный, но народно-поэтический; удлинённо-яйцевидный, но обратнояйцевидный, обратносердцевидный; непонятно, почему горизонтально-высадочный и т.п.; почему вернисаж, а не верниссаж, фрикасе, а не фрикассе. Проект 1964 года. В 1962 г. при Институте русского языка под руководством В.В. Виноградова создана орфографическая комиссия. Активно работал в ней известный лингвист Михаил Панов... Одно из достижений работы комиссии – создание нового «Свода правил русской орфографии. В печати появились статьи литераторов и журналистов, которые не понимали ценностей этих предложений и высмеивали новые правила. Упорядочение русской орфографии в 1964 г. не прошло. В 1964 г. в ряде центральных газет и журналов был опубликован проект «Предложений по усовершенствованию русской орфографии». На страницах центральной прессы и научных журналов развернулась дискуссия по вопросам орфографии, в которой приняли участие О.С. Ахманова, Ю.А. Бельчиков, В.В. Веселитский, С.Г. Бархударов, В.В. Виноградов, А.И. Ефимов и др. Институт русского языка АН СССР, при котором работала Орфографическая комиссия, выпустил четыре сборника: «Вопросы русской орфографии» (1964), «Проблемы современного русского правописания» (1964), «О современной русской орфографии» (1964), «Орфография собственных имен» (1965). Пятая книга из этой серии представляет собой «Обзор предложений по усовершенствованию русской орфографии» (1965). В 1963 г. в газете «Известия» была опубликована статья проф. А.И. Ефимова о низком уровне грамотности в стране и необходимости упрощения орфографии. Вскоре Постановлением Президиума АН СССР от 24 мая 1963 г. была создана Комиссия по усовершенствованию русской орфографии. В постановлении подчеркивалось «настойчивое требование советской общественности … внести усовершенствования и упрощения в систему правописания». Комиссии были даны весьма сжатые сроки – «завершить работу и представить свои предложения в Президиум АН СССР в 1964 г.». В состав этой комиссии входили видные языковеды, такие, как В.В. Ви­ноградов (председатель), Р.И. Аванесов, А.А. Реформатский, С.И. Ожегов, М.В. Панов, а также методисты, психологи, учителя школ, специалисты вузов, писатели (например, К.И. Чуковский). Комиссия исходила из того, что русское письмо не нуждается в революционном преобразовании, надо лишь избавить его от всего противоречивого, двойственного, устарелого, без нужды отягощающего память пишущего. Главная цель – облегчить усвоение орфографии учащимися. Как и в проекте начала века, вместо неоправданно трудного правила написания о/ё под ударением после шипящих (пишем шёлк, но шорох, чёрт, но чокаться) было предложено простое и ясное правило: после всех шипящих под ударением писать о, без ударения – е: жолудь, но желудей, шолк, но шелковистый. Именно такое правило действует сейчас относительно написания о/е после буквы ц. Предлагалось также (как и в предыдущих проектах) писать мышь, рожь, помнишь, ешьте, печь, стричься, настежь без мягкого знака. Во всех этих случаях мягкий знак лишний – он не указывает на мягкость предшествующего согласного. Большим облегчением для пишущего (прежде всего для обучающегося письму) было бы и предложенное комиссией последовательное написание после ц буквы и: цирк, циган, лисицин, птенци. Но и этот проект не был реализован, причем, как и в начале ХХ в., изменения приветствовали преподаватели русского языка, но общество в целом проект не поддержало и очень эмоционально выражало свой протест в письмах и статьях. Кто-то написал, что он отказывается есть огурцы, написанные через и, как в свое время – в начале ХХ в. – не хотели есть хлеб, написанный не через ять: он, мол, не такой душистый и вкусный. Особенно резкой была реакция писателей – людей, для которых графика слова, его начертание имеет самостоятельную эстетическую ценность. Опубликованные в «Известиях» (№ № 228 и 229 за 1964 г.) предложения комиссии вызвали бурную реакцию протеста, выразившуюся в ряде публикаций в тех же «Известиях» осенью 1964 г. Прекращение обсуждения совпало со снятием Н.С. Хрущева. В дальнейшем, в «эпоху застоя» об этих предложениях постарались забыть, но о них до сих пор вспоминают при каждом удобном случае представители интеллигенции, весьма подозрительно относящиеся теперь к любым попыткам вмешательства в правила правописания, а некоторые журналисты видят в таких попытках бесценный «жареный» материал. Тем не менее, в начале 70-х гг. при Институте русского языка АН СССР, уже распоряжением Отделения литературы и языка, была вновь создана Орфографическая комиссия (председатель – В.И. Борковский). Предложения этой комиссии, гораздо менее радикальные, были сформулированы в 1973 г. и переданы в Президиум АН СССР. Не получив никакого отклика, они были «похоронены» в недрах Президиума. Проект 1973 г. «В 1973 г. в России была создана Орфографическая комиссия под председательством акад. В.И. Борковского, которая разработала «Проект изменений некоторых правил русского правописания». Его не опубликовали и не представили на широкое обсуждение общественности (Т.Г. Григорьева, 1998, с. 54; Е.И. Бреусова, 2000, с. 13). «Проект 1973 г.» исследуется в настоящее время Е.И. Бреусовой по документам и рабочим материалам, хранящимся в личном архиве акад. В.И. Борковского. «В отличие от предыдущей комиссии, – отмечала Е.А. Иванчикова в интервью, данном газете «Известия» (опубликовано 25 октября 1974 г.), – мы не ставим перед собой задачи существенной переработки орфографии. Мы идем по пути упрощения, устранения несогласованностей, орфографических трудностей. На рабочих заседаниях обсуждаем предложения проекта 1964 г. и решаем, принять их полностью, частично или оставить в силе правила 1956 г.». «Проект изменения некоторых правил русской орфографии и пунктуации» 1973 г. затрагивал следующие вопросы: 1) гласные ы, и после ц; 2) гласные ы, и после приставок; 3) гласные у (ю), а, и после шипящих; 4) суффиксы существительных -e -иц; 5) суффиксы прилагательных -тек, -енск; 6) суффиксы прилагательных -aн, -ян; 7) суффиксальные -н и -нн в причастиях и в образованных от них прилагательных; 8) буква ь; 9) дефисное и раздельное написание частиц, компонентов местоимений и наречий и некоторых других разрядов слов; 10) слитное и раздельное написание отрицания не; 11) прописные буквы; 12) правила переносов. В постановлении президиума АН СССР № 429 от 24 апреля 1975 г. отмечалось, что президиум одобрил перечень вопросов, намеченных для рассмотрения на его заседаниях. «Несомненное достоинство каждой орфографической системы – отсутствие неоправданных исключений из правил», – отмечал В.И. Борковский в своем докладе о проекте. К числу таких неоправданных исключений, по мнению комиссии, принадлежит написание ы после ц в корнях нескольких слов (цыган и проч.) и сохранение ю в словах жюри, брошюра, парашют, удвоенной нн в словах оловянный, деревянный, стеклянный. С изъятием исключений первых двух видов можно согласиться без больших оговорок, хотя все-таки не безусловно. Поскольку во всех корнях после ц будет писаться и, правило получит очень простой вид (правда, умножится число нарушений слогового принципа графики, и риск ошибок все же не исчезнет, тем более что написание ы сохраняется в суффиксах и окончаниях). Написания жури, брошура, парашут ликвидируют одно из нарушений слогового принципа графики, правда, при условии произношения твердого ж в слове жюри: орфоэпические словари рекомендуют мягкое произношение. Но предлагаемое написание перечисленных выше трех прилагательных с одной н требует более существенных возражений. Данное новшество противоречит произношению этих слов, поэтому некоторые ученые считают, что эти слова являются «мнимыми исключениями», т. к. налицо сильная произносительная позиция для долгих согласных. Во-вторых, эти слова, часто встречаясь в письменной практике, легко запоминаются и не вызывают затруднений при написании. Приемлемо правило о правописании ы после приставок на согласный во всех случаях, кроме приставок сверх-, меж-. Данное предложение также сужает круг исключений и круг нарушений слогового принципа графики. Правда, оно как будто увеличивает число нарушений морфологического принципа орфографии, но обычное зачисление ы после приставок в фонетические написания не так уж бесспорно. Проектом предлагается написание суффикса -ец вместо -ец и -иц в существительных среднего рода. Ни у одного из этих суффиксов нет ударного варианта, поэтому в данном случае, как думается, предпочтение надо бы отдать написанию -иц, т.е. такому, которое приближено к произношению. Аргумент комиссии, что в форме родительного падежа множественного числа в уменьшительных существительных среднего рода выступает только суффикс -ец, не оправдывается. В указанной форме существительных суффикс -ец оказывается в ударном положении только в тех словах, которые в именительном падеже единственного числа оканчиваются на -ецо, но формы эти (вида письмец, ружьец) практически не употребляются. У существительных на -ице в форме родительного падежа множественного числа финаль имеет вид -иц. Новое написание будет вступать в противоречие с нормой произношения тех слов, которые оканчиваются на -ице. Один из сложнейших вопросов русской орфографии – написание н и нн в причастиях и отглагольных прилагательных – также поднимается в проекте 1973 г., который предлагает писать нн в образованиях на -ованный (в том числе и в словах кованный, жеванный), а в остальных случаях одну или две буквы н выбирать в зависимости от вида глагола. Указанное предложение принципиально отличается от предложения проекта 1964 г. Составители проекта 1973 г., видимо, учитывая произношение, вывели слова желанный, (не)жданный, недреманное (око) в разряд исключений. Образования от двувидовых глаголов предлагается писать с нн, хотя в слове раненный (запись слова по предлагаемому правилу) произносится [н], а не [нн]. Следовательно, в этом случае уже не учитывается произношение. Написания кованный, жеванный, предлагаемые проектом, можно объяснить только аналогией со словами, где имеется созвучный суффикс (ср. маринованный), но первая часть финали в этих словах – корневая, они отличаются по морфемному составу от слов с суффиксом -ёванный, поэтому в данных словах написание нн будет нецелесообразным и нелогичным. Не отвечает оно и произношению. Если правописание полных причастий и отглагольных прилагательных по проекту 1973 г. зависит от вида глагола, то правописание н и нн в кратких страдательных причастиях и отглагольных прилагательных, кроме форм мужского рода, определяется местом ударения. Если ударение падает на гласный, стоящий перед [н], пишется нн, во всех остальных случаях – н. Это новое предложение по сравнению с предложениями предыдущих проектов. Данное правило до конца не продумано и противоречиво. В основу правописания полных и кратких форм прилагательных и причастий кладутся разные критерии. Предлагаемое правило не страхует учащихся от ошибок в написаниях. Оно плохо увязывается с морфологическим принципом орфографии. Проект регламентирует написание образований типа читаный-перечитаный, предлагая написание с одной н, вместо трех вариантов орфографического оформления, сложившихся в практике. Проектом рекомендуется писать частицу таки в словах типа так-таки, все-таки через дефис, а в примечании к правилу указывается, что в остальных случаях таки следует писать раздельно: успел таки на поезд. Правописание остальных частиц предлагается оставить прежним. Изменения, как видно из этого правила, вносятся непоследовательно. Что касается частицы таки, то за ней следовало бы закрепить раздельное написание, т.к., во-первых, в существующей норме она имеет колеблющееся написание, а во-вторых, тяготеет к разряду собственно частиц. Предлагаемое правило может провоцировать ошибки, т. К. закрепляет за частицей и дефисное, и раздельное написание в зависимости от условий, не совсем ясных для рядового пишущего. В написание отрицания не вносится целый ряд поправок. Рекомендуется писать не раздельно при наличии противопоставления, выраженного как союзом а, так и союзом но, например: наша квартира не велика, но и не мала. Предлагается писать не раздельно с краткими прилагательными и причастиями, если они выступают в роли сказуемого. Но в правиле не оговаривается, какие именно краткие прилагательные имеются в виду: любые или только отглагольные. В качестве примера приведены предложения: дом не достроен, долг не уплачен, в которых адъективация причастий проблематична. Если последняя поправка касается правописания отглагольных прилагательных, то это нововведение допустимо, т. к. краткие формы причастий и отглагольных прилагательных функционируют в речи в одной и той же синтаксической роли; иногда даже трудно разграничить эти языковые явления. При отнесении этого правила ко всем кратким прилагательным вопрос обстоит сложнее. В отношении полных причастий авторы проекта предлагают правило о слитном написании не независимо от наличия – отсутствия при них пояснительных слов. С одной стороны, причастия – это глагольные формы, с другой – по своей синтаксической роли полные причастия близки к прилагательным. Предлагаемое новшество сокращает количество пунктов в существующем правиле, внося небольшие поправки и принципиально не меняя написание не с различными частями речи. Рекомендуемые поправки приемлемы для практики письма: они объединяют написание форм прилагательных и причастий на основе синтаксических функций полных и кратких форм. Правда, эти поправки все равно не снимают трудности усвоения указанного разряда написаний. Правила 1956 г. не всегда способны разрешить спорные моменты, возникающие на практике в написании прописных и строчных букв. То, что предлагается проектом 1973 г., в основном отражает рекомендации «Предложений...» 1964 г. Правила переносов, предлагаемые проектами как 1964, так и 1973 гг., принципиально не отличаются от существующих. Они сводятся к допустимому минимуму ограничений свободы переноса, устраняя его зависимость от морфемного состава слова. Введение предлагаемых правил практически возможно, поскольку фонетический принцип, господствующий с древности до наших дней в переносе слов, проводится в проекте 1973 г. последовательнее. Проект 1973 г. повторяет предложение проекта 1964 г. о дефисном написании существительных с пол- во всех случаях. «Проект…» предлагает ввести новые правила слитных и дефисных написаний сложных слов, основанные в целом на формальном признаке: у существительных – на наличии / отсутствии соединительных гласных, у прилагательных – на наличии / отсутствии суффикса в первой части сложного слова. Удачным является правило, утверждающее слитное написание сложных прилагательных, в первой части которых отсутствует суффикс, и дефисное написание таких, в первой части которых суффикс есть, например: синезеленый, но счетно-суммирующий. Приемлемо и правило о написании сложных существительных: слитно пишутся существительные, образованные при помощи соединительной гласной; через дефис – не имеющие соединительной гласной, например: северовосток, но стоп-кран. Однако этому правилу противоречит много устоявшихся написаний в сфере географических названий: Новгород, Ленинград. Реформа В.В. Лопатина В 1988 г. в Институте русского языка АН СССР создана орфографическая лаборатория (впоследствии – сектор орфографии и орфоэпии), а распоряжением ОЛЯ – Орфографическая комиссия в новом составе (председатель – Д.Н. Шмелев, затем Ю.Н. Караулов, в настоящее время – В.В. Лопатин). В 2000 г. Комиссия во главе с В.В. Лопатиным издала орфографический словарь на 160.000 слов, в основном отражающий текущие написания. В 2006 г. данная комиссия подготовила свод новых правил, вышедший в 2007 г. ограниченным тиражом. Правила в основном отражают текущие написания и практически не отступают от словаря, изданного под редакцией В.В. Лопатина. Правила более полны, чем орфографические правила 1956 г., из-за чего и более сложны. В частности, правила написания о/ё после шипящих занимают шесть страниц, а правила написания нн – девять страниц. Важно заметить, что комиссия отказалась от многих своих идей по реформе, в том числе такой удачной, как написание ъ между частями сложносокращённого слова перед е,ё,ю,я (инъяз вместо иняз). Изменения в орфографических правилах таковы (комиссия не опубликовала список изменений): 1) пресненский, пензенский, сходненский – новая группа исключений; 2) индЮшечий (так и было в правилах 1956 г.) (хотя индюшАчий), но бЕличий, нЕрпичий, попугАичий; 3) полосануть (Словарь В.В. Лопатина) – против полосонуть (свод правил 1956 г.; Словарь Бархударова, Ожегова, Шапиро = БОШ); 4) разыскной (Словарь В.В. Лопатина) – против розыскной (БОШ); 5) вот-те раз – против вот те раз (Словарь В.В. Лопатина, 2000); 6) о кИе (и даже о киЕ) и т.п. (Словарь В.В. Лопатина) – против о кии (свод правил1956 г.); 7) зарянка (Словарь В.В. Лопатина) – против зорянка (БОШ); 8) тундреный (нет в БОШ) – новое исключение для двойных н; 9) цыркать – дополнение к списку слов на цы-; 10) узаконен перенос дефиса на следующую строку (т.е. он пишется в конце предыдущей и в начале следующей строки); 11) давно не метёный пол (с одним н), см. об этом http:// orthowiki.kalan.cc.
 
     

Особой остротой отличается проблема реформирования письма в странах Дальнего Востока, использующих китайскую иероглифику. Это связано со спецификой иероглифического письма.



2. откуда нумерация??!! Социальное воздействие на язык проявляется и в создании терминологий. Термины доступны сознательному регулированию. В СССР этим занимались Комитет научно-технической терминологии (КНТТ) АНиГосстандарт. КНТТ, помимо «Сводов терминов» по разным отраслям науки и техники, издал ряд точных инструктивных пособий. Сотрудники Института русского языка АН СССР были постоянными резидентами всех отраслевых ГОСТов. Термины можно подвергать международной стандартизации, например, таков двухтомный «Словарь славянской лингвистической терминологии», подготовленный Терминологической комиссией при Международном комитете славистов (Прага, 1977).

Количество терминов в современных языках огромно, это миллионы слов и словосочетаний. Однако эти миллионы распределены между тысячами отраслей знаний и техники и составляют периферию словаря, удаленную от ядра общенародной лексики. В отличие от орфографических реформ, затрагивающих каждого пишущего, нововведения в терминологии касаются только специальных и обособленных подъязыков профессионалов. Эти подъязыки устроены более рационально, чем общий язык, поэтому в области терминологии легче договориться и легче следовать рекомендациям терминологических комиссий.

Поскольку наука в значительной степени интернациональна, в сфере терминологии и специальных систем обозначений возможны международные договоренности, в особенности о точном содержании и месте в системе тех или иных обозначений. Таким образом, в целом терминология – это область языковых явлений, в которой результаты сознательного воздействия общества на язык наиболее ощутимыиперспективны.

3. откуда нумерация??!! Социум регулирует и нормативно-стилистическую систему языка. Внедрение норм в языковую практику говорящих имеет широкие возможности:

v во-первых, общество воздействует на язык с помощью компетентных органов. Например, Российская академия наукпод президентством княгини Е.Р. Дашковой (1783–1796 гг.), по инициативе Екатерины Романовны был выпущен толковый словарь русского языка «Словарь Академии Российской» (ч. 1–6, 1789–1794). В ХХ в. таковы научно-исследовательские институты родных языков;

v проведение кодификации языковых норм;

v составление нормативных словарей, справочников, руководств;

v создание консультативных служб по вопросам языка и культуры речи, например, в 2000 г. при Президенте РФ был создан Совет по русскому языку;

v во-вторых, ряд государственных учреждений: школа, средства массовой информации – прямо воздействуют на языковую практику говорящих. Например, правительство России приняло целевую федеральную комплексную программу «Русский язык» на 2001–2005 гг., предусматривающую новую технологию обучения;

v создание нового поколения учебников;

v разработку языковых квалификационных требований по использованию русского языка должностными лицами и государственными служащими;

v подготовку законодательной базы, регулирующей функционирование русского языка как государственного. подробнее

  подробнее    
 
(1 сентября 2009 г. в силу вступил приказ Министерства образования и науки Российской Федерации (Минобрнауки России) от 8 июня 2009 г. № 195 «Об утверждении списка грамматик, словарей и справочников, содержащих нормы современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка Российской Федерации». Приказ подписан Министром образования и науки Российской Федерации Андреем Фурсенко. Список грамматик, словарей и справочников, содержащих нормы современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка Российской Федерации, включает в себя следующие издания: 1. Орфографический словарь русского языка. Букчина Б.З., Сазонова И.К., Чельцова Л.К. – М.: «АСТ-ПРЕСС», 2008. – 1288 с. 2. Грамматический словарь русского языка: Словоизменение. Зализняк А.А. – М.: «АСТ-ПРЕСС», 2008. – 794 с. 3. Словарь ударений русского языка. Резниченко И.Л. – М.: «АСТ-ПРЕСС», 2008. – 943 с. 4. Большой фразеологический словарь русского языка. Значение. Употребление. Культурологический комментарий. Телия В.Н. – М.: «АСТ-ПРЕСС», 2008. – 782 с. Из аннотации к приказу следует, что данные издания содержат «нормы современного русского литературного языка». Приказ вызвал оживленную дискуссию в российских академических кругах и СМИ: оказалось немало вопросов к составителям списка. Все четыре утвержденных министерством справочника вышли в одном издательстве – «АСТ-ПРЕСС». Пока, по данным министерства, оно единственное подало свои справочники на рассмотрение Межведомственной комиссии по русскому языку при Минобрнауки, которую возглавил министр А. Фурсенко. «Хотя приказ о создании подобного списка и порядке подачи заявлений на проведение экспертизы словарей, грамматик и справочников обнародован уже давно, других изданий к нам на рассмотрение не поступало», – отмечают представители министерства в комментариях российским СМИ. Так, в перечне не оказалось таких известных и авторитетных изданий, как «Справочник по русскому языку» Д.Э. Розенталя, «Правила русской орфографии и пунктуации. Полный академический справочник» В.В. Лопатина, «Словарь русского языка» С.И. Ожегова. Утвержденный в документе список, отмечают в министерстве, не окончательный и будет пополняться. В дальнейшем, по мере обработки заявок, перечень справочников может быть расширен, так как, разумеется, четырьмя книгами весь русский язык охвачен быть не может. Таким образом, «если в списке нет Ожегова или Розенталя, это вовсе не значит, что эти справочники не могут туда попасть», – поясняют представители ведомства. Впрочем, как отмечают эксперты, как только список расширится, появится новая проблема – противоречие между нормами, закрепленными в разных словарях. Чтобы попасть в утвержденный министерством список словарей, изданию необходимо изначально пройти экспертизу в одном из пяти независимых учреждений: в Институте русского языка имени В.В. Виноградова, Институте русского языка имени А.С. Пушкина, Институте лингвистических исследований Российской академии наук, на филологических факультетах Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова, Санкт-Петербургского государственного университета. В заявлении говорится следующее: «Любое физическое или юридическое лицо вправе подать документы в любое время для проведения экспертизы грамматик, словарей и справочников, содержащих нормы современного русского литературного языка при его использовании в качестве государственного языка Российской Федерации». В случае получения положительных заключений от экспертных организаций, словари будут рассмотрены на очередном заседании Межведомственной комиссии по русскому языку, после чего министерство внесет (или не внесет) их в соответствующий список. Сразу после обнародования списка многие российские СМИ предположили, что словари из данного перечня закрепляют новые правила русского языка, которые теперь станут обязательными. В частности, недоумение вызвало введение двойных норм при использовании ряда слов. Например, «Словарь ударений русского языка» И.Л. Резниченко предлагает закрепить нормы ударения договОр и дОговор, по срЕдам и по средАм как равнозначные, в словах йогурт и творог ударение ставить на любой слог, а «Орфографический словарь русского языка» Б.З. Букчиной, И.К. Сазоновой, Л.К. Чель­цовой признает верным употребление слова кофе как в мужском, так и в среднем роде, что вызвало у представителей СМИ наибольшее раздражение. В издательстве «АСТ-ПРЕСС» поспешили уточнить, что кофе среднего рода сопровождается пометкой «разговорное». В свою очередь, лингвисты поясняют, что в настоящее время принято понимать «языковую норму» не как единственно правильный вариант (то есть образец), а как диапазон возможностей, когда старые и новые формы сосуществуют друг с другом. Интерес к документу оказался настолько велик, что представителям ведомства пришлось выступить с разъяснениями. Авторы проекта поясняют, что перечень нормативных словарей не означает «изменение языковой нормы» и носит «рекомендательный характер». Издания из списка официально одобрены для использования государственного языка и сверяться с ними обязаны только государственные организации при делопроизводстве. Все так называемые «классические» справочники и академические издания упразднять никто не собирается. Так, для того чтобы словарь был обязателен к использованию в школе, он должен попасть в другой документ – федеральный перечень, который министр образования утверждает каждый год. См. об этом: www.NovayaGazeta.ru)
 
     

Любые нормы, в том числе и языковые, по своей сути консервативны: они узаконивают сложившееся и признают этот порядок обязательным в будущем. Вместе с тем, любые нормы не могут не меняться: неподвижные, окаменевшие нормы безнадёжно оторвались бы от той меняющейся жизни, которую они призваны регламентировать. В современной теории культуры речи, восходящей к классическим работам Г.О. Винокура, Л.В. Щербы, языковедам Пражского лингвистического кружка, признано, что детальная ижесткая кодификация языковых норм невозможна и нежелательна. Чрезмерный консерватизм нормы приводил бы к все большему разрыву между литературным языком, прежде всего его письменными стилями, и живой разговорной речью.

В противовес риторическим требованиям «исторической чистоты» языка, в Пражском лингвистическом кружке был выдвинут принцип «гибкой стабильности» литературной нормы, что означает:

во-первых, замену однозначных и жестких оценок речи (по принципу «правильно – неправильно») более тонкими, с учётом функциональной целесообразности тех или иных языковых средств в разных условиях общения;

во-вторых, внимание не только к языку классиков, но и к живому современному языку, к тому новому, что возникает в нем сегодня. Таким образом, разумная кодификация не претендует на свою окончательность (Н.Б. Мечковская, 2006, с. 232–241).

 





Дата добавления: 2014-10-17; Просмотров: 332; Нарушение авторских прав?;


Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет



ПОИСК ПО САЙТУ:





studopedia.su - Студопедия (2013 - 2017) год. Не является автором материалов, а предоставляет студентам возможность бесплатного обучения и использования! Последнее добавление ip: 54.162.10.211
Генерация страницы за: 0.008 сек.