Студопедия

КАТЕГОРИИ:


Архитектура-(3434)Астрономия-(809)Биология-(7483)Биотехнологии-(1457)Военное дело-(14632)Высокие технологии-(1363)География-(913)Геология-(1438)Государство-(451)Демография-(1065)Дом-(47672)Журналистика и СМИ-(912)Изобретательство-(14524)Иностранные языки-(4268)Информатика-(17799)Искусство-(1338)История-(13644)Компьютеры-(11121)Косметика-(55)Кулинария-(373)Культура-(8427)Лингвистика-(374)Литература-(1642)Маркетинг-(23702)Математика-(16968)Машиностроение-(1700)Медицина-(12668)Менеджмент-(24684)Механика-(15423)Науковедение-(506)Образование-(11852)Охрана труда-(3308)Педагогика-(5571)Полиграфия-(1312)Политика-(7869)Право-(5454)Приборостроение-(1369)Программирование-(2801)Производство-(97182)Промышленность-(8706)Психология-(18388)Религия-(3217)Связь-(10668)Сельское хозяйство-(299)Социология-(6455)Спорт-(42831)Строительство-(4793)Торговля-(5050)Транспорт-(2929)Туризм-(1568)Физика-(3942)Философия-(17015)Финансы-(26596)Химия-(22929)Экология-(12095)Экономика-(9961)Электроника-(8441)Электротехника-(4623)Энергетика-(12629)Юриспруденция-(1492)Ядерная техника-(1748)

Происхождение религии. Гипотезы «изобретения» религии: натуралистическая, фетишизм




Какие можно назвать предпосылки возникновения религии, внешние и внутренние? (бытие Божие, образ Божий в человеке, способность человека к богообщению)

Плутарх: «Посмотрите на лицо земли: вы найдете города без укреплений, без наук, без чиноначалия; увидите людей без постоянных жилищ, не знающих употребления монет, не имеющих понятия об изящных искусствах; но вы не найдете ни одного человеческого общества без веры в Божество».

Религия — это всеобщее явление в человеческом роде: менялись у разных народов и в разные времена лишь религиозные понятия и формы религии, но «та внутренняя сила, которая производила общее верование в Божество, строила храмы, побуждала к молитвам и жертвоприношениям, всегда была жива и никогда не умирала в роде человеческом».

Внешнее (объективное) основание возникновения религии является бытие Божие и Его нравственные свойства.

Внутреннее (субъективное) основание — заложенный в человека при творении образ и подобие Божие, прирожденное свойство человеческого духа стремиться к общению с Богом.

Гипотеза «изобретения» религии, или политико-государственная гипотеза

Вольтер: «Религию была выдумана определенными лицами для достижения своих целей. Если бы Бога не было, то Его нужно было бы выдумать».

Эту идею – идею обмана — мы встречаем уже в глубокой древности. Смысл ее в том, что религия навязывается человеку извне для определенных целей, а не является внутренней потребностью человека.

Известны три разновидности этой гипотезы:

1. Религия введена царями и правителями, чтобы держать народ в повиновении

2. Религия придумана жрецами либо для подчинения себе людей, либо для обогащения

3. Религия придумана философами и мудрецами как универсальное средство объяснения многих непонятных явлений бытия.

Критий (+403 г. до Р.Х.), древний философ, оратор и поэт, от которого до нас дошло несколько отрывков из его элегии, (однако он более известен как один из тридцати афинских тиранов), первым высказал такую гипотезу: «Было некогда время, когда жизнь людей не управлялась правилами и была дикою, когда насилие было законом, когда преступника не устрашало наказание, а добродетельного не чтили наградой. Потом они (законодатели) измыслили законы для наказания преступников, дабы справедливость стала правительницею человечества, а несправедливость была подавлена, дабы тот, кто согрешал, был подвергаем наказанию. Но так как законы карали вообще только явный порок, и так как теперь стали грешить еще более скрытно, то какой-то разумный и благомыслящий человек решился измыслить пугало, которое подавляло бы у народа тайные преступления, даже каждую преступную мысль, каждое гнилое слово. И вот он выдумал божество. Высший дух, жизнь которого никогда не увядает, который все видит, и слышит, и знает, обо всем заботится. Никакое слово смертного никогда не может уйти от его уха, никакое действие никогда не может быть сокрыто от его глаз! Даже самое сокровеннейшее уединение не может остаться у тебя недоступным для его взора! В таких словах этот муж распространял свое новое учение и овладевал умами своих сограждан. А для того, чтобы произвести на человечество еще более глубокое впечатление, он учил: боги живут там, откуда для смертных приходят многие ужасы и так много вредного — для человеческого рода, — в горных странах, где он видел ниспадающую молнию, где он слышал страшные раскаты грома, где свод неба усеян прекрасными звездами, — величественное, превосходное дело величайшего художника — времени!... где чудно движется солнечный шар и дождь ниспадает на землю. Так он привел смертных в страх и затем по местам он посвятил бессмертным храмы, какие приличествовали их достоинству. Так чрез закон он умертвил порок. Так, мне кажется, первоначально один человек убедил остальных, что существуют боги».



Платон: «Богов, о блаженный муж, утверждает не сама природа; нет! Они установлены единственно образованием и законами. Отсюда-то и происходит, что каждая страна, каждый народ имеют своих богов, смотря по различию дарований и способностей тех, которые издавали гражданские законы» .

В средние века была популярна идея «трех обманщиков» — Моисей, Христос, Мухаммед, которые и создали соответствующие религии — иудаизм, христианство и ислам.

Позже, в XVIII в. его развили французские энциклопедисты. Отметим прежде всего английского политика и деиста XVIII в. Болингброка (1678—1751), министр иностранных дел, а затем и премьер Англии. Он активно развивал эту теорию. Французские просветители — Вольтер (1694—1778), Д. Дидро (1713—1784), Руссо и др. – считали, что религия была выдумана жрецами с целью укрепления своего авторитета. Насколько в христианской Европе в самом конце XVIII в. было распространено подобное мнение, свидетельствует декрет 10 ноября 1793 г., которым правительство объявляло об уничтожении религии во Франции: «Все религии введены различными законодателями, чтобы посредством их управлять народами; религии необходимы только тогда, когда основания правительственного искусства еще недовольно тверды; наше правительство не нуждается в подобной опоре» .

 

Одним из существенных недостатков этой гипотизы был неизбежный вопрос: каким образом вымысел законодателей, жрецов и философов мог стать общим достоянием всех народов, всего человеческого рода? Ответ пыталась дать т.н. «конвенциональная идея» (идея договора или соглашения). Родоначальником этой идеи считается Секст Эмпирик (вторая половина II в. — начало III в.). Секст Эмпирик (жил во 2-й пол. II в. после Р.Х.), один из последних представителей философской школы античного скептицизма, выдвигал следующие возражения: «Те, которые думают, что понятие о богах людям первоначально навязали древние законодатели и мудрые мужи, по-видимому, не обращают внимания на самый существенный пункт в вопросе, ибо вопрос состоит в следующем: что первоначально побудило людей веровать в богов? От этого вопроса они уклоняются и говорят, что первоначально это понятие было вложено в людей некоторыми законодателями; они не замечают, что они неудачно наперед утверждают то, что именно и должно было сначала разъяснить. Ибо их всегда снова можно было бы спросить: а каким же образом те законодатели пришли к понятию о богах, которому бы их сначала никто не научил? Кроме того, все люди имеют понятия о богах, только неодинаковые: Персы, например. Почитают огонь, египтяне — воду, а другие — опять нечто иное. Но было бы весьма невероятным признать, что все люди одновременно были собраны законодателями в одно место для того. чтобы получить наставление о богах, ибо первоначально народы были не смешаны и незнакомы друг с другом... Ибо все люди имеют определенные, наперед образованные понятия о Боге, по которым Он есть существо блаженное, неизменяемое, вседовольное, свободное от всякого зла. Но было бы совершенно неразумно признавать, что все пришли к мысли об одних и тех же божеских свойствах, не будучи к тому одновременно побуждаемы самою природою. Таким образом не чрез законодательство люди научены тому, что существуют боги». В Новое время ее энергично пропагандировал известный французский просветитель XX Руссо (1712-1778). Последователи конвенциональной идеи обычно ссылались на практику римского сената, решения которого торжественно причисляли к богам римских императоров.

 

Откуда могли взяться жрецы, если не было религии? Само существование жрецов свидетельствует о наличии религии, ибо жрец — лишь служитель той или иной религии?

В первобытном патриархальном обществе жрецов как определенного класса не было, однако религия существовала, и обязанности жреца выполнял старший в семье. До сих пор существуют некоторые «дикие» племена, у которых нет жрецов, но религия существует (напр., некоторые австралийские и африканские племена). Не жрецы выдумали религию, а религия создала институт жрецов.

История свидетельствует, что религия всегда была древнее политики: прежде чем народ соединится в гражданское общество и введет у себя политическое устройство, у него уже есть та или иная религия, поэтому правители уже застают народ с определенной религией.

Как правители могли бы пугать народ богами, если бы те не имели о них ни малейшего представления, не веровали бы в них и не боялись бы их? Как можно пугать тем, о чем не имеешь никакого понятия?

Откуда у самих правителей или жрецов могла возникнуть идея о богах? Кто им эту мысль подал? Согласно Декарту, «представление о Боге есть такого рода идея, которая не может быть отнесена к обыкновенным произведениям человеческого рассудка, так как обычная область представлений и понятий, заимствуемых из окружающего нас мира, ограниченных, изменчивых и несовершенных явлений, не представляет элементов, необходимых для составления или воспроизведения идеи Божества» . Еп. Варнава (Беляев): «Психология учит, что выдумать можно что-нибудь только из готового материала, но самая смелая фантазия ничего не может дать, чего не находилось бы заранее в мире опытном. Например, сколько ни ломай головы, но представить себе рай, построенный не по нашим трем измерениям и чувственным представлениям, невозможно. Он будет отображать земную действительность».

Во всякой религии от жрецов или священников требуются личные жертвы и особый, отличный от простых людей, образ жизни, обычно связанный с различными лишениями, ограничениями, подвигами, иногда доходящих до самоистязания. «Жрецы добровольно принимают на себя многие ограничения и лишения, предписываемые религией, — лишения, которые не были обязательны для других людей; что благами жизни они наслаждаются и почитают себя наслаждаться в праве меньше, чем не жрецы; обеты воздержания, посты, продолжительные молитвы, самоистязания, аскетическая жизнь, исполнение многочисленных и тяжких часто обрядовых постановлений, — все это почитается преимущественною обязанностью жреческого сословия во всех почти религиях; у всех народов господствует убеждение, что люди, думающие стоять ближе прочих к Божеству, должны быть нравственно совершеннее, чем прочие люди, и быть первыми и более строгими исполнителями тех нравственных и религиозных предписаний, которые они обращают к другим. При таком положении дела, можно ли говорить, будто жрецы установили и поддерживали религию только для своекорыстных целей?» (см. Льюис К. Пока мы лиц не обрели).

Если эта гипотеза верна, почему далеко не у всех древних народов общественное устройство носило теократический характер? История Китая, Греции, Рима, а также исследования диких народностей, не подтверждают идею о всеобщей теократии.

Каким образом фантазия, пустой вымысел каких-то нескольких властолюбцев, честолюбцев или корыстолюбцев мог быть навязан всему человечеству и стал всеобщим достоянием всех древних и новых, культурных и некультурных народов, проникая собою все стороны человеческой жизни? Откуда из пустого вымысла могла взяться такая сила всеобщего убеждения?

Еще Цицерон высказывался против такой гипотезы: совершенно не понимали смысла и значения религии, даже уничтожали всякую религию те, которые утверждают, что все учение о бессмертных богах было измышлено мудрыми мужами ради государства, чтобы религия побудила к исполнению обязанностей тех, у которых не может сделать этого разум».

Святые всех религий считали ложь величайшим грехом, и старались не допускать ее не то что в словах, но даже и в мыслях. Как этим людям можно приписать такое массовое одурачивание невинных и невежественных людей?

Натуралистическая гипотеза

«Религия появилась вследствие страха невежественных людей перед грозными явлениями природы»

«Все религии основаны на страхе многих и ловкости нескольких» (Стендаль)

«Религия явилась результатом двух факторов: с одной стороны, невежественного воображения первобытных людей, с другой — прирожденной душе человека любознательности. Видя разные окружающие явления природы, особенно такие поражающие чувства явления, как гроза, ураган, землетрясение, вулканические извержения и т.д., желая их объяснить так или иначе, открыть их причины, но не имея для этого никакой помощи со стороны науки, первобытные люди сначала отдались своему воображению, и вот оно населило все доступные их чувствам области природы всевозможными духами — божествами, гениями, нимфами, домовыми, водяными, лешими и т.п. Явления полезные стали считаться действием добрых, благодетельных духов, вредные и разрушительные, напротив, действием духов злых, губительных. По мере умственного развития, и верования постепенно улучшались и одухотворялись: от грубого фетишизма, т.е. непосредственного поклонения фетишам — грубым идолам или предметам природы (горам, скалам, деревьям), или обожания теней и духов предков, перешли к олицетворениям: на низшей степени развития — различных стихийных явлений и сил природы (солнца, луны, огня, моря, животных и птиц), на высшей — различных, идеализированных фантазией свойств и способностей человека (боги и богини физической или духовной силы, как у греков и римлян)».

Одним из первых эту гипотезу высказал греческих философ Демокрит (460-361г. до Р.Х.), основатель атомистической философии. Ему приписывают такое изречение: «Первых богов на земле создал страх, когда грозные молнии спадали с неба». После него эту гипотезу развили Эпикур (342-270 до Р.Х.), Лукреций (99-55 до Р.Х.) и Петроний (+67 по Р.Х.). Примечательно, что все эти философы покончили жизнь самоубийством.

У Аристотеля мы находим: «Из двух источников произошло представление о богах: из известных понятий нашей души и из рассматривания звезд... Кагда люди видели днем движущееся солнце, а ночью наблюдали правильное движение звезд, то думали, что виновник этого движения есть божество» .

В эпоху Возрождения эта идея получила дальнейшее развитие. Дж. Боккаччо (1313—1375) в своем трактате «Генеалогия языческих богов» истолковывает мифические образы как аллегории звездного неба. Идею натуралистического типа высказал в XVIII в. немецкий филолог Хр. Г. Гейне, который полагал, что мифы — это «философемы космоса», выступающие не в форме абстрактных понятий, а в виде образов фантазии. Центральным принципом концепции Ш.Ф. Дюпюи (1742—1809) была астральная идея, согласно которой мифы представляют собой образы божественной эманации в космосе и отражают движение небесных тел. Люди, думая, что движение созвездий на небе необходимо ведет к изменениям в жизни природы на земле, приходили к выводу о прямом влиянии созвездий на земные процессы и потому стали представлять себе созвездия в качестве богов. Исходя из своих посылок, Дюпюи доказывал, что под именем Христа люди обожествили Солнце. Христиане, по его мнению, — это почитатели Солнца».

В Новое время эта гипотеза была глубоко воспринята очень многими материалистами, наиболее у Томаса Гоббса (1588—1679), Спинозы (1632-1677), П.А. Гольбаха (1723—1789). «Толпа, — писал П. Гольбах, — видит чудеса и знамения во всех поражающих ее явлениях, понять которых она не может; она называет сверхъестественными производящие их причины». Гоббс вместе в Давидом Юмом и др. представителями натуралистической гипотезы считают, что первоначальной религией человечества было многобожие. «Единобожие выродилось постепенно из древнего всеобщего многобожия благодаря практическим своекорыстным побуждениям людей: просто они желали получить себе благополучие от одного какого-либо из богов своей многобожной религии, а для этого выделяли его из рада других и возвышали, наделяя его особенными преимуществами, льстя ему особенными жертвами, пока, наконец, не возвели его в абсолютное достоинство» .

Главным образом, говорили о двух источниках человеческого страха:

1. Природные явления, разъяренные стихии (большинство последователей)

2. Непредсказуемость хода человеческой жизни (Спиноза, Юм)

Б. Спиноза: «Если бы все люди во всех своих делах могли поступать по определенному плану... или если бы им всегда благоприятствовало счастье, то никакое суеверие не могло бы овладеть ими. Но так как люди часто попадают в столь затруднительное положение, что не могут составить себе никакого плана, и так как из-за сомнительных благ фортуны, безмерно желаемых ими, большею частью находятся в жалком колебании между надеждою и страхом, то поэтому в большинстве случаев они чрезвычайно склонны верить чему угодно» .

Д.Юм: «Мы непрестанно балансируем между жизнью и смертью, здоровьем и болезнью, изобилием и нуждою — все это распределяется между людьми тайными, неведомыми причинами, действие которых часто бывает неожиданным и всегда — необъяснимым. И вот эти-то неведомые причины становятся постоянным предметом наших надежд и страхов; и если наши аффекты находятся в постоянном возбуждении благодаря тревожному ожиданию грядущих событий, то и воображение наше также действует, создавая представления об указанных силах, от которых мы находимся, в столь полной зависимости». Чем больше образ жизни человека зависит от случайностей, тем сильнее он предается суеверию. Поскольку вся человеческая жизнь находится во власти неожиданных случайностей, в эпоху варварства повсюду господствует суеверие, заставляющее людей выяснять те невидимые силы, которые якобы распоряжаются их счастьем или невзгодами»

 

3. Общественные бедствия и социальный гнет (К.Ф. Вольней (1757—1820), и др. просветители) – каждый человек рождался в обществе рабом или тираном: «При таком режиме, — писал К. Вольней, — безнадежное отчаяние охватило народы. К случайным несчастьям, приносимым людям грозными явлениями природы, присоединились страшные общественные бедствия, а обезумевшие, потерявшие голову люди приписали их высшим скрытым силам»«.

Подобного мнения держались и О. Конт, Фейербах, Ницше. Последний так высказывался о религии: «Религия никогда не содержала в себе истины ни посредственно, ни непосредственно, ни как догма, ни как притча. Ибо религия вообще рождена из страха и потребности; ложными ходами разума проползла она в жизнь; быть может, когда либо, во время упадка науки, она и втащила в свою систему какое-либо философское учение, чтобы впоследствии нашли его в ней, но это уже штуки теологов и при том — из той эпохи, когда религия усомнилась сама в себе». Он же находит у некоторых из современных китайцев такой пример в подтверждение: «Они, не получая от своего бога милостей и желая непременно заставить его оказать ту или иную милость, обертывают идольчика веревками, повергают на землю и тащат по улицам, приговаривая при этом: «Ты — собака такого-то духе: мы позволили тебе жить в великом храме, мы так богато вызолотили тебя, мы приносили тебе жертвы, а ты, однако же, оказался неблагодарным» . Есть и другие примеры того, как неудовлетворенность просьбы была причиной того, что божок или идол был просто выброшен или уничтожен, на его же место сооружался другой. О чем это свидетельствует? Лишь о том, что выбрасывая идола, человек не может избавиться от необходимости удовлетворять тем или иным способом религиозные требования своей души, выражать свою веру.

 

ϖ Откуда взялась у всех людей, живших в разным местах и условиях, одинаковое религиозное чувство, способность реагировать на явления природы именно религиозными чувствами и мыслями? Ведь слепорожденный не может реагировать на различные цвета, глухой не поймет красоты музыки и т.д. Если бы у человека не было способности к религиозному пониманию мира, то внешне она не могла бы ниоткуда появиться. Чувство страха — чувство пассивное, указывающее на состояние подавленности души. Мы стремимся спрятаться, укрыться, избавиться любым путем от того, что приносит нам страх. Однако от богов язычники не скрываются, напротив — строят им храмы, приносят жертвы, к ним стремятся, их призывают. У страха религиозного и животного – противоположная направленность: страх животный бежит от предмета страха, страх религиозный, напротив, стремится к нему.

ϖ Почему у животных, у которых те же грозные явления природы вызывают страх, не возникает никакой религии? Необходимо различать страх перед грозными явлениями природы и религиозный страх. Первый — явления чувственное, проистекающее из инстинкта самосохранения, здесь нет и не может быть никаких других разумных обоснований. Религиозный же страх коренится в духе человека и имеет своим источником осознание своей зависимости от Высшего и Всемогущего Существа, своего Творца и Благодетеля. «Начало премудрости — страх Господень» (Пс. 110.10). «Премудр же есть един Бог, — говорит прп. Симеон Новый Богослов. — Посему всякий, желающий внити в царство небесное и быть под царем Богом, чтоб ум его, и мудрования его, и помыслы его были управляемы самим Богом, ... прежде всего должен возыметь страх Божий. Но как возыметь страх к Тому, Кого не видишь? — Потому необходимо прежде увидеть Бога, чтоб потом возыметь страх к Нему. ... Когда кто узрит Бога, то может возыметь и страх Божий, а возымевши страх Божий, может увидеть и понять и себя самого, и сей привременный и суетный мир, и все дела мира сего». Прп. Исаак Сирин: «Страх Божий — начало добродетели. Он — порождение веры. и посевается в сердце, когда ум устранен от мирских хлопот, чтобы кружащиеся от парения мысли свои собрать ему в размышлении о будущем восстановлении». «Когда на страх за тело приникает страх за душу, тогда страх телесный изнемогает пред страхом душевным, как воск от силы пожигающего его огня». Пример мучеников христианских. Страх религиозный правильнее было бы назвать благоговением, а не страхом-ужасом. Религиозный страх есть уже вид разумной любви к Богу и из нее вытекает. Мы не можем бояться того, чего нет, впрочем, как и любить.

ϖ Если бы религия вытекала из обычного страха перед грозной природой, то это была бы какая-то ужасная религия, которую нельзя было бы понимать в смысле союза Бога с человеком. Исповедующие такую религию должны были бы быть самыми трусливыми и боязливыми людьми. Однако во всех религиях неотъемлемым является элемент радости, торжества и т.д., а не только страха и ужаса перед божеством. (Лосский о природе сатанинской – есть сатанизм, который все-таки ищет блага – пусть ложного, а есть сверхсатанизм – который ищет зло ради зла и т.о. стремится к небытию. Последний места практически не имеет никогда).

ϖ «Небеса поведают славу Божию, творение же руку Его возвещает твердь...»(Пс. 18.1). На самом деле природа оказывает огромное воздействие на человека во всех сторонах его жизни. Однако «влияние внешней природы не создает, не рождает этой внутренней потребности человеческого духа, оно только возбуждает уже существующее в нашей душе религиозное влечение и дает лишь внешний толчок для такого или иного выражения его вне нас. Прежде чем природа начинает производить свое возбуждающее влияние, в нашей душе уже наперед существует то, что обладает способностью воспринимать это влияние».

ϖ Почему сейчас, когда почти все явления природы можно объяснить с точки зрения науки, религиозность не исчезает? Как могли быть верующими ученые, которые постоянно только и делали, что снимали таинственный покров с тех явлений природы, которые, согласно гипотезе, и породили религию?

ϖ Почему далеко не всё, что вызывало страх, становилось объектом для поклонения, и не всякий предмет поклонения было опасен в обычной жизни (телец, корова, кот, лягушка, деревья и т.д.?)

Эволюционистические гипотезы. Фетишизм.

«Религия эволюционировала от простейших форм к высшим, а в основе ее лежало почитание первобытными людьми фетишей — предметов, которым они приписывали особые духовные свойства»

Теория фетишизма по сути является лишь некоторым дополнением к гипотезе натурализма. Ее представители — Шульц, Пешель, Тилем и др. Фетишизм в данном случае понимается как определенная стадия развития религии, а не как форма религиозного сознания.

Фетиш, фетишизм — термины сравнительного изучения религии, ведущие свое начало от португальского слова «feiticо» (латинское factitius — волшебный, чудодейственный). Этим термином португальцы обозначали различные принадлежности католического обихода — реликвии святых, чудодейственные четки и тому подобные религиозные талисманы. После ознакомления с неграми западного побережья Африки (Золотого и Невольничьего берега), в XV в., они стали применять тот же термин ко всем тем странным материальным объектам (куски дерева, камешки, горшки с землей и кровью, когти, перья, зерна и т. п.), к которым негры относились как к божествам, с верой в их чудодейственную силу. В науку, в качестве обобщающего термина для целой категории религиозных фактов, впервые ввел его в 1760 г. известный де Бросс в книге «Du culte des dieax fetiches оu Parallele de l'ancienne Religion de l'Egypte avec la religion de Nigritie»; но он неверно понял самую природу фетишизма и дал ему слишком широкое значение. Под фетишем де Бросс понимал «все, что человек выбирает объектом поклонения, напр.: дерево, гору, море, кусок дерева, львиный хвост, голыш, раковину, соль, растение, рыбу, цветок, некоторых животных, как коров, козлов, слонов, овец и т. п.», причем поклонение неодушевленным объектам он понимал как сознательное поклонение именно им самим, а не присущим им разумным началам.

Для первоначального и низшего типа фетишизма было свойственно видеть в самом предмете сокровенную, в нем самом кроющуюся, самостоятельную силу, а не извне вселившегося духа. Т.е. духовные свойства были внутренне присущими свойствами камня, дерева, цветка и т.д. Высший тип фетишизма видит в фетише предмет, в который вселился тот или иной дух, или становится медиумом, проводником какой-либо силы.

Самой первой стадией развития религии эволюционизм полагает фетишизм, поклонение неодушевленным предметам. «Камень, о который споткнулся враг, желавший нанести ему (человеку) смертельный удар, дерево, которое расколола молния, не причинив вреда человеку, растение, сок которого даровал ему облегчение во время болезни, животное, доставляющее ему пищу или служащее ему товарищем, все это могло стать предметом религиозного почитания для первобытного человека, насколько неожиданную помощь, оказанную ему, он не мог объяснить себе иначе, как тем, что мыслил ее дарованной вышечеловеческими инстинктами и силами. Все, что внезапно, загадочно, могущественно вторгается в его жизнь — помогая или разрушая — становится для него богом. И все, что происходит из этого места, камня, дерева, живот оного, или находится с ним в какой-либо связи, становится для него тайной, таинственным носителем и медиумом чудесного знания, чудесных сил». Для фетишизма характерен такой случай. Один эскимос, приближаясь к ловушке, услышал тревожный крик ворона. Он насторожился и не стал двигаться дальше. Это спасло ему жизнь. К ловушке подошел гигантский медведь, который растерзал попавшегося в нее ворона. После того как зверь удалился, охотник подобрал останки птицы и, зашив их в мешочек, превратил в амулет. Он был уверен, что дух ворона стал его защитником. У североамериканских индейцев, напр., каждый человек с юных лет получает во сне указание свыше, какой объект должен ему служить на всю жизнь лекарством. Это могут быть самые разнообразные предметы — целое животное или часть его, кожа, когти, перо, раковина, растение, камень, ножик, трубка и т. и. Данный предмет становится для данного лица божеством-покровителем, которому приносятся жертвы и т. д.

«Культ фетишей существует не у одних негров, но у последних он достиг наиболее разнообразного развития. Нет такого предмета, хотя бы самого ничтожного, вроде простого булыжника или кусочка дерева, который не мог бы быть фетишем, и нет такого чуда, которого этот ничтожный объект не мог совершить. Нужно только уметь его выбрать, окружить заботами и не раздражать. «Фетиши встречаются на каждой тропинке, у каждого брода, на каждой двери; они висят, в виде амулетов, на шее у каждого человека; они предохраняют от болезни или, наоборот, причиняют ее в случае пренебрежения к ним; приносят дождь, наполняют море рыбами, ловят и наказывают вора, придают храбрость, приводят в смятение неприятелей» и т. д. (Вайц). Рёмер встречал даже целые дома фетишей. В одном из них было собрано до 20000 самых различных объектов, как напр. горшок с красной глиной, в которую воткнуто было петушье перо; деревянные колья, обмотанные шерстью; перья попугая, человеческие волосы и т. д. Среди этих вещей, развешанных по стенам и валявшихся на полу, находился крошечный стул, рядом — такой же матрац, на котором фетиш мог отдыхать или вкусить из бутылки с ромом, стоявшей возле. В этот священный музей, собранный усилиями многих поколений, старый хозяин-негр приходил посидеть и выпрашивать у своих покровителей разных милостей. Не все объекты этого музея имели одинаковое происхождение, не все пользовались одинаковым поклонением: некоторые имели значение настоящих божеств, другие — талисманов, но все они имели то общее, что представляли собою простые материальные объекты, одаренные, по представлению негра, чудодейственной силой и к нему благосклонные».

 

Идея эволюционистов такова. Сначала человек был безрелигиозен – ему было неведомо само понятие о мире ином, отличном от материального. Затем, по мере развития и становления его мышления, он стал задумываться над разными вопросами и т.о. пришел к идее о существовании другого мира, параллельному нашему. Появляется фетишизм – и анимизм – наделение всего особыми животворными началами, которые существуют внутри предметов и управляют не только ими, но и другими явлениями бытия. К этой же стадии относится и Тотемизм (от слова «ототеман» — на языке североамериканских индейцев «род его») — это вера в существование родства между родом, племенем, фратрией и определенным видом животных или растений и вытекающие из этой веры поведение и ритуалы. С тотемизмом связано появление соответствующих этнонимов — «род льва», «племя орла», «род медведя» и проч.; тем самым он задавал признак этнической принадлежности. Постепенно духи, демоны начинают мыслиться как материальные существа. Далее происходит процесс персонификации (от лат. persona маска, лицо и facio делаю), когда отдельные явления, понятия, идеи, свойства, природные объекты олицетворяются в каком-то образе живого существа. Например, для понимания существования чувства любви создаются персонификации этого абстрактного понятия: Афродита (Венера) и Эрот (Амур), в результате чего появляется возможность объяснить возникновение любви выстрелом божественной стрелы. В принципе, египетские, греческие, римские боги являются персонификациями тех или иных абстрактных понятий и идей: Осирис или Деметра персонификация земного плодородия, Сет засухи, Гефест ремесленного искусства, Марс войны, Сатурн времени и смерти и т.д. Здесь уже понятие духа не едино с анимистическим: в анимизме дух тождественен сам себе, т.е. дух дерева не может стать быком или человеком: персонифицированные же божества могут принимать облик кого угодно: в греческой мифологии, Зевс, например, может воплотиться в дуб или быка, Гера в корову. На следующей стадии развития религии появляется антропоморфизм (от греч. Άνθροπως человек и μόρφος вид, форма) – система представлений, в которой признается основным сходство между человеком и объектами и явлениями (животными, растениями, неживой природой, небесными телами, мифологическими и божественными существами и т.п.); наделение объектов и явлений мира человеческими свойствами, уподобление человеку. Такими являются боги греческого пантеона: Зевс, Афродита, Аполлон и другие. Они во всем подобны людям, даже во внешнем облике, за исключением колоссальных размеров: боги могут пить вино, развлекаться, вести интриги и т.д. С этим типом религиозного мировоззрения можно связать идолопоклонство – тот же фетиш, но уже с приданными ему чертами сходства с живым существом.

Антропоморфизм принципиально отличается от анимизма тем, что в анимистической картине мира объекты и явления наделяются особой отделимой от них субстанцией (духом, душой) и именно ей, а не самим объектам и явлениям как таковым, приписывается способность самостоятельно и активно действовать, чувствовать, переживать. В антропоморфической картине мира такими способностями обладают сами объекты и явления. Антропоморфизм не тождественен и персонификац. В антропоморфических представлениях о мире окружающим объектам и явлениям человеческие свойства и качества присущи в действительности, «на самом деле», мыслятся как реальность, объекты и явления мира являются полноправными их носителями. При персонификации они являются лишь воплощением определенных качеств, абстрактных понятий, идей, своего рода символами; например, земля мыслится как Гея персонификация женского начала, но это вовсе не означает, что она сама по себе обязательно воспринимается как думающая, чувствующая и т.д.

Дальнейшее развитие религии. Из фетишизма развился затем тотемизм (тотем — дух-покровитель рода или племени, обычно какое-то животное или растение), поклонение растениям и животным, затем — идололатрия, перешедшая в шаманство с верой в чародейство, из которого развился политеизм, с течением времени развившийся в дуализм и в конце концов эволюция религии завершилась монотеизмом и христианством.

 

!!! Предложить проанализировать фетишизм в современном мире и в христианском благочестии. Чем отличается почитание церковных святынь от фетишизма?

 

ϖ Если рассмотреть верования различных народов, то мы нигде не встретим фетишизма в чистом виде, как его представляют эволюционисты. Нередко у народов, стоящих по мнению эволюционистов на самой низшей ступени развития религиозного сознания, встречаются верования, свойственные только монотеизму. Наоборот, у стоящих на вершине эволюционной пирамиды можно встретить грубейший тотемизм или фетишизм. Например, у индийцев, историю которых можно проследить до глубокой древности, мы не встречаем фетишизма, только в более позднее время появляется почитание коров, обезьян, змей. Негров нередко исследователи приводят в качестве примера первой ступени развития. Однако согласно исследованиям Ливингстона, первоначальная вера негров заключается в следующем. «Они веруют, что существует всемогущий Творец неба и земли, что Он даровал людям на земле различные растения, чтобы они служили посредниками между Ним и тем духовным миром, в котором продолжают жить все, рожденные и умершие, — что грех состоит в несправедливости против ближних, живы ли они еще или уже умерли, и что смерть часто бывает наказанием за вину, напр., чародейство. Понятие их о нравственно дурном нисколько не отличается от нашего. Злые речи, ложь, ненависть, непослушание родителям и презрение их называются у них вещами, которые они, прежде чем узнали нечто об европейцах и их учении, уже признавали греховными столько же, как воровство, убийство и прелюбодеяние». Здесь дело не в эволюционном развитии, а в вырождении подлинного религиозного чувства.

Анимизм

Анимизм является другим вариантом теории эволюционистов. Название теории происходит от лат. animus — дух или anima — душа.

Еще Эпикур утверждал, что «боги произошли из сновидений», т.е. из снов люди выработали себе представление о духах, демонах и божествах.

Анимизм – наделенность предметов или явлений этого мира сверхъестественными силами.

«Религия началась с того момента, когда человек впервые пришел к мысли о существовании невидимого духа. Понятие о духе и его бытии первобытный человек развил из своих сновидений, а также из сродных им состояний — обмороков, эпилепсий, экстазов и т.д. Боги в религиях культурных народов — лишь идеализированные люди — герои, правители, цари».

В Новое время одним из первых эту идею высказал Ч. Дарвин, а развили ее английские мыслители-эволюционисты Герберт Спенсер и Эдуард Б. Тейлор.

Герберт Спенсер

Герберт Спенсер (Herbert Spencer) родился в 1820 г. в Дерби (Англия). Получив высшее техническое образование, он сначала работал инженером на железной дороге, а затем в 1848-1853 гг.— помощником редактора в журнале «Экономист». Все последующие годы он вел жизнь кабинетного ученого, последовательно реализуя составленную им для себя обширную писательскую программу. Несмотря на финансовые затруднения и длительные периоды неработоспособности из-за болезни, Г. Спенсер завершил издание своего главного труда — многотомной «Синтетической философии» — и внес свой вклад практически во все области гуманитарного знания. Жил Г. Спенсер в Лондоне, совершая время от времени поездки в Шотландию и в страны континентальной Европы. Он умер в Брайтоне в 1903 г.

Взгляды Г. Спенсера на религию разбросаны по многим его работам. Для религиоведения наиболее важными являются следующие его сочинения: «Первые принципы» (1862), «Принципы социологии» (1876-1896), «Природа и реальность религии» (1885).

Центральное место в философии Г. Спенсера занимает идея эволюции, которая понимается им как плавный и постепенный прогресс. Источником этого прогресса является взаимодействие внутренних и внешних сил, а его сущность состоит в преобразовании однородного в разнородное. Применяя эти общефилософские принципы к сфере религии, Г. Спенсер выдвинул положение о том, что возникновение религии связано с чувством страха перед умершими предками, В ходе эволюции человека и общества из единообразного для всех первобытных людей почитания предков возникают разнообразные представления о сверхъестественных сущностях и богах.

Эдуард Тайлор

Эдуард Бернетт Тайлор (Edward Burnett Tylor) родился в 1832 г. в лондонском предместье Кэмбервилл в семье набожного промышленника. Его формальное образование ограничилось квакерской школой, после окончания которой он стал помогать своему отцу. В 1855 г. по настоянию врачей Э. Тайлор отправляется в длительное путешествие. Во время визита на Кубу в 1856 г. он познакомился с богатым меценатом Г. Кристи, пробудившим в нем интерес к изучению древности. Вернувшись в Англию, Э. Тайлор занялся самообразованием и научными исследованиями в области этнографии и антропологии. Первую официальную должность он получил лишь в 1883 г., став хранителем этнографического музея при Оксфордском университете. В 1884 г. он был назначен лектором по антропологии в Оксфорде, а в 1886 г.— доцентом Абердинского университета. Э. Тайлор был членом Королевского общества Англии, дважды избирался на пост президента Антропологического института Великобритании и Ирландии. Умер Э. Тайлор в Оксфорде в 1917 г.

Основные работы Э. Тайлора: «Анахуак, или Мексика и мексиканцы, древние и современные» (1861), «Исследования в области древней истории человечества» (1865), «Первобытная культура» (1871), «Антропология: Введение к изучению человека и цивилизации» (1881).

Э. Тайлор был признанным лидером английской школы эволюционизма в этнографии и антропологии. В своих работах он стремился показать, что все народы и все культуры можно поместить в один непрерывно и прогрессивно развивающийся эволюционный ряд. Всемирную известность Э. Тайлору принесла разработанная им анимистическая концепция происхождения религии, согласно которой в основе всех религий лежат первобытные представления о душе и духовных сущностях.

 

Особенностью сознания первобытного человека Спенсер признает его понятия о видимом и невидимом состояниях и соединенную с ними идею двойника или двойственность вещей. В природе мы можем наблюдать множество явлений, которые откуда-то вдруг появляются и затем также непонятно исчезают — молнии, радуги, миражи, смерчи, да и обычные явления — движение солнца и луны и т.д. По Спенсеру, отсюда у первобытного человека возникла идея о том, что эти разнообразные сущности то появляются, то прячутся. Сновидения дают человеку основания полагать, что у него есть две сущности, две индивидуальности, и во время сна одна оставляет на время другую.

«Анимистические представления возникали в ходе рациональной мыслительной деятельности творцов мифов как результаты размышления дикарей-философов над двумя группами вопросов:

1 ) что составляет разницу между живущим и мертвым телом, что составляет причину бодрствования, сна, экстаза, болезни и смерти;

2) что такое человеческие образы, появляющиеся в снах и видениях.

Наблюдая эти две группы явлений, дикари-философы пришли к выводу, что у каждого человека есть жизнь и есть призрак: жизнь дает возможность чувствовать, мыслить и действовать, а природа составляет его образ или второе Я. Жизнь и призрак находятся в тесной связи с телом, но отделимы от него: жизнь может уйти из него и оставить его бесчувственным или мертвым, а призрак показывается людям вдали от него. Следующим шагом было соединение жизни и призрака и принятие их за проявление одной и той же жизни. В результате появилось понятие, которое Тайлор называет призрачной душой, духом — душой. Душа есть тонкий, невещественный человеческий образ, по своей природе нечто вроде тени, пара, воздуха, крови, дыхания, есть «маленький двойник» человека. Она составляет причину жизни и мысли в том существе, которое она одушевляет, способна покидать тело и переноситься быстро с места на место. Неосязаемая и невидимая, она обнаруживает физическую силу и является людям спящим и бодрствующим, преимущественно как фантасм, призрак, отделенный от тела, но сходный с ним. Она способна входить в тело других людей, животных и даже вещей. У ряда племен формировалось представление о том, что в человеке заключено множество духов и душ, или образов, которые выполняют разные функции. Первобытный анимизм удержал свое место и в высших слоях культуры, в психологии современного мира.

Анимизм, «анимистическая философия» представляет широкую «философию природы», служит основой природных мифов. Первая и главная причина превращения фактов ежедневного опыта в миф есть верование в одушевление всей природы, верование, которое достигает высшей точки в олицетворении. В развитии мифов важную роль играли аллегория и аналогия.

Дикарский анимизм почти совершенно лишен нравственного элемента, однако он вовсе не безнравствен, он только не нравствен. Постепенно происходит слияние религии и нравственности. Введение нравственного элемента разделяет религии земного шара, соединенные между собой общим анимистическим принципом, на два больших класса: на низшие системы, главной задачей которых является создание примитивной, детской естественной философии, и на высшие религии, прибавляющие к этим системам понятие о справедливости и святости, чувстве долга и любви.

Тайлор был одним из зачинателей дискуссии по вопросу о том, что явилось исходным — ритуал или миф, культ или религиозное верование. Решал он этот вопрос в пользу первичности религиозных представлений и производности культа, считая, что культ возникает позже их. Исходная форма ритуала — культ предков. Этот культ по существу своему консервативен, тормозит изменения в социальной и религиозной областях».

 

Добавление к анимизму

Вначале следует объяснить слово анимизм. Через биологические явления, главным образом сон и смерть, он открывал отличную от физической сущности субстанцию — душу. Однако он не мог себе ее мыслить иначе чем материальной, хотя, конечно, не такой материальной, как тело; душа имела свое местонахождение в пульсе, сердце, крови, дыхании, тени, иногда человек мыслил также, что в его теле могут жить несколько душ. Душа могла покидать тело, снова возвращаться в него, свободно путешествовать и самостоятельно проникать в другие тела. Считая одушевленным себя самого, человек переносил это представление и на другие объекты: животных, цветы, явления природы, на любые вещи. Анимизм, или учения о душах, приобрел более широкое значение в вере в духов, души становились духами и больше не объединялись в самостоятельные субстанции. Ясно, что анимизм — скорее род философского учения, чем форма религии; но он тесно связан со многими религиозными явлениями и воззрениями. Он играет известную роль во всех религиях и, конечно, преобладает у низших рас. На большое значение анимизма указывал прежде всего Тайлор, который полностью выводил религию и культуру из начальных культур дикарей и их анимистических воззрений. У многих исследователей была даже своего рода аксиома: они всюду чувствовали анимизм, который принципиально был превзойден только в позитивной философии в буддизме.

ϖ Против этого приводят доводы, что ни одна религия не произошла из чистого анимизма и что не ясно, как объяснить из чистого анимизма, например, поклонение природе. Анимизм связан с многократным выполнением ритуалов, из которых вообще исключаются моральные мысли и мотивы, и поэтому способен вызывать только страх и будить только эгоистические интересы.

 

«Спящий после одного из тех живых сновидений, которые вызываются голодом или переполнением желудка, думает, что он был в каком-нибудь месте, но свидетели говорят, что этого не было, и их показание подтверждается тем, что он находит себя на том самом месте, на котором заснул. Какое же понятие возникает отсюда? Самым естественным выходом будет: поверить как тому, что он оставался на месте, так и тому, что он уходил, т.е. признать, что он обладает двумя индивидуальностями, причем одна оставляет другую, но скоро возвращается назад. Таким образом, и он имеет двойное существование, подобно многим другим вещам». То же самое происходит и в экстазе, при обмороке и даже в самой смерти. «Двойник» главным образом живет где-то в другом месте, и только иногда появляется в этом мире; смерть тела уничтожает одного, а этот «двойник» остается жить. Это «второе Я» такое же материальное, поэтому и загробная жизнь, и жизнь будущая представлялась в чисто материальном плане. С этим был связан обычай класть в гробницы еду, оружие, жен, наложниц, слуг и т.п., все то, что было необходимо для этой жизни, считалось необходимым и в будущей.

Укрепить его в этой вере могли явления во сне умерших родственников и других людей. Из понятия о существовании невидимого «двойника» человек перешел к вере в бытие духов, сначала предков, а затем и демонов. «Вера в духов является древнейшей формой религии». Придерживаясь теории эволюционизма, Спенсер в основу религии полагает предкопочитание, из которого затем развился фетишизм. Религия развилась из культа почитания предков, в основе которого лежало признание существования параллельного мира, такого же реального, как и этот.

Э.Тайлор: «Первое, что представляется необходимым при систематическом изучении религии примитивных обществ,— это определение самой религии. Если в этом определении требовать для религии верования в верховное божество или суд после смерти, поклонения идолам, обычаев жертвоприношения или других каких-либо более или менее распространенных учений или обрядов, то, конечно, придется исключить многие племена из категории религиозных. Но столь узкое определение имеет тот недостаток, что оно отождествляет религию скорее с частными проявлениями верований, чем с более глубокою мыслью, которая лежит в основе их. Целесообразнее всего будет просто принять за определение минимума религии верование в духовных существ». Другими словами, анимизм — это минимум определения религии. Верования в духовных существ обнаруживаются у всех примитивных обществ. Тайлор отстаивает идею «естественного и постепенного развития религиозных идей в человеческом роде», подчеркивает «объяснительное значение низших фаз религии для высших», для «развитых религий». Анимизм составляет основу философии как у дикарей, так и у цивилизованных народов.

ϖ Если согласиться с тем, что древние люди принимали за действительность все, что видели во сне, придется их всех признать психически больными. Даже дети не отождествляют своих снов с действительностью. Наличие двойственности можно было бы доказать только тогда, когда будучи в бодрственном состоянии, человек мог бы сказать: «Мне снится сейчас то-то и то-то». Однако такое двойственное состояние для человека невозможно. Отсюда нет и никаких поводов для представления о «двойнике».

ϖ Как из сновидений, в которых человек видит себя таким же, как и в этом мире, у него образовались понятия о духах, демонах, богах и т.д.? Откуда тогда могли взяться основные положения понятия «дух» — невидимость и невещественность? Сон — нормальное явление живого организма, свойственное и животным; однако у собак и кошек, которые тоже видят сны, понятия о духе и религии почему-то не возникает.

ϖ «Первобытный человек не знает и не может понять никаких других причин для объяснения неожиданных перемен в природе; поэтому(?) причинами должны(?) являться эти души умерших». Как можно связать: душа умершего и происшедшее извержение вулкана? Как усопшие люди, лишившиеся возможности действовать физическими силами, вдруг становятся причинами физических явлений?

ϖ Даже если предположить, что дикари видели в своих умерших предках духов-покровителей, то это вовсе не означает еще почитания их как богов. Во многих религиях, напр., греко-римская религия, буддизм, конфуцианство и др., предкопочитание и почитание духов существует наряду с почитанием богов или полубогов (Геркулес, Геракл, Прометей, разные гении, эльфы, нимфы, домовые, лешие и др. духи), однако они не почитаются богами, а лишь как посредники между человеком и богами.

ϖ Данные этнографических исследований свидетельствуют о том, что «религиозные верования первобытных людей зачастую не включают в себя анимистических представлений. Такие верования были названы «преанимистическими». «Изучение верований народов Меланезии обнаружило своеобразную форму представлений — о мана, чувственно не воспринимаемой безликой силе, которая приводит в действие все, что имеет отношение к жизни первобытных народов и является причиной наиболее важных событий в сакральной сфере. Может быть присуща некоторым людям, животным, а также духам. Как показали исследования культуры в других регионах, у некоторых австралийских племен эта сила получила название арунгвилта, у различных племен американских индейцев — вакан, оренда, маниту, а где-то она осталась безымянной. Таким образом, оказалось, что именно эта сила под разными названиями или безымянная составляет сущность преанимической религии, а также магии. К тому же была установлена связь первобытных верований не столько с деятельностью отдельного «дикаря-философа», сколько с жизнью группы — племени, клана и т.д. Дикаря больше занимали рыболовство и возделывание растений, нежели размышления о снах и видениях, о двойниках и каталептических припадках.

Английский антрополог, этнограф и историк Р. Маретт (1866—1943) развивал идею преанимизма, ввел термин аниматизм (лат. animates — одушевленный), сосредоточив главное внимание на теоретическом осмыслении представлений о мана (на языке народов Меланезии и Полинезии — сила) – «инстинктивное чувство чудодейственной силы». С этим связано название его концепции — динамизм». Следует различать анимизм от Аниматизма (лат. animatus — одушевленный), который представляет собой веру в единую безличную силу, проявляющуюся в природе, управляющую событиями в ней и влияющую на жизнь человека. В разных регионах и у разных племен представления об этой силе варьируются и, естественно, получают неодинаковое наименование — «мана», «оренда», «вакан» и т.д.

ϖ Имеет место глубокое несоответствие между цельностью и системой определенных религиозных верований и хаотичностью и непредсказуемостью анимических явлений.

ϖ В действительности такое явление как культ предков большинству охотников и собирателей не свойственно, оно появляется на более высоких стадиях общественного и культурного развития. Э.Э.Эванс-Причард обвиняет Спенсера в том, что его суждения о мышлении первобытного человека напоминают систему рассуждений по принципу «Если бы я был лошадью».

ϖ Тэйлор не смог объяснить, каким образом религия, истоки которой заложены, по его мнению, в индивидуальном сознании, становится общественным явлением, почему люди, при всех индивидуальных различиях, единодушно (или почти единодушно) принимают некую сумму представлений и почему она приобретает столь важное значение в жизни и сознании общества. И может ли приобрести такое значение и такую устойчивость явление, основанное всего лишь на логической ошибке первобытного человека?

Теория прамонотеизма связана в основном с В.Шмидтом и венской католической школой. Но у нее был предшественник – англичанин Эндрю Лэнг (1844-1912), автор книг о мифологии, тотемизме и происхождении религии. Своей известностью в истории этнологии и религиоведения Лэнг обязан прежде всего тому, что он одним из первых обратил внимание на феномен, который до него либо не замечали, либо неправильно истолковывали – на образы так называемых высших существ в религиозных представлениях архаических обществ. Их наличие здесь является доказанным фактом; а если это так, – пишет Лэнг, – можно ли рассматривать их как простое развитие более примитивных верований, например, веры в духов мертвых, как полагал Спенсер?

Согласно концепции Шмидта, в основе религии находится откровение бога первобытному человечеству. Вера в единого, всемогущего, всеблагого, всезнающего и вездесущего бога – такой была древнейшая религия человечества. Позднее, однако, люди утратили или исказили эту первоначальную чистую веру, процесс деградации начался уже в первобытном обществе и продолжался вплоть до пришествия Христа. Выразился этот процесс в бесконечном многообразии религиозных верований, свойственных людям на всех ступенях развития. Но и до сих пор среди нехристианских народов носителями истинной веры, восходящей к первоначальному источнику, остаются самые отсталые и изолированные группы человечества, в первую очередь низкорослые племена, населяющие обширные области Центральной Африки, Юго-Восточной Азии, отчасти Океании. Их относительная изолированность спасла их от разрушительного воздействия цивилизации, сохранила их общественный строй и религию почти нетронутыми. Религиозное развитие человечества, по мнению Шмидта и других представителей этого направления, было своего рода эволюцией со знаком минус, – иначе говоря, деволюцией; они сами называют его дегенерацией.

Первоначальный чистый монотеизм, согласно этой схеме, свойственен древнейшему культурному кругу. Анимизм, тотемизм, политеизм, магия, другие формы религии – все это позднейшие наслоения, характерные для исторически более поздних культурных кругов, или культурных слоев. Гребнер пытался охарактеризовать свойственный каждому культурному кругу тип мышления, его отражение в языке, мифологии, религии. Вера в единого личного бога в облике высших существ первобытных религий, первобытный монотеизм – вот древнейшая основа религии человечества. Эти высшие существа являются в то же время творцами и хранителями законов морали. И чтобы доказать эту идею, Шмидт предпринял гигантскую работу – создание двенадцатитомного труда, в котором сосредоточены этнографические материалы по всем континентам, свидетельствующие о глобальном распространении представлений о высших существах в религии и мифологии первобытных народов. Наряду с этим фундаментальным трудом, Шмидт является автором и других книг, посвященных первобытной религии, первобытному мировоззрению, истории их изучения. В книге «Положение пигмейских народов в историческом развитии человечества» делается попытка доказать, что именно низкорослые группы человечества представляют наиболее древний культурный слой, а следовательно, и их религия в наибольшей полноте доносит до нас древнейшие монотеистические верования.

В соответствии с этими методологическими установками понимается и происхождение тех или иных религиозных явлений. Так, жертвоприношения божествам возникли не из приношений вождям или духам мертвых, как полагали эволюционисты, не из совместной трапезы тотемической общины, как считал Робертсон-Смит, не из магических действий, как думал Вундт. У представителей древнейших культур (древнейших в понимании культурно-исторической школы) существует обычай приношения первых плодов высшим существам – это и является самой ранней формой жертвоприношений.

Концепция монотеизма как исконной религии африканцев возродилась в работах современных исследователей религии народов Африки, вышедших из их собственной среды.

 





Дата добавления: 2014-01-05; Просмотров: 598; Нарушение авторских прав?;


Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет



ПОИСК ПО САЙТУ:


Читайте также:



studopedia.su - Студопедия (2013 - 2017) год. Не является автором материалов, а предоставляет студентам возможность бесплатного обучения и использования! Последнее добавление ‚аш ip: 54.224.137.45
Генерация страницы за: 0.187 сек.