Студопедия

КАТЕГОРИИ:


Архитектура-(3434)Астрономия-(809)Биология-(7483)Биотехнологии-(1457)Военное дело-(14632)Высокие технологии-(1363)География-(913)Геология-(1438)Государство-(451)Демография-(1065)Дом-(47672)Журналистика и СМИ-(912)Изобретательство-(14524)Иностранные языки-(4268)Информатика-(17799)Искусство-(1338)История-(13644)Компьютеры-(11121)Косметика-(55)Кулинария-(373)Культура-(8427)Лингвистика-(374)Литература-(1642)Маркетинг-(23702)Математика-(16968)Машиностроение-(1700)Медицина-(12668)Менеджмент-(24684)Механика-(15423)Науковедение-(506)Образование-(11852)Охрана труда-(3308)Педагогика-(5571)Полиграфия-(1312)Политика-(7869)Право-(5454)Приборостроение-(1369)Программирование-(2801)Производство-(97182)Промышленность-(8706)Психология-(18388)Религия-(3217)Связь-(10668)Сельское хозяйство-(299)Социология-(6455)Спорт-(42831)Строительство-(4793)Торговля-(5050)Транспорт-(2929)Туризм-(1568)Физика-(3942)Философия-(17015)Финансы-(26596)Химия-(22929)Экология-(12095)Экономика-(9961)Электроника-(8441)Электротехника-(4623)Энергетика-(12629)Юриспруденция-(1492)Ядерная техника-(1748)

ТЫ — ЭТО НЕ ТВОЙ УМ 1 страница




ВВЕДЕНИЕ

 

ПЕРВОПРИЧИНА ЭТОЙ КНИГИ

 

Я не испытываю особой нужды обращаться к прошлому и довольно редко думаю о нем, тем не менее мне хотелось бы коротко рассказать вам о том, как я стал духовным учителем и как появилась эта книга.

Вплоть до своего тридцатилетия я жил в состоянии почти не покидавшего меня чувства беспокойства и тревоги, перемежавшегося периодами суицидальной депрессии. Сейчас я воспринимаю это как если бы говорил о своей прошлой или даже вообще не о своей жизни.

Однажды ранним утром вскоре после своего двадцатидевятилетия я проснулся с чувством жуткого, абсолютного страха. Со мной и раньше такое случалось: я, бывало, и прежде просыпался с подобным чувством, но на этот раз оно было сильным как никогда. Ночная тишь, расплывчатые очертания мебели в темной комнате, отдаленный шум проходящего поезда — всё казалось каким-то чуждым, враждебным, и настолько лишенным смысла, что пробуждало во мне глубокое отвращение к миру. И самым отвратительным из всего этого был факт моего собственного существования. Какой был смысл продолжать жить с грузом такого страдания? Зачем надо вести эту непрерывную борьбу? Я чувствовал, что глубокое, страстное желание к избавлению от жизни, стремление к несуществованию, теперь становится гораздо сильнее инстинктивного желания жить.

«Я больше не в силах жить сам с собой».

Эта мысль настойчиво повторялась в моем рассудке. И вдруг совершенно внезапно я сообразил, насколько необычной и оригинальной была эта мысль.

«Я один или нас двое? Если я не в силах жить сам с собой, то тогда нас должно быть двое: “Я” и тот самый “сам”, с которым я не могу больше жить. А что если только один из нас настоящий?» — подумал я.

Я был так потрясен этой странной догадкой, что мой ум как бы застыл. Я оставался в полном сознании, однако при этом у меня не было ни единой даже самой крошечной мысли. Потом я почувствовал, будто втягиваюсь во что-то, похожее на энергетическую воронку. В начале движение было медленным, потом постепенно ускорилось. Меня охватил ужасный страх, и тело начало трясти. Я слышал слова “не сопротивляйся”, будто бы исходившие из моей груди. Я чувствовал, что меня засасывает в пустоту. Было такое ощущение, будто эта пустота находится скорее внутри меня, чем снаружи. Внезапно страх исчез, и я ощутил себя в этой пустоте. Больше я ничего не помню. И не помню, что было дальше.

Я проснулся от пения птицы за окном. Никогда раньше я не слышал такого звука. Мои глаза оставались закрытыми, но воображение рисовало образ драгоценного бриллианта. Да, конечно, если бриллиант может издавать звук, значит, он и должен быть таким. Я открыл глаза. Сквозь занавеси просачивался первый свет утренней зари. У меня по-прежнему не было никаких мыслей, и я чувствовал, я точно знал, что существует нечто такое, что мне еще надлежит познать, нечто бесконечно большее, чем мы себе представляем. Этим мягким свечением, струившимся сквозь занавеси, была сама любовь. На глаза навернулись слезы. Я встал и походил по комнате. Я узнавал ее, однако теперь я понимал, что никогда прежде не видел эту комнату в истинном свете. Все было свежим и нетронутым, как если бы только появилось на свет. Я брал в руки вещи, карандаш, пустую бутылку, удивляясь их красоте и наполненности жизнью.



В тот день я бродил по городу совершенно пораженный чудом земной жизни, будто я сам только что народился на свет.

Следующие пять месяцев я прожил в состоянии глубокого покоя и непрерывного блаженства. Потом интенсивность этого состояния немного ослабла, или, может быть, просто мне так казалось, ибо это состояние стало для меня естественным. Я по-прежнему сохранял способность действовать в этом мире, хотя и понимал — что бы я ни сделал, это скорее всего ничего не прибавит к тому, что у меня уже есть.

Разумеется, я понимал, что со мной произошло что-то чрезвычайно важное, глубокое и значительное, но совершенно не представлял себе, что именно. Так продолжалось в течение еще нескольких лет, пока из духовных писаний и от духовных учителей я не узнал, что со мной случилось именно то, к чему все они стремились. Я догадывался, что сильнейший прессинг страдания, пережитого в ту ночь, должен был подтолкнуть мое сознание к отрыву от своего отождествления с несчастным и безмерно напуганным «я», которое, в конечном итоге, является ни чем иным, как созданной умом фикцией. Должно быть, этот отрыв был столь полным, что это ложное, страдающее “я” тотчас сжалось, как бывает, когда из надувной игрушки вытаскивают пробку. То, что теперь оставалось, было моей истинной, вечной сущностью Я есть, сознанием в чистом виде, каким оно и было до своего отождествления с формой. Позже, оставаясь в полном сознании, я научился входить в это внутреннее пространство, в котором нет ни времени, ни смерти, и которое поначалу ощутил и воспринял как пустоту. Я пребывал в состоянии такого неописуемого блаженства и святости, что даже первоначальное ощущение, только что мною описанное, меркнет в сравнении с ним. Когда на физическом плане я ненадолго остался ни с чем, у меня появилось время. У меня не было связей, работы, дома, никакой социально обусловленной индивидуальности. Почти два года я провел на скамейках парка, переживая состояние ослепительно яркой и глубокой радости.

Однако даже самые прекрасные ощущения приходили и уходили. Но, возможно, самым фундаментальным из всех оставшихся ощущений, было чувство покоя, которое с тех пор уже никогда меня не покидало. Порой оно бывает очень сильным, почти осязаемым, чем-то таким, что можно почувствовать. Как будто временами где-то на заднем плане звучит далекая мелодия.

Спустя некоторое время ко мне кто-нибудь мог случайно подойти и сказать:

— Я тоже хочу то, что у тебя есть. Можешь ли ты дать мне это или показать, как к этому придти?

И я отвечал.

— Это у тебя уже есть. Просто ты пока не этого чувствуешь, потому что твой ум создает слишком много шума.

Спустя еще какое-то время этот ответ стал более развернутым и превратился в книгу, которую ты сейчас держишь в руках.

Но еще до того, как я об этом узнал, я снова обрел внешнее отождествление. Я стал духовным учителем.

 

 

ИСТИНА, КОТОРАЯ ВНУТРИ ТЕБЯ

 

Эта книга ровно настолько, насколько это можно выразить словами, представляет собой суть моей работы с отдельными людьми или малыми группами духовных искателей, живущими в Европе и Северной Америке, которую я проделал за последние десять лет. С чувством искренней любви я благодарю этих необыкновенных людей за их мужество, за их готовность принять внутренние перемены, за их вызывающие и смелые вопросы, и за их готовность слушать. Без них этой книге не суждено было бы появиться на свет. Эти люди принадлежат к тем, кто представляет собой пока еще очень малое, но, к счастью, растущее число духовных пионеров, достигающих той точки, где они обретают силу вырваться из плена унаследованных от общества шаблонов и стереотипов, социальных установок и принципов, следование которым продолжает удерживать человечество в тисках непрекращающегося страдания.

Я верю, что эта книга отыщет дорожку к тем, кто готов к такой радикальной внутренней трансформации и кто действует как ее катализатор. Вместе с тем я надеюсь, что она придет и ко многим другим, кто сочтет ее содержание достойным обсуждения, хотя они могут оказаться еще не в полной мере готовыми к тому, чтобы так жить или практиковать это. Вполне возможно, что семя, зароненное при чтении этой книги, через какое-то время соединится с семенем просветления, которое носит в себе каждый человек, и оно нежданно-негаданно даст росток, и они вместе оживут.

 

Рождение этой книги в ее настоящем виде происходило чаще всего спонтанно, как ответы на вопросы, задаваемые людьми на семинарах, на занятиях медитативными практиками и во время частных доверительных встреч, поэтому я буду придерживаться формата “вопрос-ответ”. В ходе этих семинаров, занятий и встреч я и сам многому научился и получил столь же много, сколь и те, кто задавал вопросы. Некоторые из этих вопросов и ответов я привожу здесь почти дословно. Иные вопросы являются, в каком-то смысле, обобщенными, их я, если можно так выразиться, скомбинировал по определенному типу наиболее часто задаваемых, объединив в один, извлекая суть из различных ответов, приводя их к форме одного общего ответа. Порой во время написания ко мне приходил совершенно новый ответ, который был более полным, глубоким и мудрым или более исчерпывающим, чем тот, какой я мог дать до этого. Ряд дополнительных вопросов был задан редактором с целью наиболее полного прояснения некоторых деталей.

Вы будете замечать, что с первой до последней страницы диалог происходит на двух разных уровнях, постоянно переходя с одного на другой.

На одном уровне я привлекаю ваше внимание к тому, что в вас ложно. Я говорю о природе человеческой неосознанности и функциональных нарушений, так же как и об их наиболее общих житейских проявлениях — от конфликтов в личных взаимоотношениях, до войн между кланами, племенами и народами. Подобное знание жизненно важно, ибо пока вы не научитесь распознавать ложное как ложное — чем вы не являетесь, то никакой продолжительной трансформации не получится, и вы всегда будете откатываться назад к иллюзии, предстающей в виде какой-нибудь боли или страдания. На этом уровне я также покажу вам, каким образом то, что в вас есть ложного, может стать “вами” или превратиться в личную проблему, ибо ложное утверждает себя именно таким путем.

На другом уровне я говорю о полной глубинной трансформации человеческого сознания: не как о возможности, существующей где-то в далеком будущем, а как о той, которая есть прямо сейчас, независимо от того, кто вы и где находитесь. Я покажу вам, как вызволить себя из рабства своего ума, как войти в просветленное состояние сознания и оставаться в нем в условиях повседневной жизни.

На этом уровне книги слова не всегда точно соответствуют посылу, — нередко они служат тому, чтобы прямо во время чтения перенести вас в это новое сознание. Я снова и снова пытаюсь увести вас за собой в это вневременное состояние глубокого осознания собственного присутствия в настоящем моменте, чтобы дать вам почувствовать вкус просветления. До тех пор, пока вы не придете к обретению способности ощущать то, о чем я говорю, вы, может быть, будете находить эти пассажи несколько повторяющимися. Однако как только это у вас получится, то, как я полагаю, вы поймете, что они содержат в себе великую духовную энергию и могут стать для вас самой ценной и полезной частью этой книги. Кроме того, поскольку каждый человек несет внутри себя зерно просветления, то я обращаюсь к более глубокому “я”, живущему внутри каждого из вас и стоящему за тем, кто мыслит, к тому “я”, которое уже обладает знанием и сумеет молниеносно распознать духовную истину, и которое войдет с ней в резонанс и обретет в ней свою силу.

 

— символ паузы, стоящий в некоторых местах, означает предположение о том, что у вас может возникнуть желание ненадолго прервать чтение и некоторое время побыть в молчании, чтобы самим почувствовать ту истину, о которой только что говорилось. В тексте могут быть и другие места, которые в произвольный момент могут побудить вас придти к этому естественным и спонтанным образом.

Когда вы начнете читать эту книгу, то поначалу значение некоторых слов, таких как “Сущее” или “присутствие”, может показаться вам не вполне понятным. Продолжайте читать. Вопросы или возражения могут придти вам на ум в любой момент. Возможно, что ответы на них вы найдете несколько позже: или по мере углубления в это учение, или по мере погружения в самого себя — тогда они могут показаться вам даже неуместными и уже не относящимися к делу.

Не читайте только одним умом. В процессе чтения пристально наблюдайте за “откликом чувств”, за восприятием, исходящим из вашей глубины. Я не могу рассказать вам о какой-либо духовной истине, живущей в глубине вас, которую вы бы еще не знали. Всё, что в моих силах — это напомнить вам о том, о чем вы забыли. Живое знание, древнее и всегда новое, освободится и придет в движение, изливаясь из каждой клеточки вашего тела.

Ум всегда стремится всё сравнивать и распределять по категориям, но эта книга будет для вас намного полезнее, если вы не будете пытаться сопоставлять применяемую в ней терминологию с той, что используется в других учениях; иначе вы можете придти в недоумение, будучи озадаченными и сбитыми с толку. В такие слова, как “ум”, “разум”, “счастье” и “осознание”, я не всегда вкладываю тот же смысл, который им придают в других учениях. Не привязывайтесь к словам. Слова — это лишь каменные ступени, которые нужно как можно скорее оставить позади.

В случаях, когда я цитирую слова Иисуса или Будды, слова из “Курса Чудес” или из других учений, то делаю это совсем не для сравнения, а для привлечения вашего внимания к тому факту, что по сути есть и всегда было только одно духовное учение, хотя оно и представлено в большом многообразии форм. Некоторые из них, такие как древние религии, были настолько плотно окутаны чуждыми, посторонними наслоениями, что за ними полностью потерялась их духовная суть. И по большому счету теперь их глубинный смысл стал уже не различим, а преобразующая сила утрачена. Когда я ссылаюсь на древние религии или иные учения, то делаю это только для того, чтобы выявить их глубинный смысл и, тем самым, воскресить их трансформирующую силу — в особенности для тех читателей, которые являются последователями этих религий или учений. Я говорю им: «За истиной никуда не нужно ходить. Просто позвольте мне показать вам, каким образом вы можете еще глубже войти в то, что у вас уже есть».

Однако для того чтобы дойти до возможно более широкого круга людей, я стремился использовать наиболее нейтральную терминологию. В наше время эту книгу можно рассматривать как повторное заявление о том самом вневременном учении, в котором заключена суть всех религий. Она исходит не из внешних источников, а вытекает из единого, истинного внутреннего Источника, и поэтому в ней нет никакой теории или спекуляций. Я говорю это, опираясь на свое внутреннее ощущение, и если я порой говорю энергично и с нажимом, то только лишь для того, чтобы помочь вам прорваться сквозь тяжелые и плотные наслоения ментального сопротивления и добраться до того места внутри вас, пребывая в котором вы уже точно знаете, так же как знаю я, и в котором истина распознаётся сразу, как только она слышна. Тогда к вам приходит чувство восторга и наступает подъем жизненной силы, как будто что-то внутри вас ликует:

— Да. Я знаю — это правда.


 

 

ГЛАВА ПЕРВАЯ

 

 

 

 

САМОЕ БОЛЬШОЕ ПРЕПЯТСТВИЕ НА ПУТИ К ПРОСВЕТЛЕНИЮ

 

Просветление — что это такое?

Уже больше тридцати лет нищий сидел на обочине дороги. Однажды мимо проходил странник.

— Подайте несколько монет, — прошамкал нищий беззубым ртом, механически протянув ему старую бейсболку.

— Мне нечего тебе дать, — ответил странник. А затем спросил: — На чем это ты сидишь?

— Да так, ни на чем, — ответил нищий. — Это просто старый ящик. Я сижу на нем столько, сколько себя помню.

— А внутрь когда-нибудь заглядывал? — поинтересовался странник.

— Нет, — сказал нищий. — Какой смысл? Там же ничего нет.

— А ты загляни, — настаивал странник.

Нищий принялся поднимать крышку. С огромным удивлением и восторгом, не веря собственным глазам, он увидел, что ящик был полон золота.

Я и есть тот самый странник, у которого нет ничего, что он мог бы тебе дать и который предлагает тебе заглянуть внутрь. Но не внутрь какого-то ящика, как в этой притче, а гораздо ближе — внутрь самого себя.

— Но я не нищий, — могу я услышать от тебя в ответ.

Те, кто не нашел свое истинное сокровище, ту лучезарную радость Бытия и глубокий, устойчивый, незыблемый покой, приходящий вместе с Ним, и есть нищие, даже если они владеют несметными материальными богатствами. Они ищут снаружи, шарят впотьмах в поисках отрывочных удовольствий или собственной реализации, жаждут признания и самоутверждения, ищут безопасности, хотят любви и в то же самое время имеют в своем распоряжении такое внутреннее богатство, которое заключает в себе не только всё перечисленное, но и бесконечно больше, чем может предложить весь мир.

Слово “просветление” рождает в воображении человека мысль о достижении некого состояния сверхчеловека, а эго любит преподносить это именно так, однако просветление — это всего лишь твое естественное природное состояние ощущения единства с Сущим. Это состояние соединенности с чем-то безмерным и неразрушимым, с чем-то почти парадоксальным, чем ты, в сущности, и являешься, и даже с чем-то гораздо большим, чем ты. Оно раскрывает тебе твою истинную природу, пребывающую за пределами твоего имени и тела. Неспособность чувствовать эту соединенность питает иллюзию разделенности, иллюзию разобщенности как с самим собой, так и с окружающим миром. Поэтому ты сознательно или бессознательно воспринимаешь и ощущаешь себя изолированным фрагментом. Тогда в тебе усиливается страх, а состояние внутреннего и внешнего конфликта становится нормой.

Мне очень нравится данное Буддой простое определение просветления, как “окончание страдания”. В этом нет ничего сверхчеловеческого, не так ли? Как определение, оно, разумеется, не полно. Оно говорит лишь о том, чем просветление не является: оно не является страданием. Но что остается, когда страдание уходит? По этому поводу Будда хранит молчание, и его молчание подразумевает, что тебе самому придется с этим разобраться. Он использует отрицающее определение, для того чтобы ум не смог превратить это в нечто такое, во что можно поверить, в то, что ты можешь достигнуть состояния сверхчеловека, то есть чтобы ум не смог превратить это в цель, достижение которой станет для тебя невозможным. Несмотря на это предостережение, большинство буддистов продолжают верить, что просветление — это для Будды, а не для них — ну, по крайней мере, не в этой жизни.

 

Вы употребляете слово Сущее[2]. Не могли бы вы объяснить, что вы под этим подразумеваете?

 

Сущее — это вечная Единая Жизнь, всегда существующая за пределами мириад своих форм, которые появляются и исчезают, рождаются и умирают. Однако Сущее, как самая сокровенная, незримая и неразрушимая суть, присутствует не только за пределами, но и глубоко внутри каждой формы. Это означает, что прямо сейчас она доступна тебе как твоё собственное глубочайшее “Я”, как твоя истинная природа. Только не пытайся постичь ее своим умом. Не пытайся понять ее. Ты сможешь познать ее лишь тогда, когда твой ум успокоится. Когда ты находишься в состоянии присутствия, когда твое внимание полностью сосредоточено и в высшей степени сфокусировано на моменте Сейчас, тогда ты можешь почувствовать Сущее, но не можешь постичь Его ментально. Возвращение к осознаванию Сущего и пребывание в состоянии “ощущения-осознавания” — вот что такое просветление.

 

 

Произнося слово Сущее, говорите ли вы о Боге? Если да, то почему вы не употребляете слово Бог?

 

В результате имевшего место на протяжении тысячелетий неправильного употребления слова Бог, оно утратило всякий смысл. Иногда я его использую, однако очень редко. Под неверным употреблением я подразумеваю то, что люди, ни разу даже мимолетно не прикоснувшиеся к этому священному царству, не ощутившие того бескрайнего простора, которым наполнено это слово, используют его с глубокой убежденностью в том, будто ведают, о чем говорят. Или же выступают против этого, как если бы они знали, что именно отрицают. Подобное злоупотребление способствует преумножению абсурдных верований, утверждений, суждений и эготипических заблуждений, таких, как Мой или наш Бог — это только наш, один-единственный истинный Бог, а ваш Бог — неверный”, или же как знаменитое заявление Ницше “Бог умер”.

Слово Бог стало понятием, подразумевающим наличие ограничений. Стоит ему прозвучать, как воображение тотчас рисует некий ментальный образ, чаще всего напоминающий белобородого старца. Однако это является лишь ментальным представлением чего-то или кого-то, находящегося вне тебя, снаружи, и, конечно же, почти обязательно, это что-то или кто-то — существо мужского рода.

Ни слово Бог, ни слово Сущее и никакое другое слово не могут служить определением или объяснением невыразимой и не поддающейся описанию стоящей за этим словом реальности. Поэтому единственным вопросом, имеющим значение, будет такой: помогает ли тебе это слово, является ли подсказкой, позволяющей придти к ощущению Того, на что указывает? Указывает ли оно на стоящую за ним трансцендентную реальность или слишком легко залетает в твою голову в виде какой-нибудь идеи, в которую ты начинаешь верить, или же превращается в ментального идола?

Слово Сущее, так же как и слово Бог, ровным счетом ничего не объясняет. Тем не менее, слово Сущее имеет определенное преимущество, так как является открытой концепцией. Оно не умаляет бесконечного Невидимого и не сводит его к понятию какого-то обусловленного, конечного объекта, имеющего свои границы. Невозможно сформировать его ментальный образ. Никто не может претендовать на исключительное владение им. Это сама твоя суть, доступная тебе в любой момент в виде чувства собственного присутствия, осознавания себя как Я есть еще раньше того, как ты отождествишь себя с тем или с этим. Таким образом, это всего лишь малый шаг от слова Сущее к ощущению Сущего.

 

 

Что больше всего мешает ощущать эту реальность?

 

Отождествление себя со своим умом, который делает поток мыслей нескончаемым, а сами мысли неотвязными. Неспособность останавливать поток мыслей — это страшная беда, которую мы, однако, не осознаем и почти все от этого страдаем, что, впрочем, считается нормой. Этот непрестанный ментальный шум мешает нащупать неотделимый от Сущего мир внутреннего спокойствия. Кроме того, этот шум создает ложное, вымышленное “я”, отбрасывающее тень страха и страдания. Несколько позже мы рассмотрим это более детально.

Философ Декарт, делая свое знаменитое заявление: “Я мыслю, значит, существую”, верил в то, что докопался до самой фундаментальной истины.

Фактически он сформулировал самое основное заблуждение: приравнял мышление к Бытию, а личность — к мышлению. Неотвязный мыслитель, живущий внутри почти каждого из нас, пребывает в состоянии очевидной и несомненной разделенности, существуя в безумно сложном мире нескончаемых проблем и конфликтов, в мире, отражающем постоянно нарастающую фрагментацию ума. Просветление — это состояние цельности, состояние бытия “одно-в-едином”, а значит, состояние покоя. В единстве с жизнью в ее проявленном аспекте, в единстве с миром, так же как в единстве со своим глубочайшим “я” и с непроявленной жизнью — в единстве с Сущим. Просветление — это не только окончание страдания и конец нескончаемого внутреннего и внешнего конфликта, но также и конец чудовищной, рабской зависимости от обязательного думанья. Какое же это неописуемое, невероятное освобождение!

Отождествление со своим умом создает непроницаемый заслон из принципов, ярлыков, образов, слов, суждений и определений, которые блокируют любые настоящие отношения. Оно вклинивается между тобой и твоим “я”, между тобой и твоими друзьями и подругами, между тобой и природой, между тобой и Богом. Это тот заслон из мыслей, который создает иллюзию разделенности, иллюзию будто есть “ты” и “другие”, существующие как бы совершенно отдельно от тебя. Тогда ты забываешь ключевой факт, лежащий в основе физических проявлений разобщенных форм, факт, состоящий в том, что ты пребываешь в единстве со всем, что есть. В слово “забываешь” я вкладываю такой смысл, что ты утрачиваешь способность чувствовать это единство как самодоказанную реальность. Ты можешь верить в то, что это правда, но уже не знаешь, что это так. Вера может дать тебе чувство комфорта. Однако она становится освобождением только через собственный опыт.

Процесс мышления превратился в болезнь. Ведь болезнь наступает тогда, когда нарушается равновесие. Например, нет ничего ненормального в том, что клетки тела делятся и размножаются, но если этот процесс будет продолжаться, не согласуясь с организмом в целом, то они начнут размножаться бесконтрольно, и тогда начнется болезнь.

Замечание: Ум, при его правильном использовании, является совершенным и непревзойденным инструментом. При неправильном же применении он становится чрезвычайно разрушительным. Выражаясь точней, это не то, что ты, возможно, как-то не так им пользуешься — обычно ты им вообще не пользуешься. Он пользуется тобой. Вот в чем заключается болезнь. Ты веришь в то, что ты есть твой ум. А это заблуждение. Инструмент завладел тобой.

 

Я с этим не совсем согласен. То, что у меня, как и у большинства людей, много бесцельных размышлений, — это правда, но, все же, занимаясь чем-либо, я использую свой ум и всегда поступаю именно так.

 

Одно то, что ты способен разгадать кроссворд или построить атомную бомбу, вовсе не означает, что ты используешь свой ум. Точно так же, как собаки любят обгладывать кости, ум любит запускать свои зубы в проблемы. Именно поэтому он разгадывает кроссворды и строит атомные бомбы. Тебя больше ничего не интересует. Позволь мне спросить тебя вот о чем: можешь ли ты освободиться от ума по собственному желанию? Нашел ли ты кнопку “выключить”?

 

Вы имеете в виду — совсем прекратить думать? Нет, не могу, за исключением, может быть, мгновения или двух.

 

Это значит, что ум использует тебя. Ты бессознательно отождествил себя с ним, поэтому даже не знаешь, что стал его рабом. Это почти как если бы кто-то завладел тобой, не поставив тебя об этом в известность, и ты принимаешь это владеющее тобой существо за самого себя. Свобода начинается там, где ты осознаёшь, что тобой никто не владеет, что ты не являешься объектом обладания, то есть не являешься мыслителем. Знание этого позволяет тебе наблюдать за бытием. В тот момент, когда ты начинаешь наблюдать за мыслителем, активизируется более высокий уровень сознания. Тогда ты приходишь к пониманию того, что за пределами мышления существует безграничное царство разума, и что мысль является лишь крошечной частью этого разума. Ты также понимаешь, что абсолютно все, что действительно имеет значение — красота, любовь, творчество, радость, внутренний покой, — возникает за пределами ума. Тогда ты начинаешь пробуждаться.

 

 

ОСВОБОЖДЕНИЕ СЕБЯ ОТ УМА

 

Что именно вы подразумеваете под “наблюдением за мыслителем”?

 

Если кто-нибудь придет к доктору и скажет: “Я слышу голос у себя в голове”, то, скорее всего, получит направление к психиатру.

Дело в том, что буквально каждый из нас все время слышит у себя в голове такой же голос, а то и несколько. Это значит, что там протекают непроизвольные, бессознательные мыслительные процессы, и при этом вы даже не подозреваете, что располагаете силой, способной остановить эти непрерывные монологи и диалоги.

Возможно, вы встречали на улице так называемых “помешанных”, которые постоянно что-то бормочут и не переставая беседуют сами с собой. Между прочим, разница между тем, что делают они, и что делаешь ты вместе со всеми остальными “нормальными” людьми, состоит лишь в том, что вы не делаете этого вслух. Голос в голове комментирует, рассуждает, судит, сравнивает, жалуется, любит, не любит и т. д. И когда ты вдруг обнаруживаешь, что абсолютно поглощен этим процессом, то тебе совсем не обязательно слышать его, ибо это совершенно не существенно и не имеет вообще никакого значения; может быть, этот голос возрождает к жизни события недавнего прошлого или озвучивает возможные будущие ситуации, которые рисует твое воображение. В этом поле часто возникают варианты негативного развития событий, а также их возможные последствия, а все это вместе называется беспокойством. Порой такая звуковая дорожка сопровождается дополняющими ее визуальными образами или "ментальным кино". Если же голос касается события, происходящего в настоящем, то даже его он интерпретирует в категориях прошедшего времени. Это происходит потому, что голос принадлежит вашему обусловленному уму, который, в свою очередь, является плодом всей вашей предшествующей истории, а вместе с тем отражением унаследованных вами общественных и культурных ментальных установок. То есть вы воспринимаете настоящее и судите о нем, глядя на него глазами прошлого, и в результате получаете его совершенно искаженное изображение. Причем то, что вы слышите, не очень-то сильно отличается от того, что могло бы слететь с языка вашего злейшего врага. Многие люди живут, имея в своей собственной голове мучителя, который непрерывно атакует и карает, истощая и расточая их жизненную энергию. Это является как причиной невыразимого убожества и драматических напастей, так и причиной всевозможных заболеваний.

Тем не менее, у меня для тебя есть хорошая новость, и она состоит в том, что ты можешь освободить себя от власти своего ума. И только это может принести тебе истинное освобождение. Прямо сейчас ты можешь сделать к этому свой первый шаг. Начни с того, чтобы как можно чаще прислушиваться к голосу, бурчащему у тебя в голове. Обращай особое внимание на повторяющиеся мыслеформы и их комбинации — этакие старые заезженные грампластинки, которые на протяжении многих лет крутятся и скрипят у тебя между ушей. Поэтому, говоря об “отслеживании мыслителя”, я имею в виду именно это, или же можно выразиться иначе: слушай голос, который звучит у тебя в голове, будь присутствующим свидетельством пребывания в настоящем.





Дата добавления: 2017-01-14; Просмотров: 85; Нарушение авторских прав?;


Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет



ПОИСК ПО САЙТУ:





studopedia.su - Студопедия (2013 - 2017) год. Не является автором материалов, а предоставляет студентам возможность бесплатного обучения и использования! Последнее добавление ip: 54.92.141.211
Генерация страницы за: 0.018 сек.