Студопедия

КАТЕГОРИИ:


Архитектура-(3434)Астрономия-(809)Биология-(7483)Биотехнологии-(1457)Военное дело-(14632)Высокие технологии-(1363)География-(913)Геология-(1438)Государство-(451)Демография-(1065)Дом-(47672)Журналистика и СМИ-(912)Изобретательство-(14524)Иностранные языки-(4268)Информатика-(17799)Искусство-(1338)История-(13644)Компьютеры-(11121)Косметика-(55)Кулинария-(373)Культура-(8427)Лингвистика-(374)Литература-(1642)Маркетинг-(23702)Математика-(16968)Машиностроение-(1700)Медицина-(12668)Менеджмент-(24684)Механика-(15423)Науковедение-(506)Образование-(11852)Охрана труда-(3308)Педагогика-(5571)Полиграфия-(1312)Политика-(7869)Право-(5454)Приборостроение-(1369)Программирование-(2801)Производство-(97182)Промышленность-(8706)Психология-(18388)Религия-(3217)Связь-(10668)Сельское хозяйство-(299)Социология-(6455)Спорт-(42831)Строительство-(4793)Торговля-(5050)Транспорт-(2929)Туризм-(1568)Физика-(3942)Философия-(17015)Финансы-(26596)Химия-(22929)Экология-(12095)Экономика-(9961)Электроника-(8441)Электротехника-(4623)Энергетика-(12629)Юриспруденция-(1492)Ядерная техника-(1748)

Антимонопольные механизмы в России в XVII–XIX вв


Доверь свою работу кандидату наук!
1500+ квалифицированных специалистов готовы вам помочь

История антимонопольного регулирования в России в царский и советский периоды

История правового регулирования конкуренции и монополии в России. История развития монополизма в России. Формирование современной системы правового регулирования конкуренции и монополии в Российской Федерации

Лекция 4

Одним из первых отечественных актов, направленных против спекулятивных ценовых монополий можно назвать Наказ Государя Царя и Великого князя Феодора Алексеевича, данный в Июне 1681 г. своим чиновникам Ивану Зиновьеву и Титу Емельянову, занимавших соответственно должности (чины) Головы и Ларечного, «О сборе померных пошлин». Этот Наказ в большей части регулирует вопросы взимания померных пошлин и дает соответствующие полномочия указанным Голове и Ларечному.

Возможно, случаи появления спекулятивных монополий, отдельных монополистических действий, известных миру еще с античности, связанных со скупкой товаров с целью монополизации и перепродажи по завышенным ценам и/или, с заключением соглашений о поддержании высоких продажных или низких закупочных цен, имели место в России и до XVII в., поскольку там, где развивается торговля, весьма вероятно ожидать пусть не в самой злостной форме, но тем не менее использования монополистических способов торговли для дополнительного, корыстного, спекулятивного обогащения. Еще раз напомним, что спекулятивные монополии известны миру еще с античных времен. (Об истории мирового опыта антимонопольного регулирования см. в Лекции 21.)

Одно из первых свидетельств о злоупотреблениях монополистов относится к 1627 г. Это «Челобитная русскаго купечества на торгующих в России иностранных купцов с просьбой запретить им приезд во внутренние районы страны»[1]. В этой Челобитной русские купцы жалуются на иностранных, более крепких в финансовом отношении, в том числе на их злоупотребления, пытаясь выпросить у правительства ограничения прав последних, создав для себя более выгодные условия торговли. Наши купцы обвиняли иностранцев в сговорах монопольного и антконкурентного характера. Как пишут купцы в Челобитной, «и приехав те торговые немцы на Русь, меж себя зговором свои немецкие товары продают не торопясь большою ценой, и по всем городам в вашей государеве вотчине сидят по анбаром и по лавкам и продают товары врознь, а у нас, холопей и сирот ваших, русские товары покупают також заговором меньшою ценою. А кои у них товары вскоре не продадутца, и за теми товары оставливают товарыщев своих, и живут в вашей государеве отчине лет по пяти и больш, а в те поры к ним из заморья, горами подвозят грамотки, и по грамоткам у нас закупают заговором (т.е. по соглашеню между собой, вероятно, по меньшей цене. – Примеч. авт.) русские товары. И вашим государевым всяким промыслом чинятца от того порухи великие, а мы, холопи и сироты ваши, от тех иноземцов стали без промыслу, и многие торговые люди от своих промыслов отбыли и оттово оскудели и одолжали великими долги».



Между тем и наши купцы также, по крайней мереужес XVII в., грешили различными монопольными сговорами, поскольку к концу этого века относится свидетельство, вероятно одно из первых, о принятии русским правительством мер антимонопольного характера, направленных против рыночных спекулятивных монополистических действиях, проявлявшихся в скупке товаров в целях монополизации продаж данного вида товаров по завышенным ценам. Этим антимонопольным правительственным актом стал Наказ Государя Царя и Великого князя Феодора Алексеевича, данный в Июне 1681 г. своим чиновникам Ивану Зиновьеву и Титу Емельянову, занимавших соответственно должности (чины) Головы и Ларечного, «О сборе померных пошлин». Этот Наказ в большей части регулирует вопросы взимания померных пошлин и дает соответствующие полномочия указанным Голове и Ларечному. Государственным органом, ответственным за сбор померных пошлин, в этом акте указывается Померная изба. Межу тем среди данных полномочий Наказ возлагает на указанных Голову и Ларечного обязанность пресекать и преследовать участников монополистических действий, в том числе совершаемых путем соглашений, направленных на скупку подвозимых к Москве товаров для последующей перепродажи по завышенным ценам. В Наказе, в частности, устанавливалось: «Да им же Ивану и Ларечному Титу смотреть того на крепко, чтоб закупщики и подрядчики Московские, жители также и приезжие всяких чинов люди на Москве хлеба всякого, зимним путем на возах и летом на стругах, большим числом не закупали, и в платеж стрелецкого хлеба и в иные подряды не отдавали, и тем хлебу дороговли не чинили; а будет которые люди сему Великого Государя указу учинятся непослушны, на Москве хлеб всякой большим числом учнут закупать, и в платеж стрелецкого хлеба и в иные подряды отдавать, и в стругах перекупным хлебом торговать, и выходя по улицам и дорогам и за Земляной город, хлеб и иные товары перекупать и вязку (соглашение, сговор. – Примеч. авт.) промеж себя вязать, и хлеб из барышей мерять, и тех людей имать и приводить в приказ Большой Казны, и за то им ослушникам, по указу Великого Государя, учинено будет наказанье без пощады»[2].

Из этого Наказа, в частности, следует, что к тому времени были известны спекулятивные действия, связанные с монопольной скупкой товаров (перекупом), которые совершались в том числе посредством вязок (монопольных соглашений) для последующей перепродажи по завышенным монопольным ценам. Также из Наказа следует, что Померная изба наряду с функциями налогового органа выполняла и функции антимонопольного контроля за перекупом товаров. А Голова Иван Зиновьев и Ларечный Тит Емельянов были по сути первыми из известных нам отечественных антимонопольщиков. Обнаружив нарушителей указанные чиновники должны были «тех людей имать и приводить в приказ Большой Казны». Приказ же Большой Казны, по-видимому, вершил правосудие и применял наказание, согласно Наказу, учинял ослушникам, по указу Великого Государя, наказанье без пощады. Также этот Наказ свидетельствует о появлении первых монополий в отечественной хозяйственной жизни в сфере торговли. Следует, правда, отметить локальный характер данных первых из известных норм антимонопольного характера. Они распространялись только на Москву как столичный город.



Начиная с этого времени, практически в царствование каждого российского государя или государыни издавались те или иные подобные запреты и меры антимонопольного характера. Это позволяет говорить о распространении данного порока в отечественной торговой жизни. Так, в царствование Петра Алексеевича, когда он как Государь Царь и Великий князь еще делил власть со своим старшим братом Иоанном Алексеевичем, известен правовой акт от 15 января 1694 г. под названием Боярский приговор, уже исключительно направленный против спекулятивных монополий (перекупов). Боярский приговор назывался «О нечинении перекупа привозимых на рынки крестьянами припасов». Согласно данному приговору, постановлялось «на Гостине и на Мытном дворех и у Померной избы на площади и по улицам и по крестцам учинить заказ крепкой, чтоб Московские жители всяких чинов люди и скупщики и складчики и кулатчики у приезжих торговых людей сложась мяс и рыбы и сена и золы и дров и хлеба и всяких товаров большими статьями для своих прибылей и прихотей не скупали и приезжих людей не задерживали и всяких чинов торговых людей не отбивали; а покупать всяких чинов людем всякие товары вольно, чтоб торговым приезжим и Московским жителям от тех скупщиков и кулатчиков обиды и разорения отнюдь не было. А буде впредь такие скупщики и кулатчики учнут всякие товары у приезжих людей скупать и обиды всяких чинов людем чинить: и тем скупщикам и кулатчикам быть в жестоком наказании и в вечном разорении безо всякого милосердия и пощады; и сей Великаго Государя указ прочитать торговым всяких чинов людем, и кликать бирючь многие дни, и о том в Таможню и в Померную и в Мытни и Головам памяти посланы»[3].

Этот акт интересен тем, что функции антимонопольного контроля возлагались уже не на одну Померную избу, а на целый ряд органов, ответственных за регулирование различных отношений, связанных с рыночной деятельностью. Кроме Померной избы Боярский приговор наказывает также противодействовать перекупам также Таможне, Мытням и Головам. Указанный Боярский приговор 1694 г. так же, как и предыдущий антимонопольный акт Царя Феодора Алексеевича 1681 г., носил локальный характер: распространялся только в отношении столичного града Москвы.

Следующий акт Петра I в данной области относится уже к периоду его единодержавия и интересен тем, что он содержит антимонопольные меры не только в отношении столицы, но распространяется на всю территорию Российского государства, ставшего Империей. 14 января 1725 г. Царь Петр издает Сенатский указ «О продаже съестных припасов во всех городах по умеренным ценам и о воспрещении перекупа пригоняемого в С. Петербург скота и привозимых окрестными жителям припасов и продуктов»[4]. Согласно данному «его Императорскому Величества указу и по приговору Правительствующего Сената велено было, в частности: купецким и всякого чина людям для всенародной пользы муку, крупу, солод и толокно и всякой молотой и толченой хлеб, как при Санктпетербурге, так и во всех городах и метах продавать в вес, почему пуд надлежит, умеренными ценами, а не мерою; для того в мерах, а наипаче в молоте между крупной и мелкой муки против весу не малое бывает различие и обман; а привозить всякий хлеб и продавать по прежнему свободно»[5]. При этом п. 3 данного Указа вменял в обязанность «перекупщикам всякого хлеба, рогатой скотины, живности, рыбы, капусты и прочих всяких съестных мелочных товаров, також сена, дров и всяких лесных припасов, которые обыкновенно привозят из здешних ближних уездов, и продаются на рынках возами повсядневно, отъезжая в уезды и на дорогах, кроме указанных мест, у самих продавцев отнюдь не перекупать и вязок (соглашений. – Примеч. авт.), собрався компаниями не чинить, и согласия как перекупщикам с продавцами, так и продавцам с перекупщиками заранее к повышению цен не иметь, а тем продавцам и промышленникам самим привозить на рынки и в другие указанные места, где есть и впредь показаны будут, а сено на сенную площадку; а в тех указанных местах ставиться им продавцам распорядочно линиями, как уже и наперед сего от Полицмейстерской Канцелярии неоднократно чрез посланных объявлено»[6]. Согласно пункту 4 за такие согласия и вязки полагалось нарушителей перекупщиков ловить и по поимке забирать все то, что купили, из которого «половину на гошпиталь, а другая половина отдана будут доносителю». Также устанавливалась ответственность для тех, кто учинят помешательство в торгу купцам, которые будут покупать для своих домовных нужд. Таким «помешателям подлежало учинять на рынках наказание в виде битья морскими кошками, смотря по вине». Противодействие и наказание за указанные выше рыночные антиконкурентные действия, монопольные соглашения и препятствия свободной купле-продаже товаров вменялось в обязанность должностным лицам – офицерам Полицмейстерской Канцелярии[7].

В дальнейшем, как уже отмечалось, практически каждый монарх издавал нормативные правовые акты, направленные на противодействие монополистическим действиям, подобным указанным выше. Такие акты касались либо Российской империи в целом, либо предусматривали особые меры для столичных городов – Санкт-Петербурга, Москвы и/или в отношении отдельных видов товаров – хлеба, соли, леса, рогатого скота под убой на мясо и др., либо распространяли эти особые меры на некоторые отдельные российские регионы. Среди таких актов интересно отметить Именной данный Сенату Указ Екатерины II от 18 октября 1784 г. «Об учреждении запасных хлебных магазинов в Выборгской Губернии». В нем впервые, насколько известно, в российском законодательстве встречается понятие монополии. Этот Указ был направлен на обеспечение возможности населения Выборгской губернии закупать для своих нужд хлеб по доступным ценам. Среди прочего в данном Указе определялось: «…но понеже сии средства не могут быть достаточны к обезпечению пропитания народнаго, ежели будут дейстствать вредные перекупы и монополии и если для земледельцев не будет отверзт путь произрастения их (т.е. их выращенные продукты. – Примеч. авт.) продавать с надлежащею свободою: для того Комендантам и Городничим по городам, Земским же исправникам по уездам наблюдать, дабы покупка всякого рода хлеба производима была в надлежащем порядке, не дозволяя перекупать оптом для продажи, потом дорогими ценами»[8]. Как видно, контроль за монополистическими перекупами и противодействие им согласно данному указу возлагаются: в городах – на Комендантов и Городничих, в уездах – на Земских исправников.

Для формирования системы противодействия монополистическим спекулятивным соглашениям и иным антиконкурентным действиям в России важное значение имело появление соответствующих антимонопольных мер в Уставах благочиния, которые были разработаны и приняты в царствование императрицы Екатерины II. 8 апреля 1782 г. Екатериной был издан Указ Сенату, утверждающий Устав Благочиния или Полицейский, который упорядочивал систему государственного управления в городах, «дабы сохранены были благочиние, добронравие и порядок, чтоб предписание законами полезное повсюду в городе исполняемо и сохраняемо было». Все эти цели в совокупности объединялись в одной под названием сохранение благочиния. Согласно Указув каждом городе благочиние поручалось «единому месту, которое в каждом городе учреждалось под названием: Управа Благочиния или Полицейская». В Управе Благочиния заседал Городничий и Пристав уголовных дел, а также Пристав гражданских дел и два Ратмана. Управе Благочиния предписывалось, во-первых, «иметь бдение, дабы в городе сохранены были благочиние, добронравие и порядок; второе, чтоб предписание законами полезное повсюду в городе исполняемо и сохраняемо было; в случае же нарушения оных Управа Благочиния по состоянию дела, несмотря ни на какое лице, всякого должна была приводить к исполнению предписанного законами, и третье, Управа Благочиния одна в городе имела право приводить в действие повеления Правления, решения Палат и прочих Судов, и чинить отказы домов и мест в городе, предместье и на городских землях. По делам, до Полиции или Благочиния городового касающихся, и по делам о мостах, улицах и дорогах, Управа Благочиния состояла прямо под повелением Губернского Правления». Управа Благочиния не имела «определенного в году времени для заседания, но во всякое время собиралась в городе, когда сведала, что непорядок учинился». В том числе Управа Благочиния должна была обеспечивать ценовую доступность для потребления продуктов продовольствия. Для этих целей среди прочего Управа Благочиния должна была иметь сведение о торговых ценах в городе всякого рода хлеба и харча, и о сем до пришествия каждого месяца делать записку и вносить в особливую на то книгу, дабы всегда по ней справиться можно было, по какой цене в которое время в году хлеб состоял. Управа Благочиния также должна была иметь прилежное смотрение, чтоб в городе «везде меры и весы были верныя, исправныя и заклейменныя, за лживые же чинить взыскание по законам». Пунктом 231 Устава Благочиния подтверждалось «запрещение учинить уголовного преступления противу общей народной торговли», в том числе Перекуп товара (т.е. подтверждался существовавший уголовный запрет указанных действий. – Примеч. авт.). Учинившего перекуп товара согласно пункту 273 Устава Благочиния надлежало отослать к Суду.

В Уставе Благочиния подробно расписывался административный порядок рассмотрения Управой Благочиния различных дел, связанных с нарушением действовавших норм российского законодательства, как установленных Уставом Благочиния, так и иными актами, в том числе преступлений, заключавшихся в запрещенном Перекупе товара. Помимо вышеуказанных норм о составе Управы благочиния и ее целях и функциях, Устав Благочиния также указывал в п. 38 следующее: «Буде в городе явится дело такого рода, что многое число людей допросить надлежит из одной или разных частей города (или кварталов), то Управа Благочиния допросы в каждой части (или квартале учинить велит через Частного Пристава (или Квартального Надзирателя), либо назначит единаго Частного Пристава, для изследования всех обстоятельств на месте, и по зрелому и точному рассмотрению всех обстоятельств на месте, предложит в Управе Благочиния, которая вследствие ей предписанного поступать имеет». Далее в п. 39 указывались права и порядок обжалования действий указанных чиновников: «…буде кто Управы Благочиния исполнением по повелению или решению верхнего какого места не доволен, и доказать может, что Управа Благочиния незаконно поступила, тот должен просить в четыренедельный срок в том верхнем месте той Губернии, от которого повеление или решение для исполнения в Управе Благочиния получено. Буде же дело началось по прошению Стряпчего или по усмотрению самого Городничего, или Частного Пристава, или по прошению или объявлению истца, и потом кто бы решением Управы Благочиния недоволен был, тот о своем неудовольствии да объявит Управе Благочиния, и в четыренедельный срок просить может законным порядком в Столице в Нижнем Надворном Суде или в Уездном Суде, в иных же городах в Уездном Суде, где же онаго нет, в Городском Магистрате или в Нижней Расправе: но сие прошение не есть апелляция или перенос, но просителю дается право избрать, где быть судиму, и тогда Управа Благочиния обязана учиненное ею по тому делу послать в то место, которое избрал, и буде кто по оному делу под стражею содержится, или чем ополичен, то и таковаго с оным делом отошлет в то же место».

Помимо сведений о судебных и административных органах, уполномоченных рассматривать дела о перекупах, запрещенных различными актами российских монархов, Устав Благочиния содержит ценное указание о квалификации перекупов – спекулятивных монополистических действий в качестве уголовных преступлений (п. 231 Устава Благочиния).

В процессе кодификационной и консолидационной работы Комиссии М.М. Сперанского по подготовке Полного собрания законов Российской империи и Свода законов Российской империи, которая проходила в первой половине XIX в., разбросанные по российскому законодательству антимонопольные нормы, направленные против различных проявлений монополистических действий спекулятивного характера, были консолидированы и заняли свое законное место в Своде законов Российской империи. Напомним, что если Полное собрание законов Российской империи представляет собой хронологический свод всех известных актов верховной власти России, начиная от Соборного уложения 1649 г., то Свод законов представляет собой кодификацию всех норм российского права, целью которой было систематизировать все эти нормы посредством разделения их всех по предмету и исключить дублирующие друг друга или не действующие к этому времени нормы. В первом издании Свода законов 1832 г. (как известно, впоследствии Свод законов неоднократно переиздавался, включая нормы новых законов, изданных после первого издания Свода) различные нормы русского права против монопольных вязок и согласий, сговоров и иных форм перекупа, а также иных антиконкурентных действий, осуществляемых на продовольственных рынках в целях монопольной наживы, были кодифицированы в Своде Устава о обезпечении народнаго продовольствия[9]. Согласно ст. 1 Устава об обеспечении народного продовольствия попечение о народном продовольствии в Государстве возлагалось в целом по России на Министерство внутренних дел по Хозяйственному департаменту, а в губерниях и областях – «на Главных начальников оных». Устав содержит различные механизмы, направленные на обеспечение народного продовольствия, в том числе меры борьбы с дороговизной. Среди этих механизмов и меры, направленные против искусственного ценообразования, связанного с монополистическими перекупами и иными антиконкуретными действиями. Ряд непосредственно антимонопольных норм был кодифицирован в Отделении втором («Об учреждении Торжков и устройстве рынков») главы второй («О свободном привозе жизненных припасов в города, и о порядке продажи оных») раздела третьего («О обезпечении продовольствия в городах») Устава. Согласно п. 404 указанного Отделения второго главы второй раздела первого Устава, «строго запрещалось промышленникам (производителям продукции. – Примеч. авт.) производить с продавцами сделки, стачки и всякия другия соглашения к возвышению цен на предметы продовольствия; обличенные в сем отсылаются к суду, для поступления по законам». Пункт 410 обязывал местных полицейских чиновников посещать рынки, и «когда услышат или усмотрят скудость в съестных припасах, худобу или дороговизну: то, буде сами сего отвратить не могут, немедленно доносят о том по Начальству». Также согласно п. 406 магистрат и полиция обязаны были узнавать продажныя цены предметов продовольствия как на торжках, так и в лавках, и представлять о том ежемесячные записки губернскому начальству.

И в позднейших редакциях Устава об обеспечении народного продовольствия этот запрет на монопольные соглашения сохранился. Так, согласно п. 121 указанного Устава, помещенного в издание Свода законов Российской империи издания 1892 г., «строго запрещалось торговцам или промышленникам производить стачки, сделки или другие соглашения для возвышения цены на предметы продовольствия или для непомернаго понижения сей цены в намерении стеснить действия привозящих или доставляющих сии товары, а через то препятствовать и дальнейшему в большем количестве привозу оных». С принятием в 1845 г. Уложения о наказаниях аналогичные запреты появились и там. Кроме того, помимо уголовной ответственности за монополистическую деятельность в сфере торговли продовольственными товарами, Уложение так же устанавливало уголовную ответственность и за некоторые другие антиконкурентные действия. Итак, рассмотрим антимонопольные нормы, установленные в Уложении о наказаниях 1845 г.

Еще при М.М. Сперанском (год кончины – 1837 г.) в целях упорядочения и усовершенствования уголовного законодательства была начата работа над Уложением о наказаниях, которое и было принято в 1845 г. Некоторые статьи данного Уложения устанавливали запреты на определенные монополистические действия и ответственность за них. Ряд антимонопольных статей содержался в Отделении II («О противозаконных действиях для перекупа и непомернаго возвышения или понижения цен на жизненные припасы») Главы II («О нарушении постановлений для обезпечения народнаго продовольствия») Раздела VIII («О преступлениях и проступках против общественнаго благоустройства и благочиния») Уложения о наказаниях 1845 г.[10].

Статья 1130 вышеуказанного Отделения II устанавливала уголовную ответственность за оптовый скуп предметов продовольствия на торгах прежде установленнаго на то времени. За указанные действия виновные подвергались, смотря по важности произошедших от того вредных последствий и другим обстоятельствам, более или менее увеличивающим или уменьшающим вину их:

  • или денежному взысканию от 50 до 500 рублей;
  • или аресту на время от трех недель до трех месяцев.

Сверх того, неправильно скупленный товар отбирался и «треть вырученных от продажи онаго денег обращалась в пользу местнаго Приказа Общественнаго Призрения, а две остальные в пользу доносителя, хотя бы донос сделан был и лицем, употребляемым от правительства для открытия сих злоупотреблений».

За стачку, сделку или другое соглашение торгующих к возвышению цен на предметы продовольствия, виновные подвергались «наказаниям и взысканиям, определенным в статье 1615 сего Уложения».

Статья 1131 устанавливала ответственность производящих торговлю предметами продовольствия, на которые устанавливалась такса.

Статья 1132 признавала виновными лиц, обязанных по закону иметь попечение об отвращении недостатка в предметах продовольствия, или доносить о замеченном ими недостатке начальству, но не исполнивших указанных обязанностей.

Ряд антимонопольных запретов содержался также в Главе XIII («О нарушении Уставов Торговых») в Отделении II («О нарушении правил о производстве торговли»).

Следует обратить внимание на ст. 1615, устанавливавшую ответственность за «стачку торговцев или промышленников для возвышения цены не только предметов продовольствия, но и других необходимой потребности товаров, или для непомернаго понижения сей цены, в намерении стеснить действия привозящих или доставляющих сии товары, а через то препятствовать и дальнейшему в большем количестве привозу оных».

Статья устанавливала наказания для участников таких соглашений в виде штрафов и сроков лишения свободы. При этом более суровая ответственность предусматривалась за случаи, если от такой стачки (сговора. – Примеч. авт.) происходил действительный недостаток в товарах первой необходимости и он становился поводом к нарушению общественнаго спокойствия.

Статья 1616 устанавливала ответственность за «сокрытие продавцами жизненных припасов или прекращение без особой законной причины продажи этих припасов». Статья не указывает побуждающий к таким незаконным действиям мотив преступников. Очевидно, мотивом являлось желание создать искусственный дефицит на рынке для поднятия цен на товары и получения монопольных сверхприбылей.

Несколько отличный по содержанию от предыдущих норм состав содержала ст. 1619 Уголовного уложения. Она признавала виновными лиц, которые, при продаже «недвижимаго или движимаго имущества с публичнаго торга, или при торгах на подряды и поставки или откупы, склоняли других, подарками, обещаниями или иным образом, не участвовать в сих торгах».

Еще одна проконкурентная статья содержалась в той же Главе XIII («О нарушении Уставов Торговых») в Отделении VII («О нарушении обязанностей Маклерами, Биржевыми Маклерами, Гоф-Маклерами, Биржевыми Нотариусами, Корабельными Маклерами, Биржевыми Аукционистами и Диспашерами»). Статья 1764 данного Отделения II устанавливала уголовную ответственность биржевого аукциониста за «стачку с одним или несколькими покупателями с аукциона для устранения других покупателей, за продажу без торга чего-либо из назначеннаго в продажу с аукциона, за другия потворства в пользу одних покупателей и к убытку других, или тех, кои вещи продаются, а равно и за недонесение о известной ему стачке между покупателями».

В редакции Уложения о наказаниях 1865 г. нумерация ряда статей, в том числе проконкурентного, антимонопольного содержания изменилась. Так, бывшая ст. 1130, предусматривавшая ответственность за оптовый скуп предметов продовольствия на торгах прежде установленнаго на то времени, а также за стачку, сделку или другое соглашение торгующих к возвышению цен на предметы продовольствия, стала нумероваться ст. 913. Статья 1615, устанавливавшая ответственность за «стачку торговцев или промышленников для возвышения цены... необходимой потребности товаров или для непомерного понижения сей цены, в намерении стеснить действия привозящих или доставляющих сии товары, а через то препятствовать и дальнейшему в большем количестве привозу оных», стала в новой редакции Уложения ст. 1180. В свою очередь ст. 1619, устанавливавшая уголовную ответственность для лиц, которые «при продаже недвижимаго или движимаго имущества с публичнаго торга, или при торгах на подряды и поставки или откупы склоняли других, подарками, обещаниями или иным образом, не участвовать в сих торгах», стала ст. 1181. С такой нумерацией эти статьи Уложения о наказаниях сохранились до самого конца законного государственного строя Российской империи.

Отечественная система противодействия спекулятивным монополиям не ограничивалась в тот период уголовно-правовыми запретами и санкциями. Свод законов Российской империи содержал также ряд гражданско-правовых механизмов, установленных в Своде законов гражданских, позволявших сделать эту систему еще более эффективной и полной. Согласно ст. 1528 и 1529 Свода законов гражданских договоры, цель которых признавалась противной законам, благочинию и добрым нравам, признавались недействительными. Следовательно, запрещенные уголовным законом картельные, монопольные соглашения были также вне гражданско-правовой защиты, признавались недействительными, и следовательно, не порождавшими правовых последствий. С такой системой антимонопольных механизмов России подошла ко второй половине XIX в., когда эпоха промышленной революции потребовала новых усилий и качественного изменения антимонопольных механизмов для решения возникших проблем экономической жизни, связанных с появлением монополий нового типа, их количественным распространением на рынках и усилением их влияния в экономической и даже политической жизни.

Поможем в написании учебной работы
Поможем с курсовой, контрольной, дипломной, рефератом, отчетом по практике, научно-исследовательской и любой другой работой
<== предыдущая лекция | следующая лекция ==>
 | Развитие антимонопольного регулирования в России на рубеже XIX–XX вв

Дата добавления: 2013-12-13; Просмотров: 794; Нарушение авторских прав?;


Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет



ПОИСК ПО САЙТУ:


Читайте также:
studopedia.su - Студопедия (2013 - 2022) год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! Последнее добавление




Генерация страницы за: 0.034 сек.