Студопедия

КАТЕГОРИИ:


Архитектура-(3434)Астрономия-(809)Биология-(7483)Биотехнологии-(1457)Военное дело-(14632)Высокие технологии-(1363)География-(913)Геология-(1438)Государство-(451)Демография-(1065)Дом-(47672)Журналистика и СМИ-(912)Изобретательство-(14524)Иностранные языки-(4268)Информатика-(17799)Искусство-(1338)История-(13644)Компьютеры-(11121)Косметика-(55)Кулинария-(373)Культура-(8427)Лингвистика-(374)Литература-(1642)Маркетинг-(23702)Математика-(16968)Машиностроение-(1700)Медицина-(12668)Менеджмент-(24684)Механика-(15423)Науковедение-(506)Образование-(11852)Охрана труда-(3308)Педагогика-(5571)Полиграфия-(1312)Политика-(7869)Право-(5454)Приборостроение-(1369)Программирование-(2801)Производство-(97182)Промышленность-(8706)Психология-(18388)Религия-(3217)Связь-(10668)Сельское хозяйство-(299)Социология-(6455)Спорт-(42831)Строительство-(4793)Торговля-(5050)Транспорт-(2929)Туризм-(1568)Физика-(3942)Философия-(17015)Финансы-(26596)Химия-(22929)Экология-(12095)Экономика-(9961)Электроника-(8441)Электротехника-(4623)Энергетика-(12629)Юриспруденция-(1492)Ядерная техника-(1748)

ПА-ДЕ-ДЕ 1 страница




XIX

Январь 1935 —…

Это я создал Гуверу репутацию бесстрашного стража закона. И он не заслуживает этой репутации… Это я создал этого сукина сына.

Элвин Карпис

Карпис вел «понтиак» по направлению к дамбе Атлантик-Сити, ожидая встретить там засаду. Вместо нее он увидел только припаркованную на обочине машину с полицейскими. Когда бандиты приблизились, Кэмпбелл навел на копов автомат. Однако полицейские или не заметили их, или оробели — во всяком случае, пропустили. Перебравшись через дамбу, Карпис свернул на проселочную дорогу, потом некоторое время ехал по железнодорожному полотну, пока не нашел поляну, где можно было передохнуть. Голодные и дрожащие, они сидели там до самой темноты.

Ночью пошел дождь. Бандиты выбрались на шоссе. Постов не было видно, и они поехали на восток, не останавливаясь, пока не добрались до бензоколонки в Камдене. Карпису показалось, что служитель узнал его, но тот ничего не сказал и только сунул им карту дорог. Дождь перешел в мокрый снег. Бандиты пересекли границу Пенсильвании и здесь стали присматривать новую машину.

Миновав Квакерстон, Карпис заметил «плимут» и просигналил, чтобы водитель остановился. За рулем машины был 31-летний психиатр из Филадельфии Хорас Хансикер. Он послушался и затормозил у обочины. Карпис вышел из машины, продемонстрировал доктору свой автомат и сел к нему на заднее сиденье. Кэмпбелл занял место рядом с водителем и велел Хансикеру ехать вперед. Снег валил уже хлопьями. Перепуганный доктор Хансикер вел «плимут» на запад через Пенсильванию. Они ехали всю ночь и весь следующий день, в основном по скользким проселочным дорогам, и останавливались только затем, чтобы залить бензин. Хансикер был так напугай, что даже не пытался бежать на бензоколонках. Карпис и Кэмпбелл почти ничего не говорили, только отпускали замечания о состоянии дорог. Машина въехала в Огайо по проселочной дороге и в половине десятого вечера остановилась в городке Гилфорд-Центр, неподалеку от Акрона. Здесь Хансикера отвели на заброшенную ферму и привязали к батарее с помощью пижамы. Когда бандиты уехали, Хансикер двадцать минут развязывал узлы и потом, освободившись, пошел к соседней ферме. Через час полиция объявила тревогу и передала всем постам номер угнанной машины.

Беглецы ехали дальше на запад. Они миновали Толедо и затем повернули на север, в Мичиган. Не доезжая до Детройта, они остановились на бензозаправке в городе Монро, и Карпис позвонил в свое старое убежище — толедский «Казино-клуб». Он поговорил с приятелем по имени Кули Монро. Тот подъехал около половины третьего ночи. Карпис и Кэмпбелл, подняв воротники и низко надвинув шляпы, побросали все оружие на заднее сиденье новой машины. Старую бросили, не выключив фары и двигатель: пусть полиция думает, что они направляются в Канаду. Бандиты приехали в «Казино-клуб», но хозяин заведения Берт Энгус отказался их принять: он не хотел из-за них подставляться. _ [462]В конце концов Карпис отыскал своего старого покровителя Джо Роско, и тот устроил им убежище почти в центре города, в борделе Эдит Бэрри.



ФБР наступало им на пятки. Полиция нашла брошенную машину утром, в 5 часов 30 минут, и через четыре часа выяснила, кто ее угнал. Но еще до того, как была найдена машина, агенты догадались, что Карпис держит путь в свои старые места — в Кливленд и Толедо. «Летающая группа» ФБР была в этот момент рассредоточена между Чикаго и Флоридой, и Коннелли мог направить по следу только двух человек. Кливлендское и Детройтское отделения бюро тоже не располагали людьми для поисков Карписа и поэтому смогли только установить наблюдение и прослушивать телефонные разговоры в «Гарвард-клубе» в Кливленде, в «Казино-клубе» в Толедо, а также в доме Джо Роско. Через несколько дней информатор подтвердил, что Карпис вернулся в Толедо.

Начальник отделения ФБР в Детройте Уильям Ларсон запросил подкрепление. Гувер потребовал четких доказательств того, что Карпис находится в этом регионе. У Ларсона оказались довольно сырые сведения, ничего конкретного, но все же в ночь на 1 февраля в город прибыл Коннелли, чтобы возглавить захват дома Берта Энгуса. Однако никаких следов Карписа там не оказалось. Тон служебных записок, написанных в последующие дни, показывает, что оптимизм Гувера относительно поимки Карписа понемногу сходил на нет. В конце концов, это был последний серьезный преступник из числа тех, с кем велась Война, который еще оставался на свободе. Один раз он уже попался полиции в Атлантик-Сити, и его задержание представлялось Гуверу только вопросом времени.

Карпис тем временем был надежно спрятан в верхних комнатах борделя Эдит Бэрри. Он избежал сетей ФБР, но при этом понял, что мир вокруг него неузнаваемо изменился.

 

Убийство Фреда и Мамаши Баркер означало конец активной фазы Войны с преступностью и потому давало стране возможность оценить проведенную ФБР работу. После всего, что сделало бюро, можно было ожидать, что «людей правительства» провозгласят национальными героями. Однако этого не произошло, по крайней мере тогда. Вся слава в ту зиму досталась одному человеку — Мэлвину Пёрвису. Но о его шатком положении в бюро широкая публика не знала. Опрос, проведенный одним из журналов, показал, что в это время Пёрвис занимал седьмое место среди самых уважаемых людей в стране.

Скорее всего, это злило Гувера, но возможности изменить такое положение вещей у него пока не было. Историки всегда высоко оценивали работу хваленых фэбээровских специалистов по связям с общественностью, которые в середине 1930-х годов способствовали появлению массы комиксов, газетных статей и книг, но зимой 1935 года эта работа еще только начиналась. Во время Войны с преступностью Гувер на удивление мало уделял внимания пропаганде. Решение заняться популяризацией ФБР на самом деле принял не Гувер, а Гомер Каммингс. В августе 1933 года Каммингс, пытаясь довести до сведения публики информацию о предпринятых усилиях по борьбе с преступностью, встретился с вашингтонским колумнистом Дрю Пирсоном и спросил у него совета, как лучше всего поступить. Пирсон и его коллеги предложили разрекламировать именно ФБР, и Каммингс нанял для этого бруклинского газетчика Генри Сайдема. Сайдем, в свою очередь, привлек Кортни Купера, журналиста с ярким стилем, мастера криминального жанра. С конца 1933 года Купер опубликовал в журнале «Америкэн мэгазин» серию из шестнадцати статей, в которых Гувер предстал центральной фигурой Войны с преступностью. В одной из этих статей о директоре ФБР говорилось как о «великом мастере сыска, который не подходит под привычный нам образ сыщика». Гуверу статьи Купера настолько понравились, что он стал писать вместе с этим журналистом книгу. Куперу выделили собственный стол в центральном офисе ФБР и предоставили возможность беседовать с любыми агентами и читать любые написанные ими документы.

И все-таки легенду о «людях правительства» создал не Гувер и даже не Кортни Купер. Ее создал Голливуд. Уже через несколько дней после убийства Баркеров до Гувера дошли слухи, что на студии «Уорнер бразерс» пишется сценарий под названием «Люди правительства». В анонсах эту картину рекламировали как «первую великую историю людей, которые вели войну Америки с преступностью». И Гуверу, и Каммингсу эта идея не особенно понравилась. Каммингс даже публично опроверг заявление студии, что фильм отражает официальную точку зрения на Войну с преступностью. В ФБР обсуждали, стоит ли соглашаться, чтобы их называли «людьми правительства», но в конце концов согласились. _ [463]

Книга Кортни Купера о Войне с преступностью «Десять тысяч врагов общества» _ [464]уже готовилась к публикации, когда в апреле 1935 года в сопровождении массированной рекламной кампании вышел фильм «Люди правительства». В главной роли молодого агента ФБР снялся Джимми Кэгни. Его герой сражался с бандой злодеев-похитителей, чьи образы были срисованы с Диллинджера, Флойда и Нельсона. Фильм имел триумфальный успех. Всего за несколько дней он сделал то, чего не смогли сделать действительные события: превратил Гувера в общенациональный символ — в главу тех сил, которые борются с преступностью. Фильм стал настолько популярен, что до конца года вслед за ним появилось еще семь лент о деятельности ФБР: начиная с «Героя общества № 1» и до «Стреляйте в них!». Все сомнения Гувера по поводу того, стоило ли отдавать на откуп Голливуду работу по созданию своего имиджа, отпали.

Он постоянно давал интервью и даже позировал для фотокорреспондентов вместе с Пэтом О'Брайеном, игравшим одну из главных ролей в фильме «Жена врага общества». В офисы бюро шли потоки писем от восторженных поклонников. Нежданно-негаданно Гувер и ФБР стали олицетворением правосудия и сильной власти.

Книга «Десять тысяч врагов общества» появилась на гребне этой волны и сразу попала в список бестселлеров. В ней гуверовская версия Войны с преступностью была представлена в виде целостного рассказа, а славные ребята из ФБР оказались полными антиподами бандитов, с которыми они боролись. За всей этой шумихой совершенно забыли о непосредственном начальнике Гувера — Гомере Каммингсе, который и инициировал Войну. Историк Ричард Пауэрс заметил, что «после 1935 года министр юстиции перестал в глазах публики ассоциироваться с федеральными правоохранительными органами. Голливуд сделал то, на что никогда не осмелился бы сам Гувер и чему не мог помешать Каммингс: превратил главного „человека правительства“ в звезду, а его непосредственного руководителя — в ничтожество, которому нет места на экране». _ [465]

Однако Каммингс, по крайней мере, сохранил свое рабочее место, чем не мог похвастаться Мэлвин Пёрвис. Начальник Чикагского отделения ушел в отставку в июне того же года, не выдержав притеснений со стороны Гувера и его помощников. Прославленный национальный герой написал книгу «Американский агент», которая была опубликована в 1936 году. В этом популярном изложении истории ФБР и Войны с преступностью сознательно ни разу не упоминаются ни Гувер, ни Коули. В ответ Гувер объявил Пёрвиса персоной нон-грата и принялся собирать компрометирующие его слухи. Со временем личное дело Пёрвиса в архиве ФБР по объему стало похоже на дела тех преступников, на которых он охотился.

Повышение значимости бюро на волне борьбы с «врагами общества» было в целом с одобрением встречено прессой. Протестовала только горстка либеральных печатных органов. В ноябре 1934 года журнал «Харперс» _ {98}в статье под названием «Американская общенациональная полиция: опасности сдерживания преступности силами федералов» задавался вопросом: «Сколько людей сейчас знают о существовании общенациональных полицейских сил? И если знают, то насколько они понимают, что это означает?» Затем журнал цитировал документ, в котором конгресс наделял новые правоохранительные органы широкими полномочиями (этот документ был принят на пике диллинджеровской истерии), и добавлял: «Как бы яростно ни поддерживала все это пропаганда, следует признать: никогда еще не принимался менее необходимый и более опасный закон». _ [466]«Харперс» беспокоила возможность злоупотреблений. Однако еще долгие десятилетия эту озабоченность не будет разделять никто из тех, к чьим голосам общество могло прислушаться.

 

Поиски Элвина Карписа той зимой шли медленно, потому что бюро не хватало кадров. Агенты из «Летающей группы» с утра до ночи готовили доказательства для суда над Доком Баркером и прочими членами банды. Другие сотрудники готовились к суду над Джонни Чейзом, которого арестовали на севере Калифорнии через месяц после смерти Малыша Нельсона, а также над Луисом Пикеттом и теми, кто укрывал Нельсона в Рино. Для того чтобы выследить остававшихся на свободе членов банды Баркеров, нужны были люди.

Но, несмотря на это, новости поступали одна за другой. 6 февраля 1935 года (через две недели после побега Карписа из Атлантик-Сити) в Сент-Луисе был арестован Волни Дэвис. Его посадили в самолет, следовавший чартерным рейсом в Чикаго. В Йорктауне (Иллинойс) самолет совершил посадку, чтобы заправиться горючим, и двое агентов, сопровождавшие Дэвиса, отправились в бар пить пиво и взяли с собой арестованного. Когда один из агентов отлучился, чтобы позвонить по телефону, Дэвис ударил второго фэбээровца пивной кружкой по голове, выпрыгнул в окно и сбежал. В тот же день в Канзасе после перестрелки были арестованы подруга Дэвиса Эдна Мюррей и еще один член баркеровской банды. Самого Дэвиса повторно задержали только 1 июня в Чикаго. _ [467]

Следующим оказался Гарри Сойер. Организатора похищений Хэмма и Бремера ФБР искало в Нью-Йорке. Фотография Сойера была помещена в еврейских газетах: фэбээровцы надеялись, что кто-нибудь из «этой нации» его выдаст (так было сказано в служебной записке). В конце концов Сойера арестовал патрульный полицейский на мотоцикле, причем не в Нью-Йорке, а в штате Миссисипи, в городке Пэсс-Крисчен на берегу Мексиканского залива. Патрульный заметил машину бандита, когда тот ехал по дамбе. Оказалось, что Сойер держал бар в бедном квартале этого городка. Его жену арестовали в кемпинге неподалеку. Сойер сдался без сопротивления и был препровожден в Сент-Пол для предъявления обвинений. Наконец три месяца спустя ФБР выследило последнего из членов баркеровской банды — Билла Уивера, который скрывался на ферме в северной части Флориды. Уивера арестовали, когда он кормил кур у себя во дворе.

Бандитов, оставшихся в живых, в течение всего 1935 года выводили на судебные процессы. В январе в Канзас-Сити судили устроителей бойни — Дэфи Фармера с компанией. Все они были признаны виновными, но приговоры оказались сравнительно мягкими. В том же месяце в Далласе предстали перед судом двадцать три человека, обвинявшиеся в укрывательстве Бонни и Клайда. Среди них были и члены семейств Бэрроу и Паркер. Всех, кроме одного, признали виновными и приговорили к различным срокам тюремного заключения. Три месяца спустя были казнены партнеры Клайда — Раймонд Гамильтон и Джо Палмер. В марте Делорес Делани и Вайнона Бёрдетт получили по пять лет тюрьмы за укрывательство Элвина Карписа и Гарри Кэмпбелла.

В марте в Чикаго начались суды по делу Диллинджера. Джонни Чейз получил пожизненный срок за убийство Сэма Коули и Эда Холлиса. Хелен Джиллис осудили на один год за укрывательство мужа. По той же статье два года тюрьмы получил Луис Пикетт. Его помощника Арта О'Лири осудили на год условно. Отдельный процесс над укрывателями Нельсона состоялся в Сан-Франциско. Там всем подсудимым, в том числе автомеханику Фрэнку Кочрэну, дали небольшие сроки. Перед судом Сент-Пола предстали похитители Хэмма и Бремера. Док Баркер, Гарри Сойер, Волни Дэвис и Билл Уивер получили пожизненные сроки. Отбывать наказание их отправили в новую федеральную «сверхтюрьму» на острове Алкатрас в заливе Сан-Франциско.

В июне судили закадычного приятеля Красавчика Флойда Адама Ричетти, обвинявшегося в участии в бойне в Канзас-Сити. _ [468]Как показывают архивные документы ФБР, это был чистой воды фарс. Все выжившие агенты — Фрэнк Смит, Рид Веттерли и Джо Лэки — дали в суде показания, что узнают Флойда и Верна Миллера в качестве нападавших, хотя ранее все они неоднократно говорили своим начальникам, что никого из бандитов опознать не могут. Лэки сделал еще один шаг вперед: опознал Ричетти. Защита проявила себя бесталанной. Ричетти был признан виновным и приговорен к смертной казни. 7 октября 1938 года в Джефферсон-Сити (Миссури) его казнили в газовой камере.

Так кто же были люди, стрелявшие вместе с Верном Миллером тем утром на вокзале? Историки спорят об этом уже семьдесят лет. Многие из них, включая биографа Флойда Майкла Уоллиса, приходят к выводу, что Флойд не участвовал в преступлении. _ [469]

Он почти наверняка участвовал. Проведенное мной исследование показывает, что три человека беседовали о бойне в Канзас-Сити с Флойдом и Миллером, до того как этих бандитов убили. Двое из трех свидетелей дали подробные и почти идентичные показания следователям ФБР — показания, которые бюро умышленно не представило на суде над Ричетти. Нет их и в архивных документах ФБР по этому делу: они положены в дела банды Баркеров. Это показания Волни Дэвиса и его подруги Эдны Мюррей: они говорили с Миллером через два дня после преступления в Канзас-Сити, когда он посетил их чикагскую квартиру. По словам Дэвиса и Мюррей, у которых не было никакого резона клеветать на Флойда, Миллер сказал, что его партнером был именно Флойд, а Ричетти с ними на вокзале не оказалось по самой простой причине: Ричетти с утра страдал тяжелым похмельем.

Нам известен только рассказ Флойда о происшедшем на вокзале «Юнион-стейшн» — и этот рассказ почти идентичен тому, что говорил Миллер. Источником наших сведений является не кто иной, как Элвин Карпис: он разговаривал о бойне с Флойдом, когда тот посетил его в Кливленде летом 1934 года. В неопубликованном интервью, которое Карпис дал своему биографу Биллу Тренту в 1970 году, он утверждает, что Флойд признал участие в бойне, но не сказал, был ли с ним при этом Ричетти.

 

Закончилась целая эпоха. Прежний бандитизм в Америке уже был невозможен хотя бы потому, что ФБР могло появиться где угодно. Кроме того, судебные процессы по обвинению в укрывательстве преступников сделали именно то, чего хотел Гувер: места, где налетчики находили убежища, постепенно исчезали. Сент-Пол перестал быть центром преступности. «Зеленый фонарь» закрылся. Чикагский преступный синдикат не хотел иметь ничего общего с налетчиками, потому что связи с ними навлекали опасность на самих мафиози. Луиса Черноцки уже не было в живых: он умер от инфаркта в сентябре 1934 года. Бандиты больше не могли найти приюта в Майами, Рино и Кливленде.

 

Никто не чувствовал ветер перемен так остро, как Элвин Карпис. Шагая из угла в угол в комнате толедского борделя, он пытался понять, как ему жить в этом новом мире. Он задумывался о новых ограблениях банков, но тут же говорил себе, что ему не найти партнеров. Никого из прежних грабителей не осталось. Ему было одиноко, ему сильно недоставало Фредди. Карпис проводил время за чтением газет и журналов: «Ридерз дайджест», «Тайм», «Филд энд стрим», «Сатердей ивнинг пост». Он прочитал о том, что Делорес родила сына в больнице в Филадельфии. Значит, теперь он стал отцом мальчика по имени Раймонд. Как писали в газетах, ребенка взяли к себе родители Делорес, а ее саму отправили отбывать пятилетний срок в тюрьму Милана (Мичиган). Там она оказалась в соседней камере с Кэтрин Келли.

Через несколько недель Карпис зашевелился. Толедская полиция все еще время от времени устраивала облавы в городе. Приятель Карписа по «Гарвард-клубу» Фредди Хантер — худой заика, любитель игры в очко — отыскал для него новое убежище. Карпис переехал в Янгстаун, в дом рабочего прокатного цеха по имени Клейтон Холл. Дом у работяги был такой маленький, что Карпису приходилось спать в одной комнате с хозяйским сыном-подростком. Деньги заканчивались, и тут Хантер предложил работу: ограбить инкассаторов, которые привозили зарплату рабочим янгстаунского завода по производству трубной стали в Уоррене. Сам Хантер на это дело пойти не мог: Уоррен был его родным городом, и он боялся, что его узнают.

Карпис съездил на разведку и понял: для грабежа, кроме него самого, нужны еще два человека. Если на дело пойдет Гарри Кэмпбелл, который по-прежнему оставался в Толедо, то надо найти только одного. Карпис и Кэмпбелл отправились в Талсу, чтобы подыскать партнера, но с ними опасались связываться. Карпис вернулся в Огайо и, не найдя никого лучше, подбил участвовать в ограблении наркомана Джо Рича, который сожительствовал с хозяйкой борделя в Кантоне. Карпис шутил, что в тот момент был готов взять в дело хоть его мадам.

Во второй половине дня 24 апреля 1935 года Карпис подъехал к железнодорожному вокзалу в Уоррене. Почтовый фургон уже был там и ждал прибытия поезда. Кэмпбелл и Джон Рич вышли из машины в длинных пальто, со спрятанными под ними автоматами. Карпис огляделся и подумал, что на пустой платформе они выглядят слишком подозрительно. По всей видимости, то же думал и начальник вокзала, который пристально их разглядывал. Кэмпбелл вернулся к машине, обеспокоенный.

— Слушай, ты понимаешь, что нам придется убить тут кучу народа, чтобы взять деньги? — спросил он Карписа.

Садясь в машину, тот вздохнул и ответил, что все будет в порядке. В этот момент перед самой машиной пробежал кот.

— Черный кот! — сказал Кэмпбелл.

— Да брось ты! — успокоил его Карпис. — У него грудка белая.

— А я тебе говорю, что кот был черный как уголь, — не согласился Кэмпбелл.

Карпис снова вздохнул: они собирались на свой первый грабеж за последний год, а спорили о черных котах. Раздался свисток: это подходил поезд. Бандиты проследили за тем, как курьеры переложили мешки с деньгами в почтовый фургон. Когда фургон тронулся с места, Карпис обогнал его. Он ехал перед фургоном несколько кварталов, пока тот не остановился у железнодорожного переезда. Тогда Кэмпбелл и Джо Рич выпрыгнули из машины с автоматами в руках. Шофер фургона, едва взглянув на них, тут же кинул пистолет на дорогу. Кэмпбелл и Рич сели в кабину, взяв водителя в заложники. Следуя за Карписом, они добрались до окраин Уоррена и заехали в гараж, который сняли незадолго до того. Их никто не преследовал, уйти удалось «чистыми». В фургоне оказалось именно то, что Карпис ожидал найти: джутовый мешок, набитый деньгами. Бандиты посчитали добычу на полу гаража, и получилось около 72 тысяч долларов. Джо Рич пришел в такой восторг, что тут же достал шприц, нацедил воды из радиатора, разболтал свой морфин и укололся. Через минуту он уже предлагал Карпису ограбить отделение Федеральной резервной системы в Кливленде. Бандиты без приключений добрались до Толедо, но и тут фортуна не покинула Карписа: на следующий день по подозрению в совершении этого ограбления арестовали двух местных гангстеров.

Теперь у Карписа и Кэмпбелла было полно денег. Целый месяц они валяли дурака в Толедо, выдавая себя за владельцев игорного бизнеса. Кэмпбелл, который обычно сначала действовал, а потом думал, как-то заплатил 10 долларов за ночь 18-летней проститутке, а через два дня сделал ей предложение. _ [470]Через месяц они поженились и стали жить в трейлере на заднем дворе дома тещи. Карпису же на месте не сиделось. Когда Кэмпбелл погряз в семейном счастье, он отправился путешествовать с Фредди Хантером. Они проехали через штат Нью-Йорк в Новую Англию и остановились в кемпинге далеко на севере — в штате Мэн. В Саратога-Спрингсе Карпису показалось, что его узнал некий человек на улице, и он был прав: известие о том, что в городе видели Карписа, появилось на следующий день в местных газетах. Однако к тому времени Карпис был уже в Огайо. Бандиты поехали дальше, миновали Сент-Луис и Талсу, но нигде не нашли старых друзей, которые были бы рады их видеть.

В июне они оказались в Хот-Спрингсе. Хантер хорошо знал этот курорт, потому что в 1929 году лечился здесь от гонореи. Карпису нравилась здешняя атмосфера — и не случайно. Какие бы изменения ни происходили в других городах, Хот-Спрингсом продолжали управлять все те же люди, что и в 1933 году. Через полгода после визита Карписа город будет принимать еще одного уголовного авторитета, прибывшего на отдых, — Чарльза Лучано по прозвищу Счастливчик. Именно здесь знаменитый мафиози будет искать убежища от экстрадиции в Нью-Йорк, где его дела расследовал Томас Дьюи. _ {99}Был какой-то высший смысл в том, что Карпис, последний из остававшихся на свободе «врагов общества», оказался в городе, где Война с преступностью когда-то и начиналась. Табачный магазин «Уайт фронт», в котором арестовали Фрэнка Нэша, никуда не делся, как и два казино — «Бельведер» и «Саутерн-клаб». Даже Дик Галатас находился в городе: он сидел в местной тюрьме, ожидая приговора за участие в бойне в Канзас-Сити. Коррумпированный офицер полиции Голландец Экерс, получивший 500 долларов за выдачу Нэша, по-прежнему занимал свое место. Почти каждый вечер его можно было увидеть в «Хэттери» — самом новом городском борделе, стоявшем рядом с башней отеля «Арлингтон», где раньше останавливался Аль Капоне.

Экерс пользовался особым расположением хозяйки «Хэттери» — 32-летней пухленькой дамочки с глазами акулы, по имени Грейс Голдстейн. Ее настоящее имя было Джуэл Лаверн Грейсон, и ее родители в Техасе думали, что она содержит шляпный магазин. Голдстейн недаром ублажала копов: они заправляли всем в городе. Но когда здесь появился Карпис, мадам, по ее словам, «из кожи вон лезла», чтобы ему понравиться. Видным мужчиной Карписа назвать было нельзя, но пачка банкнот в кармане в эпоху Депрессии делала любого мужчину мечтой шлюхи. Тем временем Фредди Хантер закрутил роман с одной из проституток в том же борделе, которую звали Конни Моррис. Это была совсем юная девчонка из Оклахомы, сбежавшая от родителей.

В июле Карпис и Хантер снова отправились в путешествие. Они миновали Техас и по берегу Мексиканского залива добрались до Флориды. Вернувшись в Хот-Спрингс в августе, бандиты неподалеку от города сняли коттеджи на озере Гамильтон. Они назвались владельцами игорного бизнеса Фредом Паркером (Хантер) и Эдом Кингом (Карпис). На озере они прекрасно отдохнули: купались и занимались рыбной ловлей. Карпис, в брюках цвета хаки и белой футболке, часами просиживал на берегу, поджидая, пока клюнет окунь. Вечера проводили в «Хэттери» или ходили в ресторан со своими подружками. В сентябре к ним присоединился Гарри Кэмпбелл, которому надоело жить на заднем дворе у тещи. Вкоре он уже крутил любовь с одной из подопечных Голдстейн. Вслед за Кэмпбеллом прибыл старый знакомец Карписа еще по Оклахоме — Сэм Кокер, условно-досрочно освобожденный из тюрьмы Макалистера. _ [471]В середине сентября Хантер поехал в Нью-Йорк, где присутствовал на боксерском поединке за звание чемпиона в тяжелом весе между Джо Луисом _ {100}и Максом Бэром.

На этом матче в числе девяноста тысяч зрителей был и Джон Эдгар Гувер. Совпадение знаменательное: пока Гувер выслушивал комплименты и посещал спортивные состязания, поиски Карписа почти совсем прекратились. Подтвержденных сведений о его появлении в каком-либо месте не поступало уже восемь месяцев — с тех самых пор, как он исчез из Толедо. Правда, офис ФБР в Оклахома-Сити время от времени разыскивал его в окрестностях Талсы, но серьезно этим никто не занимался. В августе, после судов над Доком Баркером и Ричетти, Эрл Коннелли обратил на это внимание помощника Гувера, и Эд Тэмм писал шефу 1 августа: «Мистер Коннелли, как и я, полагает, что отсутствие серьезных усилий по наблюдению за знакомыми членов банды Карписа в течение последних двух месяцев привело к тому, что эти люди позволили себе совершенно „расслабиться“». _ [472]Коннелли поручил четырем членам «Летающей группы» заняться исключительно делом Карписа, оставив все прочие, и сконцентрироваться на его поиске в Толедо и Чикаго. Услышав, что Карписа видели в борделе Эдит Бэрри, агенты сняли напротив этого заведения квартиру для наблюдения и установили подслушивающие устройства на телефоны.

Тем временем Карпис снова собрался на дело. В начале сентября вместе со своей бандой, в которой было уже три человека, он уехал с озера Гамильтон. Два дня бандиты развлекались в «Хэттери», а затем покинули Хот-Спрингс и отправились на север. Сразу после их отъезда Голландец Экерс созвал репортеров и объявил, что обнаружил на озере Гамильтон следы пребывания Карписа. Затем он позвонил в отделение ФБР в Литл-Роке и сообщил номера машин бандитов, а также имена, которыми те себя называли. Новость попала в газеты по всей стране. Это был хитроумный поступок: Экерс не только отводил от себя подозрения, но и получал почти полную гарантию того, что Карпис больше не вернется в Хот-Спрингс и, соответственно, не привлечет внимания властей к делишкам самого Экерса.

Однако для ФБР это донесение было только одним из множества неподтвержденных сообщений о том, что кто-то видел Карписа. Ложные сигналы тревоги за последнее время поступали из самых разных мест: из Грэнтс-Пэсса (Орегон), Сарасота-Спрингса, Атлантик-Сити, Далласа, Хьюстона, Чикаго, Нового Орлеана и чуть ли не половины городков штатов Оклахома и Миссури. Из Литл-Рока в Хот-Спрингс приехал агент Б. Л. Дэмрон. Он побеседовал с Экерсом, и тот особо подчеркнул, что сам он никогда этих преступников не видел. Дэмрон съездил на озеро и осмотрел домики. Там он нашел только три пузырька из-под лекарств от гонореи. Рецепты были выписаны на имя Фредди Хантера. Это имя ничего не говорило ФБР. После того как никто не опознал Карписа по фотографии, Дэмрон свернул расследование. _ [473]

Поскольку подозреваемые представлялись владельцами игорного бизнеса из Огайо, ФБР попросило кливлендскую полицию проверить эту информацию. Однако там никто никогда не слышал о Фреде Паркере и Эде Кинге. К сожалению, фэбээровцы не догадались спросить о Фредди Хантере. После этого люди Гувера отправили все добытые в Хот-Спрингсе сведения и вещи в архив и забыли о них.

 

Пьянство, развлечения с проститутками и ловля окуней были приятным времяпрепровождением, но не ради этого Карпис стал бандитом. В блаженные сентябрьские дни, сидя на берегу озера Гамильтон, он ловил себя на мысли, что хочет осуществить крупное дело, что-нибудь захватывающее, — такое, чтобы в крови забродил адреналин. Ему было скучно. Хантер предложил одну идею — ограбить почтовый поезд, который доставлял из Кливлендского отделения Федеральной резервной системы в Янгстаун зарплату для многочисленных на востоке Огайо металлургических заводов. Идея ограбления поезда заставила Карписа вспомнить историю: поезда грабил Джесси Джеймс, поезда грабил Буч Кэссиди. А теперь поезд ограбит Элвин Карпис.

Они поехали в Толедо и посетили бордель Эдит Бэрри всего через несколько дней после того, как ФБР сняло с него наблюдение и перестало прослушивать телефон. Узнав, что бюро что-то здесь вынюхивает, бандиты перебрались в дом рабочего-сталелитейщика Клейтона Холла на окраине Янгстауна. Карпис задумал ограбить поезд в Гарретсвилле, на севере города. ФБР внушало ему страх, и он решил, что пора быть наравне с современностью и уходить с места преступления на самолете. Хантер знал в городке Порт-Клинтон летчика Джона Зетцера, который когда-то возил запрещенный виски из Канады в северные районы Огайо. В настоящее время у Зетцера не было самолета, и Карпис купил ему красный четырехместный «Стинсон». Стоило это 1700 долларов. Зетцер стал одним из немногих новых людей, кого Карпис посвятил в свои планы. В самом ограблении должны были кроме него самого участвовать четверо: Хантер, Гарри Кэмпбелл, Сэм Кокер, а также старый налетчик Бен Грейсон. _ [474]Кроме них Карпис привлек еще и 21-летнего парня из Оклахомы по имени Милтон Летт, который раньше мыл полы в «Гарвард-клубе».





Дата добавления: 2015-05-06; Просмотров: 61; Нарушение авторских прав?;


Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет



ПОИСК ПО САЙТУ:





studopedia.su - Студопедия (2013 - 2017) год. Не является автором материалов, а предоставляет студентам возможность бесплатного обучения и использования! Последнее добавление ip: 23.20.129.162
Генерация страницы за: 0.013 сек.