Студопедия

КАТЕГОРИИ:


Архитектура-(3434)Астрономия-(809)Биология-(7483)Биотехнологии-(1457)Военное дело-(14632)Высокие технологии-(1363)География-(913)Геология-(1438)Государство-(451)Демография-(1065)Дом-(47672)Журналистика и СМИ-(912)Изобретательство-(14524)Иностранные языки-(4268)Информатика-(17799)Искусство-(1338)История-(13644)Компьютеры-(11121)Косметика-(55)Кулинария-(373)Культура-(8427)Лингвистика-(374)Литература-(1642)Маркетинг-(23702)Математика-(16968)Машиностроение-(1700)Медицина-(12668)Менеджмент-(24684)Механика-(15423)Науковедение-(506)Образование-(11852)Охрана труда-(3308)Педагогика-(5571)Полиграфия-(1312)Политика-(7869)Право-(5454)Приборостроение-(1369)Программирование-(2801)Производство-(97182)Промышленность-(8706)Психология-(18388)Религия-(3217)Связь-(10668)Сельское хозяйство-(299)Социология-(6455)Спорт-(42831)Строительство-(4793)Торговля-(5050)Транспорт-(2929)Туризм-(1568)Физика-(3942)Философия-(17015)Финансы-(26596)Химия-(22929)Экология-(12095)Экономика-(9961)Электроника-(8441)Электротехника-(4623)Энергетика-(12629)Юриспруденция-(1492)Ядерная техника-(1748)

I. АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ СЕМЕЙНОГО ПРАВА 1 страница




Читайте также:
  1. A). Consonants. 1 страница
  2. A). Consonants. 2 страница
  3. A). Consonants. 3 страница
  4. A). Consonants. 4 страница
  5. A. Материальные и духовные блага, по поводу которых субъекты гражданского права вступают между собой в правовые отношения
  6. AeroBusines 1 страница
  7. AeroBusines 2 страница
  8. AeroBusines 3 страница
  9. Annotation 1 страница
  10. Annotation 10 страница
  11. Annotation 11 страница
  12. Annotation 12 страница

 

1. Теоретические предпосылки семейного права

 

Теория государства и права как отрасль науки с течением времени подвергалась некоторым изменениям. Вместе с тем ряд выработанных ею позиций коррекции не подвергался. В их числе утверждение о том, что "теория государства и права является общетеоретическим центром в системе юридических наук" <1>. Развивая эту мысль, К.А. Мокичев писал: "...без выработки общих понятий и определений, без научно обоснованных ответов на вопросы, что такое право, правоотношение, субъект права и др., нельзя обойтись ни одной юридической науке" <2>.

--------------------------------

<1> Теория государства и права / Под ред. К.А. Мокичева. М., 1965. С. 32.

<2> Там же.

 

Солидарен с высказанной автором точкой зрения и А.И. Денисов: "Теория занимается проблемами, имеющими общее наиболее принципиальное значение. Она разрабатывает такие понятия, как право, правоотношение, юридическая ответственность и др., которые имеют общее значение для всех отраслевых юридических наук" <1>. Отсюда делается вывод о взаимном обогащении теории и отраслевых юридических наук <2>.

--------------------------------

<1> Теория государства и права / Под ред. А.И. Денисова. М., 1967. С. 10.

<2> Там же. С. 11.

 

Аналогичный взгляд нашел свое отражение и в более поздних работах: "Предметная, содержательная и понятийная взаимосвязь теории государства и права с отраслевыми науками не вызывает сомнений. По отношению к ним теория государства и права выступает как обобщающая синтезирующая наука" <1>. "Предмет любой отраслевой науки задан границами определенных общественных отношений, рамками соответствующей отрасли права" <2>. И далее: "...без выводов теории государства и права, общетеоретических научных категорий отраслевые науки обойтись не могут" <3>.

--------------------------------

<1> Теория государства и права / Под ред. А.В. Малько и др. М., 2000. С. 23.

<2> Там же.

<3> Там же. С. 24.

 

Тем не менее столь очевидные общетеоретические выводы, имеющие принципиальный характер, не находят своего отражения ни в общей теории, ни в конкретной отрасли права, и в частности семейного. Первая ограничивается констатацией не вызывающего сомнений факта, не отступая при этом ни на шаг от общетеоретических понятий, вторая "не смеет" вторгаться в сложную сферу теории государства и права. Однако существующий барьер можно и нужно преодолеть, во-первых, для того, чтобы связать общетеоретические постулаты с реальной действительностью, а во-вторых, ради укрепления правовых основ столь специфического правового поля, каким является сфера семейно-правового регулирования. Поэтому имеет смысл провести параллели между основополагающими общетеоретическими понятиями и их заимствованием в семейном праве, тем более что, по мнению А.И. Денисова, между общей теорией права и отраслевыми юридическими науками "нет отождествления" <1>. В качестве исходных, наиболее показательных имеет смысл взять такие термины, как правоспособность и дееспособность, субъективное право, правоотношение.



--------------------------------

<1> Теория государства и права / Под ред. А.И. Денисова. С. 10.

 

Правоспособность и дееспособность относятся к числу традиционных и общепринятых понятий. Правоспособностью называется способность стать и быть субъектом права <1>. "Правоспособность не есть особое право, а лишь условие для правообладания" <2>. По сути дела, так же понимается правоспособность и в более позднее время. Например, по мнению Е.А. Флейшиц, правоспособность есть признание за каждым гражданином способности иметь гражданские права и обязанности <3>. Такое определение правоспособности можно считать классическим, оно совпадает в общетеоретических работах, практически не имеет вариантов и со временем не меняется <4>. То же самое можно сказать и о дееспособности, понимаемой как способность своими действиями приобретать и осуществлять права, создавать обязанности и исполнять их. Бесспорный характер этих определений объясняет их включение в текст ГК РФ (ст. ст. 17, 21). Тем более что они носят абстрактный общетеоретический характер, а потому, касаясь различных индивидов, делают их формально равными, свидетельствуют о свободной возможности приобрести в согласии с общим масштабом и равной мерой правовой регуляции свое индивидуальное определенное право <5>. Однако, будучи абстрактными правовыми категориями, применяемыми в различных сферах действия конкретной отрасли права, как правоспособность, так и дееспособность имеют свое содержание, которое зависит от особенностей правового регулирования в каждой отрасли права <6>. Не случайно поэтому специалистами в области теории государства и права допускалась возможность существования семейной, брачной правоспособности <7>.

--------------------------------

<1> См.: Шершеневич Г.Ф. Общая теория права (по изданию 1910 - 1912 гг.). Т. 2. Вып. 2, 3, 4. М., 1995. С. 174.

<2> Там же.

<3> См.: Флейшиц Е.А. Соотношение правоспособности и субъективных прав // Вопросы общей теории советского права. М., 1960. С. 255.

<4> См.: Братусь С.Н. Субъекты гражданского права. М., 1950. С. 5 - 6; Юридический энциклопедический словарь / Под ред. А.Я. Сухарева. М., 1987. С. 459; Юридическая энциклопедия / Под общ. ред. Б.Н. Топорнина. М., 2001. С. 819; Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Части первой. Т. I. М., 2004. С. 64, 76.

<5> Теория права и государства / Под ред. Г.Н. Манова. М., 1996. С. 294.

<6> Теория государства и права / Под ред. К.А. Мокичева. М., 1965. С. 485.

<7> Теория государства и права / Под ред. А.В. Малько и др. С. 592.

 

Если обратиться к работам по семейному праву, то нетрудно заметить, что о брачной, брачно-семейной правоспособности либо вообще нет упоминаний, либо говорится вскользь <1>. Чаще всего в семейном праве правоспособность как способность стать обладателем того или иного права, предусмотренного семейным законодательством, не подвергается исследованию. Данное понятие присутствует в основном в рассуждениях относительно существования права на заключение, расторжение брака, права быть опекуном (попечителем), усыновителем, приемным родителем и проч.

--------------------------------

<1> См., например: Нечаева А.М. Правонарушения в сфере личных семейных отношений. М., 1991.

 

Так, А.И. Пергамент в статье "О правовом положении несовершеннолетних" <1> высказывает свои соображения относительно возникновения брачной правоспособности, которая зависит от возраста субъекта - участника семейных правоотношений <2>. По ее мнению, "в брачных правоотношениях речь может идти только о безусловном совпадении брачной дееспособности и правоспособности" <3>. И далее: супруги всегда обладают как правоспособностью, так и полной дееспособностью, и эти два понятия в семейном праве нераздельно связаны <4>.

--------------------------------

<1> См.: Ученые записки ВИЮН. Вып. 3. М., 1955. С. 3.

<2> См.: Там же. С. 21.

<3> Там же.

<4> Там же.

 

Обобщая сказанное, автор приходит к выводу: 1) разрыв во времени возникновения правоспособности несовершеннолетних и их дееспособности в основном имеет место лишь в имущественных правоотношениях, регулируемых гражданским правом; 2) как общее правило, в общественных отношениях, регулируемых, в частности, семейным правом, правоспособность возникает у несовершеннолетних одновременно с приобретением ими дееспособности. Таким образом, А.И. Пергамент не просто соглашается с фактом существования брачной (брачно-семейной) правоспособности, но и исследует некоторые ее особенности.

Е.М. Ворожейкин рассматривает в качестве одного из элементов брачно-семейной правоспособности способность супругов стать обладателями родительских прав и обязанностей <1>. Соображения автора на этот счет представляются актуальными и интересными, но предметом специального изучения в данной работе не являются.

--------------------------------

<1> См.: Ворожейкин Е.М. Право и семья // Советское государство и право. 1970. N 9. С. 64.

 

В.А. Рясенцев, рассматривая структуру и виды семейных правоотношений, останавливает свое внимание на семейной правоспособности и дееспособности: "Семейная правоспособность возникает, как и гражданская, с момента рождения, но с достижением определенного возраста семейная правоспособность расширяется" <1>. Так, по мнению автора, по общему правилу с момента совершеннолетия в составе семейной правоспособности появляется способность вступить в брак (брачная правоспособность), стать усыновителем, опекуном. Вместе с тем автор допускает ограничение такой правоспособности <2>.

--------------------------------

<1> Рясенцев В.А. Семейное право. М., 1971. С. 49; Советское семейное право / Под ред. В.А. Рясенцева. М., 1982. С. 46.

<2> Рясенцев В.А. Семейное право. С. 49.

 

Обращает внимание на семейную правоспособность и О.Ю. Косова. По ее справедливому мнению, в теории семейного права это понятие не раскрывается и разработано слабо. Пытаясь восполнить существующий пробел, автор определяет семейную правоспособность "как способность к обладанию субъективными семейными правами и обязанностями" <1>, как правовую абстракцию. Будучи правовым свойством любого физического лица, семейная правоспособность предполагает возможность стать потенциальным субъектом семейных правоотношений <2>. К сказанному добавляется, что юридические лица, государственные, муниципальные образования семейной правоспособностью не обладают. Что же касается семейной дееспособности, то она "представляет собой способность самостоятельно осуществлять субъективные семейные права и исполнять соответствующие правам другой стороны обязанности" <3>. Причем объем семейной дееспособности варьируется в зависимости от возраста лиц, не достигших совершеннолетия, и предполагает способность к осуществлению прав и выполнению обязанностей применительно только к отдельным типам семейно-правовых связей <4>.

--------------------------------

<1> Семейное и наследственное право России. М., 2001. С. 41.

<2> Там же.

<3> Там же.

<4> Там же. С. 42.

 

Отсюда следует вывод, что понятия правоспособности и дееспособности в семейном праве не выходят за рамки общепринятых представлений, совпадающих с общетеоретическими формулировками, но степень их абстракции меньшая. Они уже носят адресный характер, привязаны к конкретным правоотношениям. К тому же их понимание имеет конкретное содержание, определяемое особенностями прав и обязанностей по семейному законодательству. Несомненно, это и способность заключать брак, быть родителем в правовом смысле, а также лицом, желающим принять на себя родительские права и обязанности. И здесь между правоспособностью и дееспособностью существует сложная связь, опять-таки предопределяемая особенностями семейного права. В самых общих чертах эти особенности заключаются в том, что семейное право:

а) действует в строго очерченных рамках семьи;

б) по-своему автономно, т.е. далеко не всегда поведение членов семьи подвластно закону;

в) находится в неразрывной связи с нормами морали;

г) по утверждению Е.М. Ворожейкина, носит лично-доверительный характер;

д) сочетает в себе правила, составляющие особенности других отраслей права (гражданского, гражданско-процессуального, административного);

е) носит универсальный, т.е. общеупотребительный, характер; иначе говоря, нормами семейного права в течение своей жизни по общему правилу пользуется каждый человек;

ж) служит инструментом помощи, к которому прибегают, когда, например, нужно заключить, расторгнуть брак, принять на себя родительские права и обязанности;

з) служит средством воспитания, своеобразной моделью должного, одобряемого государством поведения в сфере семейных отношений.

Перечисленные особенности семейного права, несомненно, накладывают отпечаток на семейную правоспособность и дееспособность, предопределяют их своеобразие в конкретных семейных правоотношениях. Какое именно - это предмет специального скрупулезного анализа, заслуживающего внимания со стороны специалистов по семейному праву. Но в любом случае предпосылками такого исследования служат общетеоретические представления о правоспособности и дееспособности.

В теории права субъективное право понималось в принципе всегда одинаково, подтверждением чему служат многочисленные примеры. Так, по мнению Е.А. Флейшиц, субъективное право закрепляет за носителем права возможность определенного поведения, меру этого поведения <1>. В работе "Вопросы теории права" субъективное право трактуется авторами как мера дозволенного поведения. Весьма существенным добавлением к подобного рода определению служит понимание субъективного права как охраняемого государством вида и объема возможного поведения <2>.

--------------------------------

<1> См.: Флейшиц Е.А. Указ. соч. С. 258.

<2> См.: Иоффе О.С., Шаргородский М.Д. Вопросы теории права. М., 1961. С. 223.

 

С точки зрения известного теоретика права А.В. Мицкевича, "субъективное юридическое право - это признанная или предоставленная законом возможность того или иного поведения, причем возможность, защищенная законом и стоящим над ним государством" <1>; возникающая в пределах статусного права на основе конкретных юридических фактов мера возможного поведения управомоченного лица <2>. А субъект права, иначе говоря - обладатель субъективного права, находясь в центре правовой системы, рассматривается с общетеоретических позиций "как правовая воля, как совокупность (центр) правовых связей, отношений, как носитель правового сознания, как правовой деятель" <3>. Одновременно автор добавляет, что "число аспектов понимания субъекта права можно множить до бесконечности", он "способен постоянно прирастать новыми качествами" <4>. Однако понимание субъективного права с сугубо юридических позиций как обеспеченной законом меры дозволенного поведения гражданина, направленного на достижение целей, связанных с удовлетворением его интересов, осталось прежним <5>, ибо субъективное право есть "мера возможного поведения (мера свободы) лица, состоящего в правоотношении, дающая возможность самостоятельно совершать определенные действия и требовать определенного поведения от обязанных лиц" <6>. Вместе с тем субъективное право как юридическая категория предполагает возможность пользоваться определенным социальным благом <7>.

--------------------------------

<1> Теория права и государства / Под ред. Г.Н. Манова. С. 136.

<2> См.: Теория государства и права / Под ред. В.В. Лазарева, С.В. Липеня. М., 2000. С. 337.

<3> Архипов С.И. Субъект права в центре правовой системы // Государство и право. 2005. N 7. С. 21.

<4> Там же.

<5> См.: Додонов В.Н., Каминская Е.В., Румянцев О.Г. Словарь гражданского права. М., 1997. С. 240.

<6> Юридическая энциклопедия / Под общ. ред. Б.Н. Топорнина. М., 2001. С. 1053.

<7> См.: Теория права и государства / Под ред. Г.Н. Манова. С. 236. Заметим, что впервые о субъективном праве как социальном благе написал проф. М.С. Строгович в работе "Развитие прав личности в период развернутого строительства коммунизма" (сб. "Развитие прав граждан СССР и укрепление их охраны на современном этапе коммунистического строительства". Саратов, 1962).

 

Таково общетеоретическое понимание субъективного права, которым оперируют в том числе и специалисты в области семейного права, что не вызывает возражений. Тем не менее здесь необходимо учитывать особенности семейного права, сферы применения норм семейного права - будь то заключение, расторжение брака, осуществление родительских прав и обязанностей и проч. Причем надо сказать, что перечень субъективных прав участников семейных правоотношений нашел свое отражение в том или ином виде как в СК РФ, так и в работах учебного либо исследовательского плана <1>. В одних работах о них говорится косвенным образом, в других - прямо. В последнем случае авторы следуют тексту СК РФ, который регламентирует, в частности, вступление в брак, расторжение брака, права несовершеннолетних детей, их родителей, делая акцент именно на правах. Следовательно, общетеоретические признаки субъективного права (т.е. права субъекта семейных правоотношений) присутствуют в определении субъективных прав, предусмотренных семейным законодательством. И, само собой разумеется, подобного рода права при этом имеют разное конкретное содержание. Иначе говоря, понимание субъективных прав в общетеоретическом плане тождественно пониманию семейных прав как таковых. И опять-таки, их анализ с общетеоретических позиций представляет несомненный научный интерес для исследователя.

--------------------------------

<1> См., например: Пергамент А.И. Комментарий к Кодексу о браке и семье РСФСР. М., 1982. Гл. 8. С. 103 - 107; Ворожейкин Е.М. Указ. соч. Советское семейное право / Под ред. В.А. Рясенцева. С. 311; Нечаева А.М. Правонарушения в сфере личных семейных отношений. М., 1991. С. 19; Косова О.Ю. Семейное и наследственное право России. С. 79; и др.

 

В работах по теории права фигурирует в разном контексте и такое понятие, как правомочие, причем в отношении его отсутствует единство мнений. Одни рассматривают правомочие как нечто вытекающее из самого права <1>, другие - как термин, тождественный субъективному праву, т.е. как гарантированную государством возможность определенного поведения управомоченного лица <2>, третьи - как разновидность субъективного права <3>. В Юридической энциклопедии правомочие трактуется как мера возможного поведения лица, составляющая часть его субъективного права и позволяющая осуществлять определенные действия или требовать определенного поведения обязанного лица <4>. Что же касается семейно-правовых работ, то и здесь используется понятие правомочия. Так, Е.М. Ворожейкин отмечает: "Ведь родители по отношению к детям имеют и другие правомочия, которые в некотором отношении не менее важны, чем права на воспитание" <5>. И далее: "Защита прав и интересов несовершеннолетних детей - таково еще одно правомочие, принадлежащее родителям" <6>.

--------------------------------

<1> См.: Общая теория государства и права. Академический курс. Т. 2. М., 1998. С. 352.

<2> См.: Теория государства и права / Под ред. К.А. Мокичева. С. 392; Теория права и государства / Под ред. Г.Н. Манова. С. 236.

<3> См.: Явич Л.С. Проблемы правового регулирования советских общественных отношений. М., 1961. С. 117.

<4> См.: Юридическая энциклопедия / Под общ. ред. Б.Н. Топорнина. С. 814.

<5> Ворожейкин Е.М. Указ. соч. С. 186.

<6> Там же. С. 192.

 

На отсутствие четких границ между правами, связанными с воспитанием, и правомочием родителей по воспитанию ранее уже обращалось внимание <1>. Попытка выяснить, является ли право на воспитание совокупностью самостоятельных прав или это единое право, из которого вытекают соответствующие полномочия, привела к необходимости тщательного анализа права родителей на личное воспитание своих детей <2>. Отсюда позволителен вывод о том, что возможность воспитывать лично является скорее правомочием, а не правом. Существование такого правомочия влечет за собой также предоставленную законом возможность требовать возврата детей у лиц, удерживающих их у себя на основании закона или судебного решения. Другое родительское правомочие заключается в надзоре родителей за воспитанием своих несовершеннолетних детей. Кроме того, можно говорить не о праве родителей отдавать ребенка на воспитание в детское учреждение, а о правомочии соответствующего содержания. Из сказанного позволительно сделать следующий вывод:

--------------------------------

<1> Гражданско-правовое положение личности в СССР. М., 1975. С. 316.

<2> Там же. С. 192.

 

1) отсутствие ясности в трактовке терминов "субъективное право" и "правомочие" затрудняет их понимание применительно к сфере семейных правоотношений. Представляется, что правомочие все-таки есть возможность, вытекающая из самого права, которое фигурирует в законе, в данном случае в СК РФ;

2) существенные перемены в семейном законодательстве последних лет требуют пересмотра понятия правомочия, которое, несомненно, имеет право на существование. Причем данное понятие, его определение не может не находиться в общетеоретических рамках, естественно, с учетом особенностей современного семейного права. Такая исследовательская задача представляет не только научный интерес, но и имеет прямой выход на правоприменительную практику, связанную с защитой прав, предусмотренных семейным законодательством.

К традиционным понятиям относятся не только субъективные права, но и обязанности. Обязанность - мера должного поведения <1>. "Юридическая обязанность есть требуемые законом вид и объем должного поведения", - пишет К.А. Мокичев <2>. Или: "...субъективная юридическая обязанность состоит в должном поведении, соответствующем субъективному праву" <3>. "Обязанность - это мера необходимого поведения" <4>. Наконец, в Юридической энциклопедии юридическая обязанность понимается как мера должного поведения <5>. Таким образом, налицо идентичные суждения, в которых ведущим понятием является долженствование. Чтобы увидеть, совпадают ли они с пониманием обязанности по семейному праву, достаточно обратиться к работам, содержащим упоминание о семейно-правовой обязанности.

--------------------------------

<1> См.: Иоффе О.С., Шаргородский М.Д. Вопросы теории права. С. 224.

<2> Теория государства и права / Под ред. А.В. Малько. С. 583.

<3> Теория права и государства / Под ред. Г.Н. Манова. С. 137.

<4> Теория государства и права / Под ред. А.В. Малько. С. 354.

<5> См.: Юридическая энциклопедия. С. 656.

 

Однако прежде следует отметить, что рассматриваемый термин входит в текст СК РФ. Так, разд. III СК РФ посвящен правам и обязанностям супругов, разд. IV - правам и обязанностям родителей и детей. В частности, гл. 12 разд. IV называется "Права и обязанности родителей", а ст. 63 гл. 12 - "Права и обязанности родителей по воспитанию и образованию детей". В несколько ином контексте фигурируют обязанности там, где речь идет об алиментных обязательствах, что сути дела не меняет. Например, в п. 1 ст. 80 СК РФ говорится об обязанностях родителей по содержанию несовершеннолетних детей, ст. 89 посвящена обязанностям супругов по взаимному содержанию, а ст. 111 предусматривает обязанность сообщать о перемене места работы лица, обязанного уплачивать алименты.

Довольно часто понятие "обязанность" используется в том же разделе СК РФ, где говорится о формах воспитания детей, оставшихся без попечения родителей. Так, в ст. 122 говорится об обязанности должностных лиц, учреждений и иных граждан информировать органы опеки и попечительства о детях, лишившихся родительского попечения. Те же, в свою очередь, обязаны в течение трех дней провести обследование условий жизни ребенка и принять меры к его устройству. Подробно в СК РФ определяются и обязанности опекуна (попечителя) в отношении своих подопечных, обязанности органов опеки и попечительства оказывать приемной семье необходимую помощь и др.

В каком бы контексте ни фигурировало в СК РФ понятие обязанности, по своим параметрам и своей сути оно полностью совпадает с общетеоретическим определением данного термина. Без преувеличения можно сказать, что он служит теоретической основой и в семейно-правовой сфере. В то же время в некоторых общетеоретических работах обращается внимание на тесную связь обязанностей с субъективным правом, а субъективного права - с обязанностями. Например, "субъективная юридическая обязанность состоит в должном поведении, соответствующем субъективному праву" <1>. Особенно это заметно при исследовании специфики правоотношения как такового. В частности, отмечается, что "субъективные права и обязанности как элементы правового статуса имеют стержневое значение для конкретных субъективных прав и обязанностей в разнообразных конкретных правоотношениях" <2>. Понимание юридической обязанности как меры должного поведения, соответствующего в правоотношении субъективному праву, служит наглядным примером современного понимания связи субъективных прав и обязанностей <3>.

--------------------------------

<1> Теория права и государства / Под ред. Г.Н. Манова. С. 137.

<2> Теория государства и права / Отв. ред. Н.Г. Александров. М., 1974. С. 587.

<3> См.: Юридическая энциклопедия. С. 656.

 

Если же обратиться к литературе по семейному праву, то нетрудно заметить, что существующая в СК РФ связь между правами и обязанностями, которые как бы идут рука об руку, понимается по-разному. Например, А.И. Пергамент рассматривает родительские права и обязанности как стороны одного и того же явления. По ее мнению, "родительские права представляют собой в то же время обязанности родителей по воспитанию детей" <1>, с чем трудно согласиться. Одно дело "может", другое - "должен". Каждая часть такой формулы имеет свой смысл, свое назначение, в противном случае сводится на нет воспитательное воздействие семейно-правовых норм. И обладатель субъективного права, предусмотренного семейным правом, не может не иметь представления о том, что ему дозволено, что одобряется государством, а что, наоборот, запрещено, способно породить неблагоприятные последствия.

--------------------------------

<1> Комментарий к Кодексу о браке и семье РСФСР. М., 1982. С. 104.

 

Дело, однако, не только в рассуждениях теоретического характера, а в неопределенности целого ряда семейно-правовых норм, порождающих на практике нарушение, в частности, интересов ребенка. В качестве примера можно привести норму п. 3 ст. 51 СК РФ: "В случае рождения ребенка у матери, не состоящей в браке, при отсутствии решения суда об установлении отцовства фамилия отца ребенка в книге записей рождений записывается по фамилии матери, имя и отчество отца ребенка - по ее указанию". Аналогично и содержание п. 5 ст. 18 Федерального закона от 15.11.1997 N 143-ФЗ "Об актах гражданского состояния" (в ред. от 31.12.2005) <1>. Подобного рода правило было введено еще КоБС РСФСР с тем, чтобы в свидетельстве о рождении ребенка отсутствовал прочерк в графе "отец". Надо полагать, что сделано это было прежде всего ради соблюдения интересов несовершеннолетнего, чьи родители в браке не состоят. Однако на практике и в наше время пресловутый знак "Z" в данной графе вовсе не редкость, поскольку нет ясности в том, право или обязанность матери следовать тексту ст. 51 СК РФ. Отсюда явное нарушение интересов ребенка лицом, призванным их защищать, т.е. матерью. Следовательно, право и обязанность, несмотря на их взаимосвязь, - понятия несовпадающие.

--------------------------------

<1> СЗ РФ. 1997. N 47. Ст. 5340; 2001. N 44. Ст. 4149; 2002. N 18. Ст. 1724; 2003. N 17. Ст. 1553; N 28. Ст. 2889; N 50. Ст. 4855; 2004. N 35. Ст. 3607; 2005. N 1 (ч. 1). Ст. 25; 2006. N 1. Ст. 10.

 

Или другой пример из области семейного права, когда право и обязанность существуют изолированно друг от друга. Так, согласно п. 2 ст. 63 СК РФ родители обязаны обеспечить получение детьми основного общего образования, что вытекает из текста ч. 4 ст. 43 Конституции РФ, где сказано, что родители или лица, их заменяющие, обеспечивают получение детьми основного общего образования. Однако СК РФ никакими правами на этот счет родителей не наделяет, а без прав родителей, связанных с получением их несовершеннолетними детьми основного общего образования, такая обязанность родителей далеко не всегда выполнима. Иными словами, отсутствие взаимосвязи между правами и обязанностями способно свести на нет и то и другое.

Многие специалисты в области общей теории права, раскрывая содержание прав и обязанностей, дают перечень тех действий, которые составляют их существо. Сюда, например, входит "поведение самого обладателя субъективным правом, возможность требовать соответствующего поведения - совершения определенных действий или, наоборот, воздержания от них, возможность прибегнуть в необходимых случаях к содействию государственного аппарата для осуществления этой возможности" <1>. С точки зрения А.В. Мицкевича, субъективное право раскрывается через набор признаков, в числе которых полномочия совершать определенные действия и требовать соответствующих действий от других лиц в границах, установленных нормой права <2>.

--------------------------------





Дата добавления: 2015-05-31; Просмотров: 486; Нарушение авторских прав?;


Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет



ПОИСК ПО САЙТУ:


Читайте также:



studopedia.su - Студопедия (2013 - 2018) год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! Последнее добавление ip: 54.166.228.35
Генерация страницы за: 0.013 сек.