Студопедия

КАТЕГОРИИ:


Архитектура-(3434)Астрономия-(809)Биология-(7483)Биотехнологии-(1457)Военное дело-(14632)Высокие технологии-(1363)География-(913)Геология-(1438)Государство-(451)Демография-(1065)Дом-(47672)Журналистика и СМИ-(912)Изобретательство-(14524)Иностранные языки-(4268)Информатика-(17799)Искусство-(1338)История-(13644)Компьютеры-(11121)Косметика-(55)Кулинария-(373)Культура-(8427)Лингвистика-(374)Литература-(1642)Маркетинг-(23702)Математика-(16968)Машиностроение-(1700)Медицина-(12668)Менеджмент-(24684)Механика-(15423)Науковедение-(506)Образование-(11852)Охрана труда-(3308)Педагогика-(5571)Полиграфия-(1312)Политика-(7869)Право-(5454)Приборостроение-(1369)Программирование-(2801)Производство-(97182)Промышленность-(8706)Психология-(18388)Религия-(3217)Связь-(10668)Сельское хозяйство-(299)Социология-(6455)Спорт-(42831)Строительство-(4793)Торговля-(5050)Транспорт-(2929)Туризм-(1568)Физика-(3942)Философия-(17015)Финансы-(26596)Химия-(22929)Экология-(12095)Экономика-(9961)Электроника-(8441)Электротехника-(4623)Энергетика-(12629)Юриспруденция-(1492)Ядерная техника-(1748)

ПРИМЕР РИСКОВ ПРИ СОСТАВЛЕНИИ ЗАЯВОК ТЕМПУСА И ПРОГРАММ СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ





В современном обществе управленческая деятельность неразрывно связана с организациями, в которых человек действует на протяжении своей жизни. «Во всех развитых странах, - подчеркивает известный американский специалист в области менеджмента П. Друкер, - общество стало обществом организаций... Эффективность современного общества, его способность функционировать и, возможно, даже его способность выжить все больше зависит от эффективности людей, занятых управленческой деятельностью». Действительно, зависимость самого существования современного, становящегося постиндустриального общества от эффективности управленческой деятельности индивидов обусловлено тем, что само это общество сейчас стало «обществом риска», или «обществом мегарисков». Иными словами, сейчас, на рубеже XX и XXI столетий человечество попало в зону «мегарисков».

Философской основой управленческой деятельности в рамках «общества риска» выступает принцип неопределенности, охватывающий сферы информации, политики, экономики и т.д. Поскольку риск в индустриальном и постиндустриальном обществах производится социальным способом, постольку управленческая деятельность должна опираться на социальные технологии снятия неопределенности и снижения степени риска. Западные исследователи пока только намечают направления изучения проблем в этой области на основе подхода к политической институциональной истории развивающегося современного общества (следует помнить, что стержнем функционирования общественной системы служит государственная управленческая деятельность), которое отягощено конфликтами и которое стремится установить определенную систему правил в борьбе с постоянно генерируемыми им опасностями и рискованными ситуациями.

Современное общество как система различного рода организаций включает в себя и управленческую деятельность по координации множества социальных процессов, и его параметры нелинейности, сложности, неопределенности и многомерности должны проявляется также и в управленческой деятельности. Можно сказать, что совокупность этих параметров, выступающих условиями управленческой деятельности, представляет собой важнейшую дифференцированную внутри себя детерминанту, предопределяющую выбор методов и форм управления. Для нас здесь существенным является то, что сейчас в условиях «общества всеобщего риска» уже недостаточно линейной модели управления, универсальных принципов классической теории управления, имеющих в качестве философской основы жесткий детерминизм и позволяющей в ряде случаев получить наивысший, максимальный результат. Теперь на первый план выдвигаются иные принципы управления, выражающие конкретность и многообразие социально-экономического развития общества и его нелинейную, стохастическую, вероятностную природу.



Не случайно, что в рамках философского антропологического вероятностного детерминизма достаточно успешно используется ситуационное управление.

Необходимо отметить, что до сих пор в управлении социальными процессами (и природными тоже) доминирует традиционный подход, чьим фундаментом служит линейное представление о функционировании систем социального и природного мира. «Согласно этому представлению, - пишет Е.Н. Князева, - результат внешнего управляющего воздействия есть однозначное и линейное, прямо пропорциональное следствие приложенных усилий, что соответствует схеме «управляющее воздействие -> желаемый результат». Чем больше вкладываешь энергии и прилагаешь усилий, тем больше как будто бы и отдача». Иными словами, линейная модель управления основана на том фундаментальном представлении, что воплощение на практике управленческих решений в области политики, экономики, культуры и пр. приводит к достижению желаемого результата. Это значит, что чем больше затрачивается политико-правовых, экономико-правовых средств (в широком смысле) на достижение политических, экономических и иных целей, тем весомее и значительнее оказываются достигнутые результаты. Однако теперь оказывается, что классическая, линейная модель управления социальными, экономическими и прочими процессами в общественной системе оказывается по большому счету неадекватной действительности, хотя она в ряде ситуаций исторического и социального характера действует достаточно эффективно и имеет в качестве философской основы старый, «лапласовский» детерминизм.

В данном случае заслуживает внимания полученные известным ученым И. Пригожиным результаты анализа различных исторических моделей управления социумом. Этот анализ проведен им на основе выделения двух характерных параметра функционирования общественной системы: мера сложности, которая определяется посредством числа действующих элементов, и величина социального давления, интенсивность внешнего управляющего воздействия на индивида. Тогда оказывается, что наиболее устойчивыми моделями социального управления являются линейные модели – «архаические социальные системы, которые изучает Леви-Стросс». Линейная модель социального управления эффективно действует в обществах типа сохранившихся до сих пор племен аборигенов в джунглях Амазонки, которые находятся на уровне первобытнообщинного строя. Это объясняется беспрекословным следованием традициям и ритуалам, тесной связью индивида с родом, подчинением его обычаям.

Следует иметь в виду и то существенное обстоятельство, что такого рода социумы (не только архаические общественные системы) обычно являются замкнутыми, закрытыми структурами. Линейная модель социального управления характерна для традиционных, относительно закрытых социальных систем, в том числе и авторитарных и тоталитарных. Именно достаточная закрытость социума обеспечивает его весьма устойчивое функционирование, иное дело, что он во взаимодействии с нетрадиционным обществом может превратиться в неустойчивое образование и даже погибнуть. Здесь также необходимо считаться и с тем, что линейная модель социального управления не может быть осуществлена на практике без значительного силового компонента управления обществом. Вся история человечества свидетельствует о доминировании линейной модели социального управления на всем ее протяжении - от архаических обществ до авторитарных и тоталитарных социумов XX столетия. На связь линейной модели социального управления и ее силового компонента указывает отечественный ученый В.М. Кайтуков: «Система диктата обеспечивает функционирование социума как эффективного механизма на данном отрезке развития человеческой цивилизации и эволюционирует вместе с развитием общества. Эволюция эта не затрагивает глубинной сущности акта подавления конкретного индивида другим индивидом или группой индивидов, а касается лишь функционально-конструктивной, конкретно-временной формы диктата». Понятно, что в современных демократических обществах Запада тоже используется силовое управление.

В XX веке в естествознании сложилась новая картина мира, носящая стохастический характер и отличающаяся сложностью, неопределенностью, нелинейностью. Теперь эти представления проникают в сферу социально-гуманитарного знания; в той же исторической науке человек рассматривается в качестве субъекта, который действует в условиях неопределенности широкого веера альтернатив, что делает исторический процесс сложным и нелинейным. НО ОБ ЭТОМ – ПОЗЖЕ.

Не менее существенный философской концепцией, оказывающей значительное воздействие на теорию и практику управления социумом и поведением человека, является философская антропология. Последняя представляет собой философию человека, которая выделяет в качестве своего предмета сферу «собственно человеческого бытия», собственной природы человека, человеческой индивидуальности, пытающаяся через антропологический принцип объяснить и самого человека, и окружающий мир, понять человека и как уникальное проявление «жизни вообще», и как творца культуры и истории». Из данной философской антропологии следует придание приоритета человеческому капиталу перед материальными и финансовыми ресурсами, что представляет собою заметную особенность пятой управленческой революции. Последняя происходила на протяжении почти всего XX в. и продолжает идти по сей день в развитых странах Запада, включая Японию), практически не затронув бывшие советские республики.

В этом плане заслуживает внимания концепция антропосоциального управления обществом, исходящая из конструктивных принципов идеи управленческой революции и предложенная украинским исследователем Г. Дмитренко. На основе фундаментальной задачи стратегического менеджмента, которая состоит в формировании и поддержании механизма самоорганизации общества и его ячеек, запускаемого в действие людьми, работающего посредством людей и выдающего результаты для людей, выстраиваются предпосылки управленческой революции в постсоциалистических странах.

В чем же суть и конструктивные принципы идеи управленческой революции в странах СНГ, которая является продолжением менеджерской революции XX в. в развитых странах Европы, США, Японии и др.? На каких предпосылках строится этот замысел? Ее суть заключается в следующем: «Она - в создании теории механизма целевого управления по конечным результатам любым социальным объектом. позволяющего организовать целесообразный и заинтересованный труд людей в каждой ячейке постсоциалистического общества». Среди предпосылок выделяется пять, первой из которых - антропосоциальный подход к управлению обществом, подтвержденный как всем ходом менеджерской революции в развитых странах, так и приданием важного значения индексу человеческого развития. Ведь из программы развития ООН следует, что это главный показатель, характеризующий достижения и конечные итоги различных стран мира.

В этом случае, «речь идет о первичности человека как личности и главной производительной силы общества (курсив наш – В.П.), исходя из чего должна строиться вся система управления обществом в трех его организационных сферах - политической, экономической, культурной». Вторая предпосылка состоит в системном подходе к обществу, предполагающий его рассмотрение, с одной стороны, во взаимосвязи указанных организационных сфер, а с другой - как крупномасштабного социального объекта (системы), представляющего собой множество взаимодействующих ячеек (организаций), где и осуществляется трудовая деятельность людей. Здесь внимание акцентируется на принципе родства, изоморфности социального объекта такой биологической системе, как человеческий организм, где каждый из органов выполняет свою функцию, тем не менее все органы связаны и взаимодействуют между собой ради достижения конечной цели - обеспечения жизнедеятельности и продолжения рода. «При всеобъемлющем системном подходе в качестве социальных объектов помимо других выделяются органы государственного управления - администрация президента, парламент, кабинет министров, аппарат министерств и комитетов, органы самоуправления. Иначе говоря, их персонал должен стать объектом социально-политического менеджмента (административно-государственного управления), социально-экономического менеджмента (управления материальным производством), социально-культурного менеджмента (управления духовным производством). Именно в этом состоит революционный по-своему момент в концепции антропосоциального управления обществом».

Третья предпосылка разработки идеи управленческой революции в постсоциалистических странах - учет основных мировых тенденций менеджмента, пропущенных через призму нашего менталитета посредством специального инструментария. Именно это и должно привести к успеху в создании научного фундамента управленческой революции. Четвертая предпосылка состоит использовании основополагающих универсальных принципов управления социальными объектами различного масштаба и профиля деятельности, включая органы государственного управления на всех этажах пирамиды власти. «Речь идет о целеполагании, обратной связи по результатам деятельности и целенаправленной мотивации трудовой деятельности персонала социальных объектов». Реализация этих принципов предполагает не только наличие глобальной цели социального объекта, ее декомпозицию и доведение до каждого звена и элемента (человека), но и разработку соответствующего инструментария по измерению результатов трудовой деятельности через уровень достижения целей индивидами и коллективами. Именно квалиметрический подход к такой оценке, позволяющий реализовать три основополагающих принципа управления любым социальным объектом (целеполагание, обратную связь и мотивацию) в их органической взаимоувязке, и есть пятая предпосылка разработки идеи управленческой революции в странах СНГ.

С данной концепцией перекликается гипотеза о новой парадигме управления, выдвинутая российским консультантом по менеджменту В. Токаревым. Исходя из факта, что одна из особенностей современной России - за короткий период она проходит все те этапы развития, которые Запад «переваривал» в течение 100 лет, и значимости человеческого капитала в деятельности коммерческой фирмы[1], им выдвигается следующая новый подход к управлению. «Новый подход предполагает, что человек является меняющейся, но неуправляемой переменной предприятия. Задача менеджмента в этом случае в том, чтобы познать закономерности развития личности и разработать соответствующие программы, обеспечивающие лучшее, чем конкуренты, удовлетворение растущих потребностей каждого работника. Результатом данной деятельности должна стать увеличивающаяся прибыль».

Сущность этого подхода состоит в рассмотрении человека в качестве главного объекта интересов менеджмента, когда целью всей деятельности по управлению персоналом становится наилучшее удовлетворение растущих запросов и потребностей каждого члена организации. Происходит принципиальное изменение отношения к персоналу фирмы, а именно: «изменяется система взглядов на человека в организации: не его заставляют бегать, чтобы обеспечить продуктивную работу, а фирма крутится вокруг сотрудника, пытаясь наилучшим образом удовлетворить его растущие запросы. Возможно, сначала это покажется странным (точно также при переходе от административной системы к рыночной сначала странным казалось, что не фирма диктует покупателю свою волю, а он ей). Кто не сможет этого вовремя понять, может оказаться неконкурентоспособным на рынке»[2]. Предполагается, что конечный результат такой деятельности должен проявиться в лучшей работе каждого член коллектива предприятия, т.е. эффективным станет самоменеджмент, роль которого до сих пор явно недооценивалась.

Однако, с социально-философской точки зрения не следует абсолютизировать данный подход к человеку в системе управления фирмой. В данном случае необходимо принимать во внимание социальные последствия осуществления на практике концепции антропосоциального управления. Дело в том, что на собрании мировой элиты в знаменитом «Фермонт-отеле» (Сан-Франциско, конец сентября 1995 г.) был указан путь к «новой цивилизациий», известный как общество 20:80. Это было четко сформулировано Дж. Гейджем, главным управляющим Sun Microsystems, расположенной в знаменитой «силиконовой долине». В этой компании занято 16 тысяч сотрудников, но из них только 6-8 человек действительно нужны, остальные служат резервом: «Никто в зале даже не шепчется. Очевидно, перспектива невиданных прежде армий безработных ясна присутствующим без лишних слов». Аналитики оценили будущее с помощью пары цифр и некоей концепции: 20:80 и титтитейнмент. Это значит, что в XXI столетии в мировой экономике будет занято всего 20% населения, остальные будут безработными, безрадостное существование которых будет скрашиваться пропитанием и развлечениям (это и есть титтитейнмент), наподобие римского плебса. Не случайно, сейчас развертывается достаточно сильное антиглобалисткое движение внутри самого Запада.

Заслуживает внимания философский подход к образованию как источнику знания, который существует в западной и конфуцианской мысли и который используется в управлении социальными процессами и поведением человека (его условно называют конфуцианской философией). В конфуцианской философии управления в значительной степени внимание фокусируется на должности, зарплате и других выгодах, но не на качестве труда. «И если за обучением не следует достаточно быстро продвижение по службе, то возникает фрустрация и чувство обиды»[3]. В информационном обществе, или обществе знаний, все большее значение приобретает знание как новая парадигма управления, которая опирается на неразрывную связь основополагающих процессов - труда, обучения и организации. Причем в качестве метапроцессов в модели управления знаниями выступают коммуникация и рефлексия, сами же субпроцессы модели реализуются на трех уровнях - индивидуальном, групповом и институциональном[4].

Как известно, управление знаниями и способность организации к обучению сейчас становятся ключевым узлом фирменного менеджмента. Не случайно, среди менеджеров сферы управления человеческими ресурсами, особенно занимающимися развитием персонала, с 80-х годов большой популярностью пользуется концепция «обучающейся организации». «Разработанные на ее базе модели и методы имеют высокую эвристическую ценность, помогают менеджерам более глубоко и плодотворно организовывать учебные процессы на предприятиях. Однако анализ обширной литературы по проблематике «обучающейся организации», а также практика разработок и внедрения конкретных проектов на базе соответствующей концепции выявляют специфическую ограниченность данного метода. Хотя концепция организационного обучения и остается в центре внимания сферы управления человеческими ресурсами и производственной педагогики, она пока не стала парадигмой управления и управленческой науки. Из-за этого потенциал организационного обучения все еще полностью не используется несмотря на большое эвристическое содержание самого метода»[5].

Поэтому особый интерес представляет выдвигающаяся на первый план управленческих исследований новая концепция, исходящая из трех компонентов - обучение, труд и организационный процесс, которые производны от знания. Не вдаваясь в конкретные детали данной парадигмы управления, так как нас интересует философский подход к управлению, отметим значительные социокультурные последствия осуществления парадигмы управления, основанной на знании. В американском энциклопедическом справочнике «Современное управление» об этом говорится следующее: «Дальнейшее использование бюрократической модели управления данными в организации будущего не имеет перспектив. Общеизвестно, что для бюрократических организаций с жестко регламентированной структурой управления характерна медлительность в сборе и использовании знаний, представляющих наиболее мощное средство власти. Кроме того, конкуренция требует стремительного и точного реагирования на появление соответствующих знаний. Способ использования знаний сказывается на характере перспектив бюрократических структур. Они не смогут эффективно противостоять конкурирующим организациям. В будущем системы знаний заменят небольшие административные ячейки и каналы связи между ними как основные организационные формы жестко регламентированных структур. Это имеет особое значение для специалистов, хранящих информацию в своих ячейках. Специалисты подобного рода должны быть включены в систему знаний. Изменение подобной ситуации также чревато большими последствиями для управляющего, в ведении которого находится сбор информации и передачи ее по каналам связи. Последствия эти преимущественно касаются вопроса безработицы»[6]. Поскольку знания становятся основным источником власти будущей организации, постольку ведущие организации вынуждены будут акцентировать внимание на приобретении и применении знаний.

Весьма интересна такая философская концепция непрерывного образования, необходимая для успешного управления поведением индивида или группой, как философия дзен. Известно, что фехтование, каллиграфия и музыка традиционно являются самыми престижными видами искусства в Японии. Такого рода непрерывное обучение приводит к постоянному совершенствованию мастерства, оно было распространено на сферу управления деятельностью японских корпораций. «Согласно подходу Дзен, целью обучения является непрерывное совершенствование мастерства. Каждый человек путем непрерывного обучения может улучшить свою работу. Это приводит к саморазвитию, а достигнутые результаты приносят моральное удовлетворение… Подход Дзен придает особое значение долгу в совершенствовании мастерства без ожидания какой-либо ощутимой материальной выгоды. Улучшение мастерства может приносить человеку огромное удовлетворение. У каждого есть врожденное стремление достичь совершенства в своей работе. Подход Дзен удовлетворяет это стремление и даже усиливает его. Это благотворно влияет и на человека и на фирму, в которой он работает»[7].

Эффективность философии Дзен в управлении поведением человека следует из того факта, что японские компании представляют собой не только экономические институты, но и в значительной степени социальные организации. У каждой фирмы имеется своя корпоративная философия, акцентирующая внимание на понятиях искренности, гармонии, сотрудничества, вклада в улучшение жизни общества. «Основные факторы, определяющие престиж компании в Японии, - ее правовой статус, контролируемая доля рынка, членство на бирже и корпоративная философия. Эти показатели являются более существенными, чем цена акций или уровень прибыльности. Престиж компании определяет ее доступ к внешним финансовым источникам, возможности привлечения человеческих ресурсов с высоким потенциалом».

Престиж фирмы, в которой трудится японец, определяет в значительной степени его признание и статус в обществе. Ведь японский менталитет исходит из равноценности трудовой жизни личной, поэтому индивидуальное выживание и развитие человека органически связано с выживанием и развитием предприятия, на котором он работает. Иными словами, происходит отождествление работника со своей фирмой, отсюда следует и идентичность их судеб. «Корпоративная философия находит отражение в иерархической структуре фирмы, системе организации труда, производства и управления. В отличие от традиционных принципов, направленных на обеспечение прибыльности хозяйственной единицы (формализация, специализация и разделение труда), при построении систем труда в Японии ориентируются на неформальность, гибкость и кооперацию»[8]. Именно философия дзен наиболее адекватно выражает неформальный и гибкий характер японского мышления, что позволяет действенно управлять деятельностью корпорации.

Философия Дзен представляет собою кристаллизацию всей философии Востока, для которой нет ничего ясно и четко выраженного. Восточная философия показывает, что восточный ум является по свое природе синтетическим, а не аналитическим, что стремится к «интуитивному постижению целого»[9]. Синтетический характер восточного ума проявляются в его неуловимости и несоизмеримости, поэтому тот же японец находит в повседневной жизни невыразимо глубокую мысль. Тем более это относится к весьма сложной проблеме управления социумом и поведением человека, когда формальность оказывается неэффективным средством воздействия на поведение индивида или группы. Не следует забывать, что дзен является оружием самурайского духа, вошедшего в культуру Японии и оказывающего немалое влияние на деятельность крупных корпораций и мелких фирм. В философии Дзен негативный характер формальности, связанной с понятием формы, квалифицируется следующим образом: «… любая привязанность, любая зафиксированность сознания сковывает воина, словно цепями, и лишает его текучести, будто прибивает железными гвоздями к какой-нибудь конкретной форме. А привязанность к форме – это смерть; непривязанность, текучесть, бесформенность – это свойство жизни, это то качество жизни, что дает воину победу в смертельном поединке». Таким образом философия Дзен по своему существу является глубокой теорией управления поведением японца и всего японского социума.

В связи с быстрым распространением компьютерных и информационно-телекоммуникационых технологий возникают новые подходы к управлению, одним из которых выступает виртуализация общества. Информация и информационные технологии сегодня все более широко применяются в выработке социальных технологий управления общественными процессами. «Особая ответственность теперь ложится на людей, - подчеркивает Л.В. Скворцов, - вырабатывающих идеи и оказывающих влияние на общественные и государственные решения. Общественная элита сегодня - это не только люди у власти или эрудиты, знатоки поэзии, литературы или древней истории; необходимое условие принадлежности к общественной элите - участие в открытиях, в создании информации о виртуальных формах общественного бытия, а значит и кода общественного поведения».

Данная идей о виртуальных формах общественного бытия является весьма плодотворной в разработке проблем управления поведением личности, групп, обществом и обеспечения их безопасности. Ведь виртуальные формы уже начинают использоваться в экономике, коммуникации: «Географическое распределение сырьевых ресурсов, рабочей силы и капиталов постепенно теряет свое значение, так как страны используют информационные технологии для сотрудничества на больших расстояниях». Их целесообразно использовать для решения кардинальных проблем безопасности личности вообще и аспекта ее правового регулирования в частности. Ведь виртуальные формы возникают, как известно, в результате взаимодействия человека с компьютером; сейчас уже производятся персональные компьютеры, оснащенные средствами мультимедиа, позволяющие индивиду войти в мир виртуальной реальности.

Бурный прогресс в области информационных технологий привел к возникновению «виртуальных государств» и «виртуальных экономик». «Виртуальное государство — это страна, чья экономика зависит от мобильных факторов производства... виртуальное государство отличается тем, что его собственное производство вынесено за его пределы, оно расположено в других странах»[10]. В отличие от кайзеровской Германии, императорской России и Соединенных Штатов Америки торгового века виртуальное государство не комбинирует все экономические функции — от сельскохозяйственного производства до промышленного и распределения. Оно специализируется в современных условиях не столько на высокотехнологическом производстве, сколько на продукте дизайна, маркетинга и финансирования. Виртуальные нации держат в своих руках новейшие информационные технологии, что будет способствовать еще большему их процветанию в XXI столетии, ибо не существует существенных ограничений их экономического потенциала.

Вполне естественно, что сейчас исследователи считают виртуализацию одним из возможных путей развития управления социумом и поведения индивида. В этом плане представляет интерес работа немецкого ученого Х.А. Вютриха, посвященная проблемам управления виртуальным предприятием, функционирования виртуального рынка. Здесь обосновывается следующих три положения: 1) виртуальное предприятие как временная форма кооперации обеспечивает клиентам выгоду благодаря оптимизации системы производства благ; 2) в результате объединения ресурсов и компетенции партнеров виртуальная организация достигает синергического эффекта; 3) на смену классическому индустриальному обществу может прийти не информационное, а общество, не знающее границ.

Несмотря на очевидный успех пионерных виртуальных организации и вполне реальные шансы достигнуть существенного эффекта формируемых виртуальных сетей, в более широком контексте остается открытым ряд вопросов, связанных с формированием виртуальной цивилизации. Они касаются философских, психологических, культурных аспектов развития общества. Ведь формирование и распространение культуры реальной виртуальности связано с виртуальной психологией и виртуальной философией. Вместо освоения техники использования и применения компьютеров, подключения к сетям, накопления массы пользователей и массы информации и т.п. перед нами теперь стоит задача оптимизации использования возможностей, даваемых компьютерами и информационными сетями, вхождением в киберпространство, виртуальный мир, создаваемый ими, их освоение. Не случайно, некоторые исследователи указывают на то, что теперь речь идет о вступлении человека в эпоху киберкультуры на основе синтеза таких пока независимых сфер культуры, как философия виртуальности, виртуальной психологии и виртуальной компьютерной технологии.

Можно констатировать, что вступление информатизации в качественно новое состояние, когда появилась возможность получения виртуальных (максимально приближенных) к реальному объекту данных о нем, неизбежно должно сказаться на содержании философии. Ведь мультимедийный компьютер дает возможность человеку использовать изображение, графическую и письменную информацию, звук, цвет, объем[11]. Техника множества «окон» (она аналогична системе матрешек) позволяет представлять на экране многомерность объекта, поэтому человек может создавать на экране компьютера «виртуальный» образ самых сложных объектов, который предельно воспроизводит изучаемую реальность. Посредством виртуальных технологий создаются те или иные виртуальные миры, доступное человеку компьютерное киберпространство благодаря операциям с клавиатурой, мышью и монитором (интерфейсы пользователя). Разумеется, способность путешествовать в виртуальном пространстве, прежде всего, зависит от конструкции, оптимизации, даже «исследовательских» качеств интерфейсов.

Компьютеры, представляющие собою машины, отнюдь не являются аналогами предыдущих поколений машин потому, что они оперируют значениями, представлениями и знаками и сами состоит из знаков и символов (это новая универсально-абстрактная символическая машинность). Система такого рода машин обладает собственной техникой и перспективой формирования нового общества посредством знания и науки. «Виртуализация компьютерного мира, - отмечает Н.В. Романовский, - создала принципиально новую в ряде отношений ситуацию в производстве, воспроизводстве и использовании «информации», данных, фактов и т.п. во всех сферах общественной жизни. Среди уже реализованных применений «виртуального пространства» привлекут внимание социолога военное дело и космонавтика; архитектура, машиностроение, медицина; исследование, обучение, преподавание (дистанционное); сфера развлечений и свободного времени; транспорт; искусство; виртуальный бизнес и организация производства; потребление, распределение, финансы; государство и демократия; и т.д. Формируется поколение людей, у которых первое средство получения информации (и образования) - компьютерные игры, Интернет, как интеракция с другими пользователями, источник данных».

Управление такого рода виртуализированным обществом требует соответствующей виртуальной философии, она должна быть адекватной виртуализации как возможному пути управления социумом и поведением человека. Предпосылки становления такого рода философии уже имеются в целом ряде различных областей науки и практики – от физики элементарных частиц до компьютерных технологий и гуманитарных наук, где приходится сталкиваться с идеей виртуальности. Не менее важным является социальная потребность в новых способах понимания и объяснения мира, чтобы можно было им овладеть. «Специфика виртуального менталитета связана с ориентацией его на работу с внутренней структурой событий, без сведения механизмов их функционирования к нижележащим пластам реальности, как это принято в современной философской и научной культуре. Особенность виртуального подхода состоит в не понижении статуса реальности события в сравнении со статусом реальности объяснительного механизма». Эта виртуальная философия требует использования нередукционистского способа мышления, неаристотелевской логики мышления, гиперреалистической логики, когда управление должно исходить возможностей будущего с его тотальной неопределенностью. Понятно, что виртуальная философия управления еще ждет своей разработки, что она делает только свои первые шаги.

Весьма большой интерес вызывает так называемое «рефлексивное управление», которое фактически является философией управления.

Под рефлексивным управлением понимается искусство воздействия на человека при помощи информационных сообщений (управление без обратной связи), в более широком смысле - специфический метод социального контроля над индивидами. Особенность рефлексивного управления состоит в том, что строится некая очень упрощенная модель другого субъекта, на ее основании ему посылается определенное сообщение и одновременно в построенную модель закладывается содержащаяся в данном сообщении информация. Тогда не требуется обратная связь, так как можно получить определенную информацию о субъекте только потому, что ему послано определенным образом организованное сообщение

«Это чрезвычайно экономный способ управления другими субъектами, так как обратная связь вещь очень дорогая. Для сбора такой информации необходимы датчики, ее надо обрабатывать и т. д. При применении же метода рефлексивного управления главные затраты идут на построение моделей, которые позволяют предсказывать поведение субъекта после того, как он получит то или иное информационное сообщение Еще одно преимущество рефлексивного управления в том, что, посылая некое сообщение, мы не открываем свою систему управления для возможности информационного воздействия со стороны противника». Именно в таком смысле рефлексивное управление как искусство манипуляции людьми используется военными на протяжении многовековую историю человеческого общества, когда хорошо организованное информационное воздействие помогало выигрывать сражение малыми силами.

Рефлексивное управление в качестве специфического метода социального контроля используется с 60-х годов, в период, когда стала формироваться концепция информационной войны. Специфика данной проблемы состоит в том, что в этой концепции генерация информационных воздействий исходит не столько из естественной человеческой интуиции, сколько из особой модели управляемого субъекта. Это было связано с малой эффективностью построенных к тому времени на традиционных бихевиористских понятиях (считающих предметом психологии не сознание, а поведение как совокупность реакций на воздействия внешней среды) психологических моделей. «Модель же субъекта в рамках рефлексивного подхода, как предполагалось, будет отражать не только его поведение в плоскости чисто физиологических реакций на стимулы, но и его способность осознавать самого себя наряду с другими субъектами. С построения таких рефлексивных моделей, собственно говоря, и начались исследования. Первые реально работающие рефлексивные модели появились в конце 70-х годов. В них субъект уже представлялся как «нечто», обладающее чертами, для которых можно употреблять такие понятия, как «сознание», «справедливость», «свобода воли» и т. д.»[12]

Такие модели в первую очередь заинтересовали военных и дипломатов, увидевших в рефлексивном моделировании инструмент представления сложных военно-политических коллизий в формализованном виде, т.е. в сфере научного рассмотрения. Данные модели рефлексивного управления социумом и поведением человека имеют достаточно глубокий философский характер. Они укладываются в теорию рефлексивности, разработанную известным финансистом Дж. Соросом в применении к финансовым рынкам. Суть этой теории рефлексивности заключается в следующем: поведение индивидов детерминируется их несовершенным пониманием ситуации «вследствие того, что мышление их влияет на саму ситуацию, к которой оно относится». Иными словами, не существует соответствия между мышлением участников финансового рынка и ситуацией, относящейся к мышлению. Ведь мышление индивидов входит определенной частью в саму ситуацию, которую требуется разрешить. «Вместо детерминированного результата мы имеем взаимодействие, в котором как ситуация, так и взгляды участников являются зависимыми переменными и первичное изменение ускоряет наступление дальнейших изменений как в самой ситуации, так и во взглядах участников». По своей природе теория рефлексивности является диалектической, что позволяет в определенном смысле использовать ее в качестве управления социальными процессами и поведением человека. Однако следует принимать во внимание ограниченность рефлексивного управления - важнейшего вида деятельности, всегда связанной с сознанием. Между тем рефлексия - очень важный, но не единственный тип сознания и вообще психики, поскольку она соотносится и отчасти является альтернативой бессознательному уровню психики, в частности интуиции.

Рассмотренное выше множество разных философских концепций управления свидетельствует о сложности современного социума и поведения человека, каждая из них отражает и выражает какой-то один из аспектов существования и развития многомерного, внутренне дифференцированного, многослойного общества. Понятно, что необходимо принимать во внимание факторы различной природы, действующие в социуме и оказывающие влияние на поведение человека, чтобы можно было выбрать наиболее адекватную философскую основу системы управления в том или ином случае.


[1] Здесь речь идет об уникальных профессионалах, которых практически невозможно заменить, поэтому для их удержания необходимо наилучшее обеспечение их растущих потребностей.

[2] Там же. С. 48-49.

[3] Паркинсон К.Н., Растомджи М.К., Сапре С.А. Эти невероятные японцы. М., 1992. С. 35.

[4] См. Экк К.Д. Знание как новая парадигма управления // Проблемы теории и практики управления. 1998. № 2.

[5] Там же. С. 68.

[6] Современное управление. 1997. Т. I. 1-74.

[7] Паркинсон К.Н., Растомджи М.К., Сапре С.А. Указ. соч. С. 35-36.

[8] Там же.

[9] Судзуки Д. Основы дзэн-буддизма // Дзэн-буддизм. Бишкек. 1993. С. 23.

[10] Там же. С. 222.

[11] См. Кречман Д.Л., Пушков А.И. Мультимедиа своими руками: семь шагов в мир мультимедиа. СПб., 1999.

[12] Горюнов И. Указ. соч. С. 4.





Дата добавления: 2014-01-03; Просмотров: 215; Нарушение авторских прав?


Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет



ПОИСК ПО САЙТУ:


Рекомендуемые страницы:

Читайте также:

  1. II период развития науки – средневековый.
  2. II. Завоевание Китая маньчжурами. Экономическое положение страны в XVII – начале XIX вв.: аграрная политика Цинской династии, особенности развития городского ремесла
  3. II. Основные этапы и уровни развития современной экономики. Проблема периодизации истории экономики. Цикличность в экономическом развитии.
  4. II. Особенности развития турецкой буржуазии. Становление младотурецкого движения
  5. II.1.1. Особенности развития политической мысли в России.
  6. III этап : ПОДГОТОВКА И СОСТАВЛЕНИЕ ПРОГРАММЫ АУДИТА
  7. V этап развития медицинской этики - Биоэтика
  8. VI. Ожидаемые результаты от реализации государственной программы
  9. Web-страница должна идентично отображаться в Microsoft Internet Explorer и Netscape Navigator, причем весьма желательно — в последней и предпоследней версиях данных программ.
  10. XIX.Прогнозирование и планирование развития непроизводственной сферы.
  11. Автономия личности от социального статуса
  12. Аграрные программы политических партии

studopedia.su - Студопедия (2013 - 2020) год. Все материалы представленные на сайте исключительно с целью ознакомления читателями и не преследуют коммерческих целей или нарушение авторских прав! Последнее добавление
Генерация страницы за: 0.008 сек.