Студопедия

КАТЕГОРИИ:


Архитектура-(3434)Астрономия-(809)Биология-(7483)Биотехнологии-(1457)Военное дело-(14632)Высокие технологии-(1363)География-(913)Геология-(1438)Государство-(451)Демография-(1065)Дом-(47672)Журналистика и СМИ-(912)Изобретательство-(14524)Иностранные языки-(4268)Информатика-(17799)Искусство-(1338)История-(13644)Компьютеры-(11121)Косметика-(55)Кулинария-(373)Культура-(8427)Лингвистика-(374)Литература-(1642)Маркетинг-(23702)Математика-(16968)Машиностроение-(1700)Медицина-(12668)Менеджмент-(24684)Механика-(15423)Науковедение-(506)Образование-(11852)Охрана труда-(3308)Педагогика-(5571)Полиграфия-(1312)Политика-(7869)Право-(5454)Приборостроение-(1369)Программирование-(2801)Производство-(97182)Промышленность-(8706)Психология-(18388)Религия-(3217)Связь-(10668)Сельское хозяйство-(299)Социология-(6455)Спорт-(42831)Строительство-(4793)Торговля-(5050)Транспорт-(2929)Туризм-(1568)Физика-(3942)Философия-(17015)Финансы-(26596)Химия-(22929)Экология-(12095)Экономика-(9961)Электроника-(8441)Электротехника-(4623)Энергетика-(12629)Юриспруденция-(1492)Ядерная техника-(1748)

Дистанция 1800. Угол места 73-10. 1 страница




Вас понял , выполняю … исполнено . Азимут 261.

В недрах выведенного на экран трехмерного плана подземного лабиринта возникла

светящаяся отметка. Соске находился на большой глубине, но двигался как раз в этом

направлении. Отметки сдвоенных выстрелов постоянно смещались – он отступал,

отстреливаясь от преследующих противников. Судя по масштабу, он мог бы двигаться

гораздо быстрее, если бы был один. Естественно было предположить, что с ним находится

раненый или девушка. Курцу очень хотелось думать, что это была Тесса.

 


 

 

Они явно намеревались выбраться с противоположной от входной шахты стороны

подземного комплекса.

Но если так… дело плохо. Отделение вражеских десантников уже выдвинулось к

торчащему на близлежащем склоне сопки на краю территории Янска-11 бетонному

оголовку выхода из шахты.

Враги окружили его так плотно, что сразу стало ясно – если Соске не получит

поддержки, прорваться и спастись не получится. Надо полагать, амальгамовцы тоже

ожидают этого – Каспер наверняка занял снайперскую позицию и выжидает, когда Курц

атакует пехотинцев.

На защищенной митриловской частоте что-то слабо захрипело, и сквозь помехи

донесся едва слышный, прерывающийся голос. Курц разобрал только:

– Ур… вызыва… шесть… рц семь… вает… шесть…

Трески и хрипы практически заглушали радиоабонента, но Курц безошибочно

определил – это был Соске.

– …Это Урц-7, слышишь меня?..

– Урц-6 на связи. Обстановка?

Оставив обычное балагурство. Курц ответил лаконично и четко. Они не

обменивались паролями, поскольку эта линия была защищена от подслушивания быстрым

перебором несущих частот. Определить источник излучения противнику мешала крайне

низкая мощность радиосигнала.

– Отступаю с нижних уров…ного полигона. Настоящ… тоннель в квадрате 32a-

71a. Огневой контакт …отивник в направлении запад-северо-запад. Со мной… Аншуз и

Лемон. Лемон ранен. Ситуация наверху?

Соске двигался, и связь постепенно становилась устойчивее. Курц ответил:

– Противник по периметру квадрата 33c-70a. Примерно отделение.

– Есть возможность оказать поддержку? – быстро переспросил Соске.

Курц задумался. Стоило ему демаскировать себя, как он сам немедленно

подвергнется атаке и не сможет помочь товарищу.

– Да. Но где-то здесь прячется БР с лямбда драйвером на борту. Снайпер. Я должен

уничтожить его первым.

Первый же выстрел по блокирующим выход из бункера амальгамовским

пехотинцам превратит Курца в мишень для Каспера. Иными словами, если Курц не

прикончит Каспера, выручить Соске и его подопечных не удастся.

– Там не только снайпер. Может появиться БР Леонарда.

Курц едва удержался, чтобы не сплюнуть. Сильнейший из существующих



бронероботов, тот самый, который уничтожил в Токио «Арбалет». Он тоже здесь?

Получается, брат Тессы умудрился выжить. Как ни гляди, ситуация выглядела просто

отвратительно.

– Понял тебя. Но снайпер – непосредственная угроза. Если мы сможем его

замочить, то сбросим тебе «Лаэватейн», а там посмотрим, кто кого.

Итак – последовательность выполнения задач.

Чтобы не подвергать опасности Гейбо-6, первым устранить БР Каспера. Потом

быстро разобраться с пехотинцами, устроившими засаду на Соске у оголовка. В то же

время Гейбо-6 в режиме невидимости сбросит «Лаэватейн» прямо перед Соске, еще до

того, как отреагирует Леонард.

Кто бы ни победил в схватке Соске и Леонарда, когда в бой вступит «Лаэватейн», у

всех остальных митриловцев появится возможность отступить, не подвергаясь

смертельной опасности.

– Понял тебя. Мы продержимся на выходе из шахты, сколько сможем. Удачи.

– Эй, погоди… – начал Курц, но голос Соске снова пропал. Видимо, он двигался

дальше.

Курц замолчал, чувствуя, как сердце сжала холодная рука.

 


 

 

Я? Победить Каспера? Того самого?

Разве я смогу?!

Но ведь если он не сможет – Соске, Тесса и Лемон не переживут сегодняшнего

вечера.

 

Сколько же ступенек он пробежал за этот день – вверх и вниз?

Держа карабин в правой руке, Соске стрелял назад, чтобы сдержать наседающих

преследователей. Бледный, едва переставляющий ноги Лемон тяжело повис на левом

плече. Вверх по лестнице, поворот, выстрел. Снова вверх – и опять, и опять.

– Противник не заметил Курца и остальных. Пока.

– Хорошо.

Тесса кивнула, на ходу открыла ноутбук и вызвала электронную карту.

– Курц передает информацию со своих поисковых локаторов. Вокруг выхода

сконцентрировался отряд вражеских пехотинцев. Он наблюдает не меньше отделения.

Дав максимальное увеличение, Тесса вывела на экран поверхность земли вокруг

оголовка вентиляционной шахты. Да, действительно. Она насчитала одиннадцать

тепловых отметок от амальгамовских десантников, обнаруженных высокочувствительным

тепловизором с бронеробота Курца.

Соске быстро и беспристрастно оценил обстановку.

Поднимаясь вверх по бесконечно повторяющимся металлическим лестничным

маршам, они рано или поздно выберутся из аварийного выхода, расположенного на

склоне сопки. Оголовок торчал на краю жилого района, и вокруг выстроились несколько

обветшавших пятиэтажек. Именно там рассыпались и притаились поджидавшие их

амальгамовские боевики. Они умело заняли позиции, окружив оголовок полукольцом так,

чтобы просматривать и держать под обстрелом и выход, откуда должны были появиться

беглецы, и все подходы.

Противники в курсе, что беглецы скованы едва волочащим ноги раненым и

беспомощной в таких делах Тессой, и, скорее всего, постараются взять их живьем. Если

нет – просто выждут, пока те выйдут на открытое место и расстреляют кинжальным огнем

со всех сторон.

В любом случае, им противостоит десяток хорошо обученных боевиков, которые

ждут их и непременно обнаружат в тот же самый момент, когда беглецы высунутся из

оголовка. Эти амальгамовцы – подчиненные Калинина, и это о многом говорило. Они

целились и стреляли быстро и метко, и не могло быть сомнений в том, что всем отряды

находятся под единым и четким управлением.

– Прорыв невозможен.

Соске проговорил это твердо, зная, что Тесса и Лемон – не новички и не впадут в

панику, услышав объективную оценку ситуации.

Единственной возможностью спастись была огневая поддержка со стороны М9.

Если Курц обстреляет прилегающие здания, то сможет прижать огнем половину

противников, а дым и пыль ограничат поле зрения остальных. Используя их

замешательство, «Пейв Мар» приблизится на максимальной скорости и сбросит

«Лаэватейн». Соске потребуется не больше двадцати секунд, чтобы забраться в кокпит.

Мощь «Лаэватейна» позволит ему продержаться как минимум несколько минут, даже

если противником выступит «Белиал» Леонарда – по крайней мере, он на это надеялся.

М9, как конвенционный бронеробот, мог использовать только один способ

уничтожения противника, оснащенного лямбда драйвером – внезапную атаку.

Поразить врага первым же выстрелом, до того, как тот укроется за непробиваемым

силовым щитом – тогда все будет кончено за секунды. В противном случае победу в

столкновении с этим, без преувеличения, страшным противником гарантировать было

невозможно.

 

 


 

 

– На сколько нам хватит боеприпасов? – спросила Тесса. Даже голос ее был

наполнен усталостью и опустошением.

– Если экономить – минут на пять, – ответил Соске, передвигая переводчик огня

своего карабина с автоматической стрельбы на одиночную. Вытащив из кобуры Глок, он

рукояткой вперед протянул его Лемону. Даже совершенно вымотанный и измученный,

как стрелок он был на голову выше Тессы.

– Этот пистолет со мной уже давно. Берегите его.

– Знаю.

– Командир, вы будете обеспечивать связь.

– Да.

Не выказав ни тени неудовольствия, Тесса с готовностью повиновалась.

Наконец, измучившие их ржавые ступеньки закончились, и беглецы вывалились в

узкий и длинный темный тоннель. Шатаясь и поддерживая друг друга, они торопились по

нему так быстро, как только могли. Когда Соске задерживался, чтобы прикрыть

отступление и стрелял назад, Тесса безропотно тащила Лемона в одиночку.

Тоннель закончился ржавой железной дверью. Убедившись, что там нет ловушек,

Соске выбил ее ударом ноги. Навстречу хлынул влажный и холодный, но свежий воздух.

Подземелье закончилось. Беглецы оказались в небольшом помещении, заставленном

громоздкими воздухоочистительными машинами и шкафчиками с фильтрами. В глаза

сразу бросилась еще одна массивная стальная дверь – последняя. Выход на поверхность,

наконец-то.

– Обороняемся здесь. Лемон, держите заднюю дверь.

– Ага.

Дверь открылась без особенных усилий. Солнце село давным-давно и там стояла

густя осенняя темнота. Он порадовался, что успел позаимствовать у Тессы пассивные

очки ночного видения.

Внезапно дверь загудела от удара. Хлестко щелкнуло по бетонной внешней стенке.

Поджидавшие в засаде противники открыли огонь. Шквал огня обрушился на выход из

бункера, омерзительный стонущий вой рикошетов заставил уши заныть и свернуться

трубочкой. Ночь снаружи засверкала и заискрилась бесчисленными вспышками. Стрелки

с удобством расположились в выстроившихся впереди пятиэтажках, а до ближайшей было

не более пятидесяти метров – у них все было как на ладони.

Соске ответил скупыми выстрелами, давая знать, что беглецы еще не собираются

сдаваться. Впрочем, судя по всему, враги не собирались убивать их.

– Сзади тоже лезут! – нервно закричал Лемон, выглядывая из-за угла коридора, по

которому беглецы только что выбрались в оголовок.

– Задержите как можно дольше!

Резко отдернув голову, Лемон отшатнулся в маленький закуток между

воздуховодами, а по косяку внутренней двери врезала автоматная очередь, прилетевшая

из коридора.

– Проклятье!..

Выставив пистолет, Лемон выстрелил. Соске тоже. Тесса скорчилась в уголке.

Барабанная дробь попаданий по металлу и грохот выстрелов заставляли голову гудеть, как

барабан.

Амальгамовские боевики действовали напористо. Очевидно, они понимали, что

беглецы пытаются тянуть время и не собирались позволять им отсиживаться. Пока

занявшие позицию снаружи прижимали их огнем, преследователи снизу быстрыми

перебежками приближались по коридору. Если так пойдет, то боеприпасы у вынужденных

огрызаться беглецов быстро закончатся и их задавят массой.

– Мы окружены! Курц, как обстановка? Ты еще не закончил?!

 


 

 

Он пропустил отчаянный зов Урц-седьмого мимо ушей. То же самое случилось и с

запросами от Гейбо-4 и Гейбо-6 и докладами искусственного интеллекта его собственного

бронеробота, который он называл Юкари – все они скользили мимо сознания Курца.

В поединке между снайперами побеждает тот, кто первым вычислит

местоположение противника.

Дуэлянты искусно маскируются на местности, и бой превращается в состязание в

крепости нервов, терпении, умении на бесконечно долгое время замереть, не двигая ни

единым мускулом. Хитрость против хитрости, концентрация против концентрации.

Позволить отвлечь себя второстепенными делами, рассеять внимание – равносильно

гибели.

На мониторе плавал зеленый туман пассивного режима ночного видения, а по

бокам мерцала крупномасштабная карта местности, многочисленные вспомогательные

формуляры – инструментальная радиоразведка, метеоусловия – вся информация, которую

только могли предоставить поисковые средства бронеробота. Курц пытался засечь

противника.

Где же он?

Попробовать тепловизионный режим? Источники тепла?

Несмотря на то, что бронеробот Каспера тоже был оснащен новейшей системой

электронной маскировки, небольшое количество тепла, вырабатываемого мощным

генератором, должно было просачиваться наружу. В заброшенных руинах, где не было ни

души, и, значит, никаких посторонних теплоизлучающих объектов, это был самый верный

способ отследить его местонахождение. Но на выскочившем экране инфракрасного

диапазона все переливалось холодными голубыми и синими красками. Ни единого

контрастного пятна. Ни следа противника.

Акустическая разведка?

В мертвой тишине развалин может проявиться слабый шум действующей системы

охлаждения палладиевого реактора. Но все, что уловил высокочувствительный

направленный микрофон – отголоски бурной перестрелки в той стороне, где

амальгамовцы зажали Соске и его подопечных. Если паразитные шумы от работающих

систем БР противника не превышают уровень его собственного «Гернсбека», обнаружить

врага таким способом тоже не удастся.

Электромагнитное излучение?

Бессмысленно. Противник не настолько глуп, чтобы сканировать окрестности

активным радиолокатором. Он понимает, что включенный поисковый радар системы

ECCS, позволяющей засечь цель, укрытую электронным камуфляжем, светит, как яркий

фонарь в ночи. Даже так выручивший Курца на Мериде локатор «Глазок феи», способный

обнаружить защитное силовое поле, установленное с помощью лямбда драйвера, не

показывал абсолютно ничего. Каспер не собирался включать свой козырь раньше времени

– как раз по этой причине. Впрочем, такая предусмотрительность имела и обратную

сторону – если Курц выстрелит первым, то противник не успеет прикрыться и все решит

одно единственное попадание. Это будет победа.

Где же он?..

Высоконаучные технологии позорно облажались.

Ему оставалось только по старинке использовать логику. Вычислить намерения

врага по характеру рельефа, перепаду высот, углам обзора. Предугадать действия Каспера

и методом исключения определить, где он может скрываться.

Думай, голова, шапку куплю.

Ключевой точкой сейчас была площадка вокруг оголовка вентиляционной шахты,

где сейчас из последних сил держался Соске – в северо-восточном секторе мертвого

города. Здесь не могло быть сомнений. Каспер, точно так же как и сам Курц, должен был

обеспечить огневую поддержку своим союзникам. Поэтому он не мог выбрать позицию, с

 

 


 

 

которой нельзя было наблюдать восточный склон и окраину, где шел бой. Обратные скаты

высот в данном случае не рассматривались.

Раз так, Каспер должен избрать укрытие с хорошим обзором – а это означает

перепад высот и возвышенную точку. Ошибки быть не может. С уровня земля перед ним

будут только мертвые зоны, сектор обстрела до невозможности сузится.

Внутри полуразрушенных зданий наземной части Янска-11? На восточной стороне

промышленной зоны, среди труб и громадных резервуаров химзавода?

В глаза бросались десятки позиций с неплохим обзором.

Плохо. Нужно ограничить поле поиска. Ввести дополнительные граничащие

условия? О чем еще может думать Каспер?

Кроме того, что ему важно не дать себя обнаружить, он должен иметь хороший

обзор по всем направлениям, чтобы не пропустить приближающиеся транспортные

вертолеты – он ведь понимает, что митриловцы не пришли сюда пешком. Он настороже и

знает, что где-то здесь прячется вражеский М9. Поэтому он не может забраться слишком

глубоко в недра завода, в переплетения ржавого железа – они ограничивают поле зрения.

Это сразу ликвидировало половину вариантов. Но все еще недостаточно.

А если вспомнить про вес боевой машины и устойчивую поверхность,

необходимую в качестве точки опоры? Про маршрут отхода после атаки?

Выстрел из крупнокалиберного снайперского орудия поднимает густые клубы

пыли, затрудняя прицеливание для второго выстрела и демаскируя БР – это тоже надо

учесть. Едва ли вражеский бронеробот окажется внутри здания – если обветшавшая

конструкция не выдержит и рухнет, ему не поздоровится.

Тщательно прокрутив в голове все необходимые условия и оценив потенциальные

позиции, Курц сумел урезать область поиска.

– Три места для засады, так получается.

Крыша высокого здания горкома партии. Громадная статуя Ленина на центральной

площади. И высокая решетчатая стальная вышка, возвышающаяся в северной части

химзавода. Кроме этих трех, позиций, отвечающих всем условиям, больше не имелось.

Дальше. Индивидуальный характер противника.

Он никогда не был склонен к позерству. Каспер действовал логично и эффективно,

он был сторонником стабильной и спокойной стрельбы. Он выбирал самую удобную,

безопасную и естественную позицию, не создавая себе дополнительных трудностей. Даже

теперь, будучи защищенным силовым полем лямбда драйвера, он не собирался

выпендриваться и маячить на виду, не собирался полагаться на слепую удачу.

Если так, то он должен быть на крыше массивного кубического здания горкома.

Крыша достаточно прочна и можно не опасаться, что она рухнет под весом

бронеробота, позиция обеспечивает прекрасный обзор во все стороны, ничто не мешает

ставить силовой щит. Каспер может мгновенно отреагировать на атаку с любого

направления, а ширина крыши даже позволит произвести посадку транспортному

вертолету, если потребуется.

Но вот вопрос – тот ли это человек, чтобы расположиться в столь предсказуемом

месте?

– Максимальное увеличение.

Исполняю .

Здание выросло на экране, заняв его целиком. Низкоуровневая оптическая

телекамера, тепловизор, пассивный поиск радиоизлучающих объектов. Поисковые

режимы сменяли друг друга, но Курц все еще не был уверен. Может быть, бронеробот

невидим потому, что находится в глухой маскировке. А может быть потому, что его там

просто нет. Он изучил всеми пассивными поисковыми средствами и две другие позиции,

но там все было точно так же. Оставалось только до боли в глазах вглядываться, надеясь

вычленить хоть какие-нибудь микроскопические признаки.

Одна позиция из трех. Какая же?

 


 

 

Впрочем, он с самого начала знал, что придется полагаться только на боевое чутье.

Это была схватка умов и непредсказуемой интуиции.

Каспер всегда был рациональным снайпером – в этом Курц был уверен. И

прекрасно помнил возможности своего бывшего ученика. Для него не составило бы труда

проследить всю эту цепочку умозаключений с самого начала.

Тогда, получается, он замаскировался где-то еще? Или он сумел предвидеть и такое

предположение?

Урц-6, нужно действовать! Командир и Соске уже почти у них в руках!

назойливо стучался в наушниках голос пилота Гейбо-6. Они ждали в горном распадке за

сопками, изнывая от напряжения.

Курц знал, что больше тянуть нельзя – иначе все пойдет прахом. Как ни пытался он

заглушить лихорадочное ощущение утекающего сквозь пальцы времени и грызущее

беспокойство, сохранить хладнокровие – его пульс невольно учащался, дыхание

становилось все более нервным и неровным.

– Подождите. Подождите еще немного.

Исход снайперской дуэли, победу или поражение определяет то, чем обладает один

из противников, и чего не хватает второму.

Сейчас это – время.

Амальгамовцы могли позволить себе выслеживать противников, не торопясь. Их не

поджимала, не гнала вперед необходимость деблокировать попавших в ловушку

союзников. Для Курца все было по-другому. Каким бы опытным и надежным ни был

Соске, безвозвратно улетающие патроны, словно высыпающийся песок, неумолимо

отсчитывали последние минуты сопротивления. Жестокий цейтнот, в который угодил

Курц, диктовал свои правила – он должен был устранить угрозу до того момента… нет,

уже прямо сейчас.

Нужно было спешить.

Здание в центре города или стальная вышка на территории завода.

Теперь Курц сосредоточился на этих двух позициях, исключив все остальные.

Каспер или там, или там.

Максимальное увеличение в инфракрасном режиме дало возможность заметить на

крыше небольшое бледно-зеленоватое пятно. Температура чуть-чуть отличалась от

ровного фона местности. На верхней площадке вышки тоже слабо мерцала некая

аномалия. Обе они по размерам были сравнимы с бронероботом.

Какая же из них? Где он?

– Урц-6, скорее! – нетерпеливо звал Гейбо-6.

Температура аномалии на крыше горкома была несколько выше. Кроме того, Курц

сумел рассмотреть какие-то странные завихрения – пыльные вихорьки плясали, словно

обходя нечто невидимое. Может быть – бронеробот? Да и призрачно текущие зеленоватые

контуры словно сами собой складываются в припавшую на колено фигуру, подобную

готовому к выстрелу стрелку. Да, это должен быть он. Ошибки нет.

Он решился – и сразу почувствовал облегчение.

Тепловизор. Двадцатичетырехкратное увеличение. Ручной режим наведения.

Дистанция – 3390 метров. Ветер юго-восточный, скорость – пять метров в секунду.

Ошибка наведения в пределах 0,3 микрорадиан.

Прицеливание на два метра правее центра температурной аномалии. Наиболее

вероятно, что кокпит расположен именно там.

Ты попался, Каспер.

Его палец нажал спусковую кнопку.

Вспышка и тяжелый удар. Выстрел 76-миллиметровой пушки пригнул

окружающие низкорослые елки концентрическими кругами. Дульный тормоз пыхнул

огнем и дымом назад, а невидимая глазом бронебойная оперенная стрела с сердечником

обедненного урана с гиперзвуковой скоростью улетела в темноту.

 


 

 

Попадание...

Нет.

Он увидел только фонтан бетонной крошки и облако пыли, вставшее на крыше

горкома чуть дальше того места, куда он целился. Но это был не бронеробот. Снаряд

разбился о бетонную крышу.

Но это означает…

Мгновенно среагировав, он бросил марку прицела на стальную вышку… и не

успел.

В прицеле возникла вершина громадной решетчатой колонны, и на ней – алый

бронеробот. Он выстрелил мгновение назад. Его орудие смотрело точно в окуляр камеры,

и вокруг еще кольцами расходился белый дым, плавно, словно в замедленном кино. И так

же ужасающе медленно рос и приближался направленный прямо в лицо Курцу

бронебойный снаряд.

Удар.

Каспер, который немедленно засек местоположение Курца по вспышке, аккуратно

и точно всадил в него ответный снаряд.

М9 стрелял из положения лежа, поэтому болванка вошла в голову бронеробота,

словно в лоб человеку. Пронзив тонкую броню, радиолокатор, силовые приводы и

радиоэлектронное оборудование, смонтированное в затылке, и лишившись хвостовика, но

практически не потеряв энергии, стрела из обедненного урана вышла наружу, пробила

бронирование верхней части торса и вошла в грудной отсек, где был расположен кокпит.

Вогнав внутрь смертоносные потоки первичных и вторичных осколков и ударную волну,

она разнесла вычислительный блок, заднюю часть кокпита, генератор и позвоночные

амортизаторы, вылетела наружу в районе бедренного сочленения и только там

переломилась и рассыпалась ослепительно вспыхнувшим фейерверком раскаленных

обломков.

У Курца не осталось времени даже для того, чтобы выругаться.

 

Отключив систему ECS и выставив силовое поле лямбда драйвера, он выждал

несколько минут, оставаясь наготове на случай, если поблизости находится еще один

вражеский бронеробот. Убедившись, что новой атаки не последует, Каспер подключил

радиоканал и доложил Калинину:

– Мистер Калиум, я подстрелил Вебера.

– Это достоверно?

– Он ликвидирован. Результат такого попадания – немедленная смерть пилота.

– Хорошо. Тогда следующее задание: подавите оставшееся сопротивление

противника в северо-восточной части полигона.

– Девушку взять живой?

– Приложите все усилия. Если остальных придется уничтожить – мне все равно.

– Вас понял.

Закончив радиообмен, Каспер поднял «Элигор» на ноги и прыгнул вниз, на северо-

восток.

Ему не удалось уловить ни следа огорчения или иных сентиментальных чувств в

голосе Калинина, узнавшего о гибели своего бывшего подчиненного. Он сам тоже не

чувствовал ни малейшей вины. Напротив, его несло радостное возбуждение, знакомое

многим удачливым охотникам.

Вебер. Ему не повезло, какая жалость.

Безусловно, крыша здания горкома партии была позицией номер один. Если бы

Каспер не знал, что его противник – Вебер, конечно, он там бы и расположился. Но он

отказался от этой мысли – потому, что знал. Именно это место должно было приковать

внимание Курца. Он приказал одному из амальгамовцев зажечь и поставить на крыше

 

 


 

 

маленькую газовую горелку. Подозрений, которые вызвала ее тепловая сигнатура,

оказалось достаточно.

Вебер попался на крючок, как он и предполагал.

Ведь у него не было времени, верно? Он оказался нетерпелив.

Это было поражение. Касперу хотелось бы знать, что почувствовал Курц, когда

прогремел ответный выстрел. Наверное, в глубине сердца предчувствовал, что так и

получится? Ведь ему не хватило именно того, что остро требовалось в этот судьбоносный

и критический момент – концентрации. Да, он принял решение слишком поспешно.

Следовало подумать лишнюю минуту и взвесить все еще раз. Возможно, тогда даже сам

Каспер угодил бы в неприятность.

Сочувствую тебе, мой ученик. Но спасибо – это было остро.

Не зря говорили, что у тебя природный талант.

Был.

Пять лет назад один из нанимателей привел тебя, сказав – «интересный пацан».

Кажется, твоим первым был бывший террорист из Японской Красной Армии? Ты говорил,

что убил его, чтобы отомстить за гибель своей семьи. Когда для проверки тебя бросили в

настоящий бой – ты показал, на что способен. Показал, что обладаешь всем, что

необходимо снайперу. Цепкостью взгляда и терпением, способностью к продолжительной

концентрации, недюжинным воображением, позволяющим нарисовать баллистическую

кривую в сознании, спроецировать ее еще до выстрела. Это можно было назвать

природной одаренностью или даже гениальностью.

Поэтому мы позволили тебе присоединиться.

Да, ты действительно был талантом. Поразительно быстро впитал в себя все

приемы и навыки, которые полировались в династии снайперов в течение двухсот лет –

словно сухая губка. За год – всего за год! – ты стал стрелком, которому не было равных в

команде.

Но все же. Не тебя называли Призраком.

Боевая тактика, чтение карты, надежная и стабильная связь, искусство маскировки

и наблюдения – ты изучил все. Не остановился на этом, постиг множество тонкостей,

заключенных в нашем оружии – винтовках. Винтовки, патроны и пули, таинственные

откровения внутренней и внешней баллистики – все покорилось тебе.

Но, ученик мой. Не тебя называли Призраком.

В какое-то волшебное мгновение все это сливается, сплавляется вместе в

алхимическом тигле. Течение времени, взаимодействие всех материалов – в этот миг ты

получаешь власть над всем, создавая великолепное произведение искусства. Секунда,

когда тебе подвластно все, когда ты можешь повелевать самой последней молекулой – она

страшно коротка. Именно это называют божественным озарением. Оно не приходит к

каждому. Для этого надо быть избранным.

В итоге, исход дуэли решает совсем не тактика. Тебе было бы полезно это понять.

Но – у тебя не получилось. Ангел не спустился к тебе именно потому, что ты – такой.

Я готов был помочь тебе. В твоем личном отмщении. Я преподал тебе все свое

искусство, без утайки. Но тебе не суждено было превзойти учителя. Ты навсегда

останешься в тени. Вторым.

Курц Вебер. Ты оказался глупцом.

Мой ученик.

Тебе не повезло. Какая жалость.

Алый «Элигор» Каспера прыгнул, преодолевая целые кварталы руин. Он торопился

на поле боя. Последней схватки, развернувшейся в северо-восточной части мертвого

города.

 


 

 

До ушей Соске донеслись далекие раскаты артиллерийской канонады. С юга. Два

выстрела из крупнокалиберных снайперских орудий, состоящих на вооружении

бронероботов.





Дата добавления: 2017-01-14; Просмотров: 48; Нарушение авторских прав?;


Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет



ПОИСК ПО САЙТУ:





studopedia.su - Студопедия (2013 - 2017) год. Не является автором материалов, а предоставляет студентам возможность бесплатного обучения и использования! Последнее добавление ip: 54.81.108.205
Генерация страницы за: 0.041 сек.