Студопедия

КАТЕГОРИИ:


Архитектура-(3434)Астрономия-(809)Биология-(7483)Биотехнологии-(1457)Военное дело-(14632)Высокие технологии-(1363)География-(913)Геология-(1438)Государство-(451)Демография-(1065)Дом-(47672)Журналистика и СМИ-(912)Изобретательство-(14524)Иностранные языки-(4268)Информатика-(17799)Искусство-(1338)История-(13644)Компьютеры-(11121)Косметика-(55)Кулинария-(373)Культура-(8427)Лингвистика-(374)Литература-(1642)Маркетинг-(23702)Математика-(16968)Машиностроение-(1700)Медицина-(12668)Менеджмент-(24684)Механика-(15423)Науковедение-(506)Образование-(11852)Охрана труда-(3308)Педагогика-(5571)Полиграфия-(1312)Политика-(7869)Право-(5454)Приборостроение-(1369)Программирование-(2801)Производство-(97182)Промышленность-(8706)Психология-(18388)Религия-(3217)Связь-(10668)Сельское хозяйство-(299)Социология-(6455)Спорт-(42831)Строительство-(4793)Торговля-(5050)Транспорт-(2929)Туризм-(1568)Физика-(3942)Философия-(17015)Финансы-(26596)Химия-(22929)Экология-(12095)Экономика-(9961)Электроника-(8441)Электротехника-(4623)Энергетика-(12629)Юриспруденция-(1492)Ядерная техника-(1748)

Full Metal Panic! 3 страница




Пока адмирал Борда просматривал обычные ежедневные отчеты, машина въехала в подземный гараж одного из крупных зданий в центре города. Официально, здание считалось главным офисом охранного агентства «Аргирос», но, на самом деле, здесь находилась штаб-квартира Оперативного отдела Митрила. В этом здании были сосредоточены системы связи и штабы, которые управляли разными подразделениями по всему миру и связывали их в единую сеть.

Хотя на первый взгляд этого и нельзя было сказать, здание представляло собой настоящую крепость. Потенциальным захватчикам, будь это даже армейская штурмовая группа, пришлось бы атаковать главные ворота по всем правилам военного искусства. Их ожидал ливень крупнокалиберных пуль, минометный обстрел и прочие неприятности. Закончив сложные процедуры идентификации, адмирал Борда выбрался из машины, и, направляясь по гулкому залу подземной парковки к лифту, столкнулся с капитаном Вагнером, одним из штабных офицеров. Тот как раз шел на работу и поприветствовал его первым:

– Доброе утро, сэр.

Американец лет пятидесяти, он носил на левом глазу черную повязку и немного приволакивал ногу, словно капитан пиратского корабля. Адмирал Борда хорошо знал, что он далеко не всегда просиживал штаны на штабных должностях.

– Доброе утро, капитан. Жарковато сегодня.

– Так точно, сэр. Мы немедленно проведем комплексную проверку вентиляционной системы.

– Не стоит беспокоиться. Кстати, как дела с Джексоном?

– Мы подготовили результаты допроса еще три недели назад.

– А что с ним сейчас?

– Он находитcя в лазарете. С ним обошлись достаточно жестко.

Они вошли в лифт и молчали, пока двери не закрылись. Когда они остались наедине, Борда проговорил:

– Мы разобрались почти на восемьдесят процентов. Полностью уверенными быть пока нельзя, но, вероятно, компания «Геотрон» замешана в этом деле.

Поняв, что именно это может означать, Вагнер подобрался:

– Амитт ведет себя странно. Нам следует учитывать это, разбираясь в их отчетах.

– Вы не думаете, что генерал…

– Не знаю. Пока сэр Мэллори не проявляет признаков беспокойства, очевидно, время убираться отсюда еще не пришло. Надеюсь, хотя бы на данный момент это место безопасно. Придется смириться с ежедневным теплым приемом службы безопасности.

– Да, они не смогут нас достать, если только не используют бомбардировщики.

Лифт остановился на двадцать шестом этаже.

Они вошли в двухсветный зал, где уже работали несколько операторов и связистов из персонала штаб-квартиры. В командном центре было темно и, вместо окон, его смутно освещали огромные экраны над пультами. Все это напоминало немного увеличенный боевой информационный центр эсминца, оснащенного электронной системой обнаружения и слежения типа «Иджис[17]».



– Похоже, обстановка обостряется… – сказал адмирал Вагнеру, одновременно отвечая на приветствия подчиненных, – и вражеская система управления принципиально отличается от всего, с чем мы до сей поры встречались. Если бы не это, мы не оказались бы в таком тупике, как сейчас. Обычные разведывательные сети и конвенционные принципы ведения разведки бессильны перед ними. Это отмечала и Тесса…

В этот момент командный центр потряс чудовищный удар. Блеснула ослепительная вспышка, стены вспучились и треснули; в воздух взметнулись осколки разбитых вдребезги экранов, металлические обломки, разорванные на куски тела людей. Все это слилось во всесокрушающий вал смерти, летящий ему в лицо.

Это было последнее, что увидел адмирал Джером Борда.

 

Светало, а он так и не сомкнул глаз. Положив на колени привычный пистолет-пулемет[18], Соске устроился на водительском кресле неприметного микроавтобуса, который при ближайшем рассмотрении оказался инкассаторским фургончиком с легким противопульным бронированием корпуса и пуленепробиваемыми стеклами.

Они находились на парковке, граничившей с большим парком, расположенным в северной части района Тефу-си. На площадке было тихо и припаркованных автомобилей было немного. Внутри фургончика было очень холодно – он уже давно не заводил двигатель.

Вчерашней ночью, после перевернувшего все появления Леонарда, они, естественно, не осмелились остаться у Канаме в квартире даже лишнюю минуту. Как и предполагал Калинин, Соске, используя свои личные связи, подготовил маршруты отступления на случай экстренной ситуации. После сеанса радиосвязи с базой Мерида они торопливо упаковали пару сумок и скрылись в ночи на машине, приготовленной Соске заранее.

Пытаясь избавиться от возможной слежки, они метались по пустынным столичным магистралям и дважды меняли машины.

Сейчас они должны были быть в безопасности, пусть ненадолго.

Они так и не смогли с прошлой ночи войти в контакт с агентом Разведывательного отдела Митрила, известного им под кодовым именем «Тень». Конечно, он должен был бы обнаружить вторжение Леонарда в квартиру Канаме, но, вероятнее всего, он и сам был уже небоеспособен к тому моменту. В любом случае, Соске не мог положиться на этого шпиона и уже в течение нескольких месяцев, когда ему нужно было отлучиться, вызывал на смену кого-то из бойцов PRT[19] c «Туатха де Данаан».

Он услышал, как Канаме пошевелилась на заднем сиденье. Она свернулась там калачиком в армейском спальном мешке.

– …Который час?

– Почти восемь. Ты выспалась?

– Да…

Канаме потерла сонные глаза и села, наполовину высунувшись из спальника. На ней была помятая школьная форма, переодеться она так и не успела.

– Умыться бы…

– Прости, не получится.

– А как насчет завтрака?

– Держи.

Соске вытащил из кармана упаковку энергетического концентрата «Калорие Мате» и перебросил в руки Канаме.

– Там лежит пакет молока и фруктовый сок. Поешь, как следует, нам понадобятся силы. Возможно, придется драться.

– Но ведь нас должен забрать вертолет?

– Всякое может случиться.

Транспортно-десантный вертолет, высланный «Митрилом», должен был приземлиться точно на автостоянке. Назначенная точка встречи находилась за взлетным полем аэродрома Тефу, вокруг виднелись пустынные сейчас кампусы нескольких школ и плоские берега реки Тамагава.

В последней зашифрованной передаче, которую Сагара получил несколько часов назад, сообщалось, что на борту вертолета будет «Арбалет». За это следовало поблагодарить Тессу. Она учитывала даже самый худший вариант развития событий, но Соске искренне надеялся, что ему не придется воспользоваться бронероботом. В противном случае, их ждало только одно – сражение не на жизнь, а на смерть.

– Эй, я собираюсь переодеться, так что не смотри назад.

– Понял, – ответил Соске, и отвернул в сторону зеркало заднего вида. Он слышал, как она шуршит одеждой на заднем сидении и роется в сумке.

– …Вот беда, даже переодеться не во что... Не помню, оставила ли я зернышек для хомячка. И кондиционер, кажется, не выключила…

Она говорила так, как будто собиралась скоро вернуться в свою квартирку, как это бывало раньше.

– Я ведь смогу вернуться домой, как ты думаешь? – спросила она, и ее голос был затуманен беспокойством. Она почувствовала, что Соске молчит неспроста.

– Как тебе сказать…

– Так что же?

– Не знаю…

У него не хватило смелости сказать ей правду. Все кончено. Именно об этом они говорили с Хаясимидзу Ацунобу днем раньше. Соске очень хорошо знал, что они уже шагнули через Рубикон, и возврата нет.

Все прошедшие девять месяцев Митрил тайно прилагал массу усилий для того, чтобы информация о Чидори не стала достоянием общественности. Используя обман, давление и подкуп, они заставляли прессу и правительство молчать.

Вычислительный центр Митрила активно распространял ложную информацию в Интернете, используя уникальную систему искусственного интеллекта, которая находилась в его распоряжении. Если кто-либо выступал со словами: «Смотрите, от нас что-то скрывают!» то еще до того, как он смог бы привести доказательства, в сети возникали скептические реплики: «Ого, очередной маньяк-конспиролог! Еще один тайный мировой заговор… или это новое нападение зеленых человечков?».

Специальные программы искусственного интеллекта Митрила повсюду вмешивались в дискуссии на форумах, провоцировали споры, отвлекали внимание, используя клевету и оскорбления, не давали высказаться людям, которые что-то знали, создавали искусно сотканную дымовую завесу. В итоге, едва один человек из сотни смог бы разглядеть истину среди паутины ложной информации. Люди могут устать, отвлечься, но искусственный интеллект днем и ночью стоял на страже, неустанно и терпеливо. Задолго до того, как любопытные принялись бы задавать неудобные вопросы о «странной девушке», она исчезла бы как сон, как утренний туман среди зеркальных отражений. И все, что осталось бы в памяти людей, так это только: «Все это пустые слухи!»

Митрил был не единственной организацией, которая вела подобную информационную войну. Тем же самым повсюду занимались разведки государств, преступных синдикатов и влиятельных корпораций. При наличии финансовых средств, талантливых людей и современного оборудования это было не так уж трудно.

Однако все на свете имеет предел. В громадном мегаполисе Канаме легко терялась среди миллионов людей. Но в обычной школе, пусть даже среди тысячи учеников, ни взятки, ни запугивания, ни ложная информация не могли бесконечно скрывать ее. Какими бы наивными и доверчивыми не были люди в школе. Слова Хаясимидзу лишний раз подтвердили это, а ведь он был тем человеком, который фактически формировал общественное мнение школы.

Не было ли какого-нибудь способа сделать Канаме бесполезной для врагов? Соске много раз ломал голову над этим. Если бы только найти выход, снять ее с крючка…

Может быть, бросить всю информацию, скрытую в сознании Канаме в лицо всему миру, всем, кто только пожелает услышать? Получив вожделенную «черную технологию», не перестанут ли враги преследовать ее? После происшествия в Гонконге он попробовал предложить это Тессе. Ответом была тоскливая улыбка, и слова: «Сержант Сагара, вы не первый человек, которому пришла в голову эта мысль…»

Тесса не раскрыла ему деталей, но дала понять, что это бесполезно. Разве жадные кладоискатели бросят лопаты и мотыги, если показать им маленький самородок, и сказать: «Это все. Здесь больше ничего нет?».

«Посвященные» не были теми счастливцами, что нашли «сокровище».

«Сокровищем» были они сами.

Не дар, но проклятие.

От судьбы не уйти.

Невозможно.

Как мог он сказать ей это в лицо?

Его руки стискивали рулевое колесо все сильнее.

Чидори…

Вчера, до того как по пути домой он сказал Канаме: «Давай возьмемся за руки», Соске почти набрался духа сказать ей те слова, что огнем горели в его груди, но никак не могли вырваться наружу.

Давай бросим все и уйдем вдвоем. Только мы с тобой.

Неважно, что будет дальше. Сбежим туда, где нас никто не знает, забудем наши имена и утонем в тихой повседневности. Неважно, если мы будем бедны. Если нам нечего будет есть, я стану воровать. Если внешний мир попытается достучаться до нас, мы просто закроем глаза, заткнем уши и не отзовемся. И будет день, когда в наших душах воцарится мир. Наш с тобой мир. Твой и мой…

И сейчас его вдруг резанули слова Леонарда:

«Ты убил втрое больше людей. Как минимум…»

«Кому-то нравится убийца».

«Мне кажется, что это несправедливо».

Это была правда.

Соске убивал не только в честном бою. Ему приходилось стрелять в спину бегущим. Взрывать грузовики, набитые зелеными новобранцами. Убивать перепуганных, молящих о пощаде пленных, чтобы скрыть следы своей разведгруппы.

Он делал это не ради развлечения. Это была необходимость.

Но это была правда.

Теперь он понял, те девять месяцев, что он провел в Токио, открыли ему глаза. Он осознал, насколько кровавой и безумной была его жизнь.

Полюбить головореза, с руками по локоть в крови? Был ли он достоин того, чтобы даже бежать вместе с ней?

Должно быть, он казался ей чудовищем.

– Что с тобой?

– А, не обращай внимания…

Он так и не смог признаться.

Тоска и опустошение терзали его.

Он почувствовал себя так же, как тогда, девять месяцев назад в горах Северной Кореи. Заблудившись в темноте под ледяным дождем.

Канаме закончила переодеваться и разрешила поправить зеркало. Взглянув, Соске увидел, как она открывает пакет с соком.

– Как тихо… может быть, включишь радио?

– Хорошо.

Немного приглушив звук, он подвигал рычажок настройки. Два красивых голоса наполнили кабину печальной мелодией. Канаме слушала как завороженная, не предлагая поменять станцию, и лишь машинально отщипывала кусочки от своего батончика, пока музыка не затихла.

– …Прекрасная песня. Это был Питер Габриэль[20], «Mercy Street», – тихим голосом проговорил ведущий радиопередачи, – …у нас есть еще одна песня для вас, но… мы только что получили шокирующее сообщение. Дадим слово мисс Кобаяси из агентства новостей.

Взволнованно заговорила женщина-репортер:

«…Здравствуйте, с вами Кобаяси. Только что произошел большой взрыв в центре Сиднея, столицы Австралии. Согласно срочному сообщению, которое мы получили от «Ассошиэйтед пресс», сегодня, приблизительно в семь часов тридцать минут по токийскому времени, очевидцы услышали звук мощного взрыва и наблюдали языки пламени, вырывающиеся из окон 26-ти этажного офисного здания. На данный момент у нас нет информации о жертвах. Это здание – штаб-квартира охранного агентства «Аргирос», но мы не знаем, несчастный случай это или террористический акт. Мы также не знаем, находились ли там граждане Японии…»

Но ведь здание «Аргирос» – это штаб-квартира Оперативного отдела Митрила?

Соске немедленно достал свой портативный терминал и подсоединился к теле-трансляции. На экране появилась панорама делового района Сиднея. Из окон высотного здания жирными черными клубами валил дым. Передача, очевидно, велась с крыши здания напротив. Он с первого же взгляда определил, что удар был нанесен снаружи, вероятнее всего это было попадание пятисоткилограммовой фугасной бомбы. И не единственное.

Несмотря на совершенные системы безопасности, штаб-квартира Оперативного отдела была уничтожена. Противник нанес удар авиабомбой, очевидно, самонаводящейся по системе координат GPS, с большой высоты и дистанции.

– Что случилось?.. – спросила Канаме дрожащим голосом, перегнувшись с заднего сиденья.

Развернув антенну прибора спутниковой связи, Соске связался с базой острова Мерида. Ответила дежурная женщина-оператор из командного центра.

– Что происходит?

– Мы знаем только то, что штаб-квартира операций была подвергнута бомбардировке. С ними нет связи, – сказала она нервно, очевидно, будучи уже в курсе событий в Сиднее. – Но это еще не все. Потерян контакт с базами Средиземноморской и Южно-Атлантических оперативных групп… и, примерно пять минут назад мы получили сообщение с базы оперативной группы Индийского океана о том, что в их направлении движется серия крылатых ракет.

На секунду передачу прервали помехи. Потом связь восстановилась.

­– Вы слышите меня? Прием!

–…Отвечайте, Урц-7… да, слышу вас хорошо. Во всем диапазоне помехи. Похоже, что это какие-то мощные электромагнитные возмущения. Линии Е и D также забиты… что происходит?

– Синохара?

– Извините. Я не могу связаться ни с майором, ни с капитаном второго ранга, на связи лейтенант Крузо.

В динамике щелкнул переключатель.

– Белфанган Крузо на связи. Слушаю вас, сержант, – раздался гулкий мужской голос. Это был командир команды SRT.

– Лейтенант!

– Ситуация в данный момент неясная. Вероятно, все остальные базы оперативных групп подверглись нападению. Мы расцениваем это как начало полномасштабных боевых действий. Объявлена боевая тревога. Ожидаем развития событий.

– Боевых действий?

– Ты правильно понял меня. Мы не можем позволить им делать то, что они захотят. Вы должны встретиться с Гейбо-9 согласно плану и вернуться как можно быстрее. Стоп… – Крузо на другом конце линии замешкался. – …Отставить. План изменился. После встречи с вертолетом ждите связи в точке Ромео-13.

Они все равно не успели бы вовремя. База каждую секунду могла быть атакована. Даже на максимальной скорости им понадобилось бы шесть часов, чтобы добраться туда. Неужели испытанной боевой связке Сагары Соске и «Арбалета» придется отсиживаться в резерве на маленьком островке в архипелаге Бонин, пока его товарищи сражаются?

– Понятно, сержант? Сберегите «Ангела» любой ценой. «Арбалет» тоже.

– Вас понял. Лейтенант, я говорил вчера майору Калинину, противник имеет самые серьезные намерения. Будьте осторожны.

Завывающий скрежет помех в динамике усилился.

– Не слышу вас, повторите…

– Я сказал, они сер…

– Ты меня слышишь, Урц-7?! Прием!..

Шум стал очень громким, и связь резко оборвалась.

Тишина. Канаме тревожно посмотрела на нахмурившегося Соске.

Боевые действия? Серьезно?

В отличие от штаб-квартиры Оперативного отдела в центре Сиднея, региональные базы Митрила были очень хорошо защищенными объектами. Бомбардировщикам противника было бы сложно даже приблизиться к ним из-за мощной ПВО. Более того, на каждой базе дислоцировались боевые подразделения, имелись большие запасы боеприпасов, мощные фортификационные сооружения и средства раннего обнаружения. Если целью противника действительно было уничтожение базы острова Мерида, то для этого понадобилось бы не менее полка морской пехоты. Однако, перемещение подразделений таких размеров «Митрил» никак не мог не заметить.

Нет…

Что если у них были бронероботы, оснащенные лямбда-драйвером? Не могло быть сомнений в том, что враг имеет доступ к превосходящим технологиям. Они сумели подавить помехами связные коммуникации Митрила. Но мощности, задействованные для создания таких помех, превосходили всякое воображение.

– Что происходит?.. – осторожно спросила Канаме.

– Мы не летим на остров Мерида.

– Что?

– Возможно, противник атакует его. Это может быть опасно.

– Что ты имеешь в виду?

Не успел Соске ответить, как из динамика терминала прозвучал следующий сигнал. Вызывал многоцелевой вертолет MH-67, позывной Гейбо-9, направленный Западно-Тихоокеанской оперативной группой, чтобы подобрать их.

Они смогли принять передачу по цифровому каналу, но сигнал был очень слабым. И это было еще не все: телепередачи также оказались забиты помехами. В эфире шла одна статика. Соске пытался понять, глушилась ли связь только в ближайшем районе, или помехи распространялись на большей территории.

– Говорит Урц-7. Посадочная зона безопасна.

– Гейбо-9. Проходим над окраиной Ацуги[21]. Обозначьте посадочную площадку, – женский голос прорвался сквозь шум в эфире. Это была лейтенант Ева Сантос, пилот вертолета. Соске и Канаме слышали ее не в первый раз, но теперь ее голос поистине звучал ангельским пением.

– Урц-7, вас понял. Посадочная зона …

Внезапно Соске остановился на полуслове. Спина его покрылась холодным потом.

Осторожно выглянув из окна фургончика, он стиснул автомат, и знаком велел Канаме пригнуться.

– Говорит Гейбо-9, что случилось? Урц-7, отвечайте!

– Это Урц-7, мы окружены. По крайней мере, пятью роботами типа «Аластор». Вижу также солдат, вооруженных автоматами, четыре… пять… шесть. Восемь штук. Они на расстоянии восьмидесяти метров, укрылись в зарослях к северо-востоку.

– Черт возьми! Как они успели тут оказаться?

– Пожалуйста, поторопитесь.

– Гейбо-9, вас понял. Постарайся продержаться, Соске!

– Попробуем.

Соске щелкнул предохранителем пистолета-пулемета. Соотношение сил – тринадцать к одному. А если противник хорошо подготовился, то, наверное, еще больше.

Смогу ли я победить?..

Вероятно, нет.

Но другого выбора нет.

– Соске?..

– Прости, Чидори, – прошептал он, – но эти пять минут будут очень долгими.

Из дюжины врагов, окруживших припаркованный фургон, не менее половины были роботами. Он вспомнил «Пацифик Хризалис». Человек в одиночку не мог сражаться даже против единственного «Аластора».

– Ложись на сиденье и не высовывайся, что бы ни случилось, – велел Соске побледневшей Канаме.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты что, не слышишь? Нас окружили, будем прорываться.

Соске повернул ключ зажигания и резко пригнулся в сторону пассажирского сиденья. Немедленно раздались выстрелы. Хлесткие щелчки раскатились в салоне, и лобовое бронестекло покрылось концентрическими пробоинами. Как он и ожидал, опытный вражеский снайпер целился в водителя. Пули, пробившие бронированное стекло, вспороли подголовник, где секунду назад была голова Соске.

Канаме вскрикнула, когда на нее посыпались куски поролона и кожзаменителя из пробитого сиденья.

– Пригнись!

Прячась за приборной доской, Соске выжал передачу, нажал на газ и фургон сорвался с места. Ночью он несколько раз прогревал двигатель, иначе завести его было бы тяжело. Заднеприводной фургон пошел юзом, из-под пробуксовывающих колес повалил дым. Прозвучало несколько выстрелов с другого направления. Пули ударили в водительскую дверь и капот, выбив частую барабанную дробь из бронелистов корпуса.

Бешено завертев руль, Соске развернул фургон в противоположную сторону от выезда с парковки. Было очевидно, что там уже ждет засада.

Град автоматных очередей окатил их справа. Враги целились по колесам. Соске сразу определил по звуку, что они использовали германские штурмовые винтовки калибра 5.56 мм. Прекрасно, они не смогут пробить пулестойкие шины пулями такого калибра. Фургон взревел двигателем и ускорился. Он стремительно протаранил проволочную изгородь парковки и вылетел в узкий проезд.

Внезапно перед ним возникли три тени. Выпрыгнувшие на асфальт гиганты были одеты в длинные черные плащи.

«Аласторы».

Роботы синхронно подняли манипуляторы, нацелив свои встроенные ручные винтовки в лобовое стекло. Соске включил дальний свет и нажал на газ до упора. Враги даже не пытались уклониться. Ведь они не были людьми. Раздался залп, и лобовое стекло покрылось непрозрачной паутиной трещин. Соске согнулся, чтобы уйти с линии огня, и снова газанул. Фигуры вражеских роботов стремительно увеличивались, преграждая дорогу, будто столбы.

Удар.

Канаме взвизгнула сзади, ее сбросило в промежуток между сиденьями. Одного из «Аласторов» снесло, и он улетел куда-то влево. Однако двое оставшихся сумели, используя свою нечеловеческою силу и выносливость, зацепиться и повиснуть на фургоне. Первый оказался прямо на капоте, прямо перед глазами, а второй держался со стороны пассажирской двери.

Только не останавливаться. Не останавливаться, иначе – все кончено.

Соске яростно боролся со взбесившимся рулевым колесом. Восстановив контроль, он решительно направил машину на сетчатое ограждение. Раздался душераздирающий треск, и брызнули искры. Фургон подпрыгнул, как необъезженный мустанг, его занесло, но, оборвав зацепившуюся проволоку, он ринулся дальше. Поразительно, но «Аласторы» сумели удержаться.

Не успел он перевести дыхание, как впереди возникла широкая пустынная улица. Оказавшись на ровной мостовой, фургон начал стремительно разгоняться.

Враг, повисший на пассажирской двери, выстрелил в упор по боковому бронестеклу. Стекло рассыпалось, мелкие колючие брызги засыпали весь салон. Робот на капоте размахнулся громадным кулаком и с чудовищной силой вышиб лобовое стекло. Следующий удар предназначался водителю.

Разогнавшись, Соске вывернул руль влево, и прижался бортом фургона к кирпичной стене дома. Робота, висевшего слева, зажало между стеной и машиной, но он впился в дверь, как клещ, и не отцеплялся. С нечеловеческим спокойствием он попытался снова прицелиться в Соске.

Фургон срикошетил. Набрав инерцию, Соске еще раз размазал противника по стене. Наконец «Аластора» сорвало, и он, кувыркаясь, покатился по тротуару.

– Соске, берегись!!!

Он не успел даже перевести дыхание. Крик Канаме заставил его повернуться вперед, и он оказался лицом к лицу с «Аластором», который уже перегнулся через капот и вытянул манипулятор сквозь выбитое лобовое стекло, пытаясь дотянуться до его горла. Нет, он не пытался схватить его. Зияющее дуло посреди ладони робота смотрело прямо в лоб Соске.

– Твою мать[22]!!!

Он изо всех сил ударил по тормозам. Фургон резко клюнул носом, сбивая прицел противнику. Выстрел. Соске почувствовал ослепляющий удар, пуля шаркнула по волосам.

Он успел зажмуриться, но ударная волна от выстрела в упор оглушила его. Мир плавно закружился, изо всех звуков остался лишь далекий писк в правом ухе. Пороховой дым жег глаза, и он почти ничего не видел. Контуженая голова отяжелела и клонилась к коленям.

– Он здесь!!!

Слабый голос Канаме встряхнул его и заставил действовать. Нашарив пистолет-пулемет на пассажирском сиденье, он выпустил длинную очередь в голову противника. «Аластора» отбросило назад, но он остался на капоте. Соске прицелился в запястье врага, и разрядил в него остаток магазина. Металлические осколки брызнули во все стороны, и Соске почувствовал, как острая боль обожгла левую руку.

Протерев грязным рукавом слезящиеся глаза, он увидел, что «Аластор» успел зацепиться второй рукой и пытается удержаться на капоте. Соске резко повернул руль вправо, затем влево. Взвизгнув покрышками, фургон вильнул, и враг свалился.

Он снова разогнался. Машина дребезжала на ходу и издавала странные звуки. Он попытался проверить, что происходит позади, но зеркала заднего вида на месте не было.

– Чидори, ты не ранена? – прокричал Соске сквозь бьющий в лицо ветер. Правым ухом он почти ничего не слышал.

– Я…я цела…

Убедиться в этом он не успел, потому что увидел преследующий их черный автомобиль. Когда Соске попытался повернуть на перекрестке направо, его рука соскользнула с рулевого колеса. Оно было в крови. Левая рука ниже локтя была вся окровавлена. Кусок металла размером с билет торчал из его рукава.

Что же, чтобы остановить его, этого недостаточно. Перевязкой можно будет заняться попозже.

Он промчался на красный сигнал светофора, свободной рукой вставляя в автомат новый магазин. При этом чуть не сбил спешившую на работу женщину, похожую на секретаршу.

– Соске?!

– Если мы остановимся – нам конец!

– Но так нельзя! …

– Ты что, не слышала, что я сказал?! Пригнись!!!

Сзади загремело, несколько пуль врезались в корму фургона. Преследователи снова открыли огонь. Их не беспокоило, что это было утро в густонаселенном жилом районе.

– Дай мне автомат!

– Нет, – решительно отказал Соске. – Ты не должна стрелять!

– …Но почему?!

– Ты не прикоснешься к оружию!

Она никогда не училась стрелять, так что все равно никуда не смогла бы попасть.

Но главным было то, что он не хотел видеть смертоносное оружие в ее руках.

Нет, только не она!

 

 

*****

 

 

Коммуникационные линии с оперативной группой Индийского океана также были прерваны. Дежурная связистка, сержант Синохара, испробовала все, что только можно. Она даже попыталась использовать гражданские телефонные линии, но это тоже не помогло.

– Это не обычные электромагнитные помехи. Мы не можем использовать даже коммерческие спутниковые линии связи, в чем же дело? – пробормотала Тесса, сидевшая в своем кресле в командном центре подземной базы острова Мерида. Она не покидала его со вчерашней ночи, все время оставаясь наготове, и лишь однажды немного подремала. Ее униформа сидела, как всегда, безупречно, но под глазами появились темные круги, и она невероятно устала.

Она очень переживала об адмирале Борда, который был ее родным дядей, и которого она обожала, но сейчас она не могла позволить чувствам взять верх. Это касалось и Соске с Канаме.

– Сбой связи происходит в глобальном масштабе, командир, – сказала ответственная за связь сержант Синохара, стремительно считывая показания мониторов на пульте связи. – Большинство разведывательных спутников, включая «Стинг», вышли из строя. Это относится не только к сетям Митрила. Коммерческие телекоммуникационные и навигационные спутники не работают, системы «Навстар», «Комстар», серия «Кейхоул[23]», другие американские военные спутники неработоспособны. Телевизионные станции, которые освещали события в Сиднее, прервали трансляцию несколько минут назад.

Тесса стиснула зубы.

– Возможно, это солнечный ветер, но велика ли вероятность?..

Возмущения электромагнитных волн, излучаемых Солнцем, назывались солнечными ветрами. Когда активность солнечных пятен усиливалась, Земля оказывалась под непрерывным ливнем электромагнитного излучения. Наблюдения за Солнцем позволяли предсказывать с достаточной точностью такие события, и тогда выходили предупреждения об «электромагнитных бурях». Благодаря прогрессу в защитных мерах в большинстве случаев солнечные помехи причиняли лишь незначительные неполадки в спутниковых и наземных коммуникационных сетях.

Но это можно было сравнить с землетрясениями.

Среди череды привычных слабосильных толчков вдруг случается десятибалльное землетрясение. Его невозможно точно предсказать, и единственное, что можно сделать, это собрать потом осколки. Непредсказуемо, как падение акций на биржевом рынке или крупномасштабная эпидемия.

Когда Земля оказывалась под ударом солнечного ветра после мощной вспышки солнечной активности, причиненный урон был сопоставим с электромагнитным импульсом от ядерного взрыва. На человеческое тело это не оказывало эффекта, но причиняло огромный ущерб точному электронному оборудованию. Кабельная связь тоже не была исключением.





Дата добавления: 2017-01-14; Просмотров: 48; Нарушение авторских прав?;


Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет



ПОИСК ПО САЙТУ:





studopedia.su - Студопедия (2013 - 2017) год. Не является автором материалов, а предоставляет студентам возможность бесплатного обучения и использования! Последнее добавление ip: 54.166.245.10
Генерация страницы за: 0.026 сек.