КАТЕГОРИИ: Архитектура-(3434)Астрономия-(809)Биология-(7483)Биотехнологии-(1457)Военное дело-(14632)Высокие технологии-(1363)География-(913)Геология-(1438)Государство-(451)Демография-(1065)Дом-(47672)Журналистика и СМИ-(912)Изобретательство-(14524)Иностранные языки-(4268)Информатика-(17799)Искусство-(1338)История-(13644)Компьютеры-(11121)Косметика-(55)Кулинария-(373)Культура-(8427)Лингвистика-(374)Литература-(1642)Маркетинг-(23702)Математика-(16968)Машиностроение-(1700)Медицина-(12668)Менеджмент-(24684)Механика-(15423)Науковедение-(506)Образование-(11852)Охрана труда-(3308)Педагогика-(5571)Полиграфия-(1312)Политика-(7869)Право-(5454)Приборостроение-(1369)Программирование-(2801)Производство-(97182)Промышленность-(8706)Психология-(18388)Религия-(3217)Связь-(10668)Сельское хозяйство-(299)Социология-(6455)Спорт-(42831)Строительство-(4793)Торговля-(5050)Транспорт-(2929)Туризм-(1568)Физика-(3942)Философия-(17015)Финансы-(26596)Химия-(22929)Экология-(12095)Экономика-(9961)Электроника-(8441)Электротехника-(4623)Энергетика-(12629)Юриспруденция-(1492)Ядерная техника-(1748) |
Региональное развитие на территории Европейского Союза
В Европейском Союзе темы регионализма вот уже по меньшей мере 15 лет остаются в центре политических и научных дебатов. Еще в 1988 г. Европарламент, отдавая дань важности этой темы, принял «Хартию регионализма», в которой дано определение региона. В документах ЕС отмечалось, что «регион — это оперативный орган и институциональная ткань Сообщества». В Западной Европе развитие регионализма естественным образом привело к разработке концепции «Европы регионов», отражающей возросшее значение субнациональных территориальных общностей в ЕС и имеющей целью определить место регионов в Евросоюзе. Несмотря на то что лозунг «Европы регионов» стремительно завоевал популярность, четкого представления о содержании этой концепции не сложилось до сих пор. Наибольшее распространение получили три «видения» «Европы регионов». 1. Радикальная интерпретация «Европы регионов» в смысле отмирания национального государства и формирования единой Европы двух уровней — наднационального и регионального. Сторонники этого подхода полагают, что национальное государство — это анахронизм, оно не выполняет более никаких полезных функций: с одной стороны, оно слишком далеко от конкретного человека и не может поэтому дойти до его нужд, с другой стороны, оно слишком мало для того, чтобы играть активную роль на международной арене. Представляется, что подобный радикальный подход несколько наивен. Национальное государство в Европе нельзя «отменить». Оно видоизменяется под влиянием процессов глобализации и регионализации, но ни в коем случае не отмирает. Сегодня радикальная точка зрения на «Европу регионов» уже не пользуется большой популярностью, как это было, например, В 1950—1960-е г., когда федеративную «Европу регионов» предполагалось построить на послевоенной созидательной волне. 2. «Европа регионов» в смысле интенсификации межрегионального сотрудничества, «срастание» Европы (горизонтальная интеграция). Здесь речь идет прежде всего о том, что государственные границы могут препятствовать полноценному развитию естественных регионов. 3. «Европа регионов» как трехступенчатая или трехуровневая Европа — Евросоюз — национальное государство — регионы (вертикальная интеграция). В этом понимании «Европа регионов» противостоит «Европе отечеств» де Голля и бюрократической «Европе инстанций», а европейские регионы признаются в качестве автономных политических акторов в интеграционных процессах. Целью Еврорегиона является «развитие регионального самосознания, превращение нескольких периферий в центральный европейский регион, диверсификация промышленной структуры, стабилизация рынка труда»3.
Создание Евросоюза. 7 февраля 1992 г. в Маастрихте (Голландия) подписан Договор о Европейском Союзе, в котором члены Европейских сообществ согласились расширить сотрудничество в таких сферах, как внутренние дела, правосудие, безопасность и внешняя политика. Маастрихтские соглашения - результат более чем десятилетия поисков консенсуса в области дальнейших направлений объединения, особенно в сфере политического сотрудничества. Подписавшиеся в большей или меньшей степени руководствовались федералистской концепцией объединения, хотя формально в правовом смысле пока не создано союзного европейского государства с соответствующей правоспособностью в международном праве и международных отношениях. Налицо размывание граней между внешней и внутренней политикой, границами, территориями и всем тем, что составляет суть суверенитета государства. Как бы не интерпретировался принцип субсидиарное, включенный в текст Договора о Европейском Союзе, он создает новый механизм сохранения динамики интеграционного развития Сообщества. В преамбуле Договора говорится о решимости продолжать строительство "все более тесных связей между народами Европы, где решения будут приниматься насколько возможно близко к гражданам в соответствии с принципом субсидиарности". Конечно, процесс переноса полномочий с государств-членов на Сообщество займет немало времени, будет сопровождаться противоречиями, но создается основа для психологического преодоления национальной исключительности в пользу европейской идентичности. Принцип субсидиарное, заложенный в Маастрихтский договор, своими историческими корнями уходит в европейскую политическую мысль XVI в., в особенности в теорию Иоганна Альтхауса Альтузия (1557-1638). Для Альтузия суверенитет (ius regni) олицетворяется в контракте государя с народом, интересы которого представляют сословно организованный "корпус", облеченный властью в лице разных нижестоящих государственных и сословно-представительных инстанций. Система Альтузия, как и европейская федерация с принципом субсидиарности, строится на движении снизу вверх. Малое сообщество с ограниченными функциями соединяется в более обширное территориальное объединение - регионы. Богатые и сильные регионы Германии, Испании, Бельгии, Великобритании и Франции (непризнанные на конституционном уровне) пытаются использовать принцип субсидиарности: возможные потери политического влияния на национальном уровне должны возместиться доступом к формированию европейской политики. Особенности региональной политики в Евросоюзе. В многонациональной России региональная политика имеет свою специфику, поэтому невозможен простой перенос опыта государств Евросоюза на современные российские условия. Вместе с тем интерес к процессам межгосударственных отношений в Европе после Маастрихта, перспективы европейского федерализма и регионализма, особенности проведения региональной политики в рамках Евросоюза связан с необходимостью осмысления этих процессов в контексте развития федеративных отношений в России и учета европейского опыта проведения региональной политики в условиях открытого государства. В развитых странах региональная политика рассматривается прежде всего как средство государственного регулирования социально-экономических процессов в проблемных регионах страны и снятия социальной и экологической напряженности. Следует учитывать появление наднационального уровня разработки региональных программ, поэтому в отдельных случаях возникает необходимость дополнения содержания понятия "региональная политика" транснациональным аспектом. Не случайно, в научной литературе все чаще используются понятия "пространственная политика", "территориальная политика", имеющие более емкое содержание. Сведение региональной политики западных государств к проведению мероприятий, направленных лишь на регионы (проблемные, депрессивные, отсталые и т.п.), становится все менее полезным. В этом случае как бы игнорируются общие закономерности размещения производительных сил, общенациональные отраслевые проблемы и т.д. Опыт ведущих стран Запада свидетельствует о том, что классические региональные разработки постоянно дополняются другими направлениями государственной политики, связанными с преобразованием пространства, - всеобщим макрорегулированием процесса воспроизводства, реализацией отраслевых программ, развитием практики так называемых "зеленых планов" (направленных на реорганизацию и модернизацию сельского хозяйства), районной планировкой, моделированием национальных коммуникационных систем и энергичной экологической политикой. Впервые государственные органы стран Западной Европы начали оказывать целенаправленную помощь отдельным регионам в 1930-х гг. в период экономического кризиса, когда вследствие значительного спада производства сильно пострадали старые промышленно развитые регионы и территории с монополизацией промышленного производства. Впоследствии сформировалась и получила свое правовое оформление целостная система региональной политики европейских государств. Подписание Маастрихтских соглашений открыло прямой путь к превращению "Европы национальных государств" в "Европу регионов". Сегодня "европейское развитие характеризуется тремя основными тенденциями: регионализацией и унификацией экономических, инновационных процессов; неуклонно возрастающей дифференциацией социальных стандартов в Европе; тенденцией к созданию инстанций наднационального характера, облеченных правом принятия политических решений ". Образование Евросоюза создает для жизнедеятельности регионов Европы новую политическую и хозяйственную среду. Политически оно во многом снимает их прежнюю орбитальную привязку исключительно к столицам своих государств, расширяет ареал интересов и возможностей до размеров всего Евросоюза. Конкретно это выражается в переплетении интеграции с процессами децентрализации властных полномочий, в результате чего все больше решений Евросоюза применяют в странах-членах уже не только общенациональные, но и региональные власти, а сами регионы выходят на прямые связи и партнерство с руководящими органами ЕС. Более того, возникает все больше областей, где эти новые партнеры не могут обойтись друг без друга. В первую очередь это касается провозглашенного в Договоре о Евросоюзе "все более тесного союза европейских народов, в котором решения принимаются с максимально возможным приближением к его гражданам", что могут обеспечить власти именно на местах, а не в столицах. На современном этапе развития Европейского Союза необходимой и востребованной оказывается именно местная, конкретная демократия, а сами регионы выступают как важные инструменты борьбы за дальнейшее углубление интеграции. Политически важно и то, что по мере замены различающихся национальных законодательств стран-членов европейским правом регионы отдельных стран Европы начинают функционировать во все более сходном и однородном правовом поле. Это в значительной степени унифицирует обмен опытом управления и хозяйствования, сближает механизмы принятия и исполнения решений на местах. Руководство Евросоюза придерживается в целом политики уважения специфики отдельных регионов и народностей, не препятствует их самосознанию и самовыражению, когда эти процессы позитивны. Но политическая совместимость регионов и Евросоюза имеет свои пределы. Диалектика интеграции проявляется и в том, что объективно складывающаяся в ее ходе либерализация условий жизнедеятельности регионов Европы вновь усиливает в определенных кругах соблазн указать на отмирание национальных государств или (в минимальном варианте) требовать участия регионов в выработке решений на европейском уровне совместно (наравне) с этими государствами. Высказываются мнения, что национальные государства потеряли определенную часть своей самостоятельности с тех пор, как стали делить свой суверенитет с ЕС, который многими воспринимается как супергосударство, а конкретные функции государственного управления - со своими составными частями. Также считается, что поскольку сегодня региональная политика определяется на европейском уровне, а практическое осуществление идет на уровне регионов, то и контроль над этими процессами все более ускользает от национальных правительств. Официальное руководство ЕС в этом споре, естественно, поддерживает государства, из которых и состоит Евросоюз. За 40 лет, прошедших с момента его создания, статус регионов в интеграции так и не был зафиксирован в Договоре о Евросоюзе, а Комитет регионов ЕС имеет консультативный статус лишь по узкому кругу проблем регионального развития. В научной литературе одни авторы высказывают мысль о том, что Европейский Союз к концу 1990-х гг. стал своего рода федеральным центром для регионов и неизбежно превратится в мощное федеративное сверхгосударство, способное противостоять другим мировым геополитическим центрам. Другие авторы высказывают скептицизм по поводу перспектив общеевропейского регионального развития. С созданием Евросоюза появились новые возможности для регионов - они стали полноправными участниками структурных изменений в Европе, поскольку в пределах своей компетенции могут участвовать в работе всех органов Союза. Это право наступило после ратификации Маастрихтского договора тем или иным государством и внесения поправок в собственное законодательство, касающееся компетенции регионов. При ЕС был создан и приступил к работе Комитет по региональному и местному самоуправлению. Представители местных властей и мэры городов получили возможность участвовать в деятельности ЕС, особенно по вопросам, которые Евросоюз возлагает на данный уровень власти в пределах ее компетенции, а также информировать свои регионы о деятельности ЕС. Работа в Комитете регионов осуществляется по следующим направлениям: ♦ региональное и экономическое развитие, местные и региональные финансы; ♦ территориальное планирование, сельское/рыбное/лесное хозяйство, экология моря, горные территории; туризм, сельские территории; ♦ система транспорта и коммуникации; телекоммуникации; ♦ городское планирование; ♦ планирование использования земли, окружающая среда, энергетика; ♦ образование, профессиональная подготовка; ♦ граждане Европы; исследования, культура, молодежь, потребители; молодежь и спорт; ♦ экономическое и социальное сближение, социальная политика, здравоохранение. Целью Комитета регионов является прежде всего реализация принципа субсидиарности, в соответствии с которым решения в интересах населения должны приниматься уровнями власти, которые находятся к нему ближе всего. Углубляющаяся регионализация Европы, возрастание роли и влияния регионов в европейских структурах явились противовесом тенденции глобализации и сверхфедерализации Евросоюза. Декларация о регионализме и Европейская хартия регионального самоуправления, которые в настоящее время рассматривают как государства, так и регионы Европы, - важные документы для регионов, стремящихся расширить и укрепить свои полномочия. Декларация о регионализме в Европе и Европейская хартия регионального самоуправления определяют направления, по которым, как считают европейские региональные политики, должны двигаться все регионы. Экономическое и социальное неравенство регионов представляет реальную проблему однородности как национальной территории, так и в целом Евросоюза. На самом деле национальной политики недостаточно для сокращения сложившихся различий между регионами. Эта политика гораздо более развита на европейском уровне, чем на национальном. Кроме того, все большее количество политических решений в таких сферах, как внешняя торговля, сельское хозяйство, промышленность, принимается на европейском уровне. Они необязательно имеют благоприятные последствия для всех регионов. Таким образом, Европейский Союз несет особую ответственность за проблемы, которые могут появиться вследствие этой европейской политики. Наконец, координация между регионами, расположенными с одной и с другой стороны внутренних границ Союза, является очевидной необходимостью для развития общественных инфраструктур, например дорог, каналов или железных дорог и для помощи в привлечении инвестиций.
Традиционно сложившуюся модель региональной политики в современной России пока сложно совместить с моделью региональной политики, проводимой в странах Евросоюза. Однако возможно применение основных принципов европейской политики регионального развития в границах СНГ, а также Союзного государства Россия-Беларусь. Все это подчеркивает значимость и актуальность дальнейших научных исследований, связанных со становлением новой парадигмы внутренней и внешней региональной политики Российской Федерации.
Институциональная структура Региональной Политики. Храмовая структура, как способ наглядно представить существующую специфику разграничения компетенций ЕС и государств-членов, появилась в Маастрихтском договоре, учреждающем Европейский союз. Храмовая структура «поддерживается» тремя «опорами» (pillars): · Первая опора «Европейские сообщества» объединяет в себе предшественниц ЕС: Европейское сообщество (бывшее Европейское экономическое сообщество) и Европейское сообщество по атомной энергии (Евратом). Третья организация — Европейское объединение угля и стали (ЕОУС) — прекратила своё существование в 2002 году в соответствии с учреждавшим её Парижским договором. · Вторая опора носит название «общая внешняя политика и политика безопасности» (ОВПБ). · Третья опора — «полицейское и судебное сотрудничество по уголовным делам». Ниже следует описание основных органов, или институтов ЕС. Необходимо иметь в виду, что традиционное для государств разделение на законодательные, исполнительные и судебные органы для ЕС не характерно. Если Суд ЕС можно смело считать судебным органом, то законодательные функции принадлежат одновременно Совету ЕС, Европейской комиссии и Европарламенту, а исполнительные — Комиссии и Совету.
Европейский совет: Высший политический орган ЕС, состоящий из глав государств и правительств стран-членов и их заместителей — министров иностранных дел. Членом Европейского совета является также председатель Еврокомиссии. Совет определяет основные стратегические направления развития ЕС. Выработка генеральной линии политической интеграции — основная миссия Европейского совета. Наряду с Советом Министров Европейский совет наделён политической функцией, заключающейся в изменении основополагающих договоров европейской интеграции. Его заседания проходят не менее чем дважды в год — либо в Брюсселе, либо в председательствующем государстве под председательством представителя государства-члена, возглавляющего в данное время Совет Европейского союза. Заседания длятся два дня. Решения совета обязательны для поддержавших их государств. Европейский совет следует отличать от Совета ЕС и от Совета Европы. Европейский совет — формально не входит в структуру институтов Европейского союза. В его рамках осуществляется так называемое «церемониальное» руководство, когда присутствие политиков самого высокого уровня придаёт принятому решению одновременно и значимость и высокую легитимность. Европейская комиссия — высший орган исполнительной власти Европейского союза. Состоит из 27 членов, по одному от каждого государства-члена. При исполнении своих полномочий они независимы, действуют только в интересах ЕС, не вправе заниматься какой-либо другой деятельностью. Государства-члены не вправе влиять на членов Еврокомиссии. Еврокомиссия формируется каждые 5 лет следующим образом. Совет ЕС на уровне глав государств и/или правительств, предлагает кандидатуру председателя Еврокомиссии, которая утверждается Европарламентом. Далее, Совет ЕС совместно с кандидатом в председатели Комиссии формируют предполагаемый состав Еврокомиссии с учетом пожеланий государств-членов. Состав «кабинета» должен быть одобрен Европарламентом и окончательно утвержден Советом ЕС. Каждый член Комиссии отвечает за определённую сферу политики ЕС и возглавляет соответствующее подразделение (так называемый Генеральный Директорат). Совет ЕС – или «Совет Министров», наделён рядом функций как исполнительной, так и законодательной власти, а потому нередко рассматривается как ключевой институт в процессе принятия решений на уровне Европейского союза. Был создан в 1952 г. и призван был уравновесить Европейскую Комиссию. Однако, компетенции этих органов чётко поделены. Если Европейская комиссия играет в большей мере административную роль, то Совет Министров ЕС осуществляет политическое лидерство. Совет играет ключевую роль в тех областях европейской интеграции, где принятие решений происходит на межправительственном уровне. В терминологии храмовой структуры Маастрихтского договора можно сказать, что Совет наиболее компетентен в тех вопросах, которые могут быть отнесены ко второй и третьей опорам европейской интеграции (совместная внешняя политика и политика в области безопасности и сотрудничество по внутренним вопросам). В то же время Совет ЕС входит в корпус институтов законодательной власти Европейского союза. Некоторые исследователи (С. Хикс) рассматривают Совет Министров как верхнюю палату в политической системе Европейского союза. Фактически любой правовой акт Евросоюза должен получить одобрение Совета, однако ряд правовых актов, а также бюджет Европейского союза подлежат совместному решению Совета и Европейского Парламента.
Региональное развитие на территории Российской Федерации.
Оценки российской регионализации — одной из существенных характеристик посткоммунистической России — полярны: от восприятия ее как нормальной реакции общества на советский сверхцентрализм до признания ее итогом формирования на территории страны неофеодальных региональных политических режимов. Очевидно, однако, что лавинообразный рост российского регионализма превратился в 90-е г. в политическую проблему, которая, в свою очередь, явилась следствием фундаментальных системных сдвигов на рубеже 80—90-х г. Таким образом, системный кризис в России может быть описан, и частности, через процессы развивающейся регионализации тсударства и хаотической политической и экономической децентрализации. Отметим, что регионализация не была абсолютно новым феноменом для России. Так, в ходе советской истории выделяются дна цикла регионализации «по-советски» (внедрение территори-нльного принципа управления экономикой): в конце 20-х гг. (нэповская практика местного хозяйствования на базе огромных по площади «административно-экономических областей») и в 50-е гг. (хрущевские совнархозы и территориальные комплексы). Однако индустрия и военно-промышленный комплекс не вписывались в рамки регионов, уже поэтому советская регионализация — чисто жономического характера, естественно, — была изначально мпербной и не состоялась. На рубеже 80—90-х гг. требования экономической регионали-иции (прежде всего регионального хозрасчета) со стороны colon 1ых республик переросли в экономический (отказ от уплаты налогов союзному центру), далее — в политический сепаратизм22. Попытки союзного центра «умиротворить» республики посредством экономической регионализации оказались запоздалыми и не смогли предотвратить территориальную дезинтеграцию Советского Союза. Важнейшими характеристиками российской регионализации 90-х гг. были: 1) ее лавинообразный, стихийный характер, что стало возможным в силу правового вакуума на федеральном уровне и политического кризиса самого федерального центра; 2) ее этнический характер, поскольку этнические различия оставались в СССР одним из ключевых факторов культурно-территориальной дифференциации. Таким образом, «пионерами» российской политической регионализации стали крупные, экономически и политически мощные республики — Татарстан и Башкортостан. Регионализация стала одной из причин усиления неоднородности, фрагментированности российского пространства. Следует различать внутренние и внешние причины развертывания процессов регионализации в России в начале 90-х гг. К внутренним причинам относятся слабость федерального центра, разрушение вертикально организованной системы политического, хозяйственного и идеологического контроля, децентрализация общественной жизни, экономический кризис, с другой стороны — быстрое развитие и усиление региональных элит, обострение межнациональных отношений, наконец — сам фактор разнообразия российских регионов. Внешние причины регионализации страны складываются из: а) геополитических и геоэкономических факторов (географичес б) военно-стратегических факторов (военные альянсы, воен в) территориальных и этнических конфликтов, которые также С 1999—2000 гг. берут начало новые процессы: 1) экономическая и политическая рецентрализация России, падение роли регионального фактора в российском политическом пространстве. Оценить итоги этого пока еще незаконченною цикла крайне трудно, очевидно, однако, что подобная дерегионализа-ция чревата опасностью резкого усиления центробежных тенденций при любом ослаблении федеральной власти; 2) «новая регионализация» России, суть которой в потере административными регионами политической, экономической и социально-культурной активности и формировании новых «культурно-экономических» регионов, ориентированных на переход к постиндустриальной экономике, границы которых не совпадают с внутренними административными границами. «Новая регионализация» не замыкается границами России, в данном случае страна выступает как участник современного мирового процесса. С 2005 г. в отношениях между центром и регионами наметились новые изменения. Процесс централизации был в целом завершен. На новом этапе отмечается поиск центром оптимальной модели разграничения полномочий между центром и регионами. Во-первых, федеральный центр посчитал вполне достаточным уровень контроля за регионами и их властными элитами после перехода с начала 2005 г. к "мягкому назначению" губернаторов. Наметилось ослабление реальной роли полпредов, что стало заметным при анализе новых назначений на эти посты. Во-вторых, в таких условиях федеральный центр запускает процесс передачи на региональный уровень ряда детализированных полномочий, которые, как стало ясно, не могут эффективно исполняться на федеральном уровне. На федеральном уровне остается процесс принятия стратегически важных решений в сфере политики и экономики, в частности — в сфере совместного ведения. Высокий уровень политического контроля за региональными властными элитами сочетается с передачей отдельных полномочий в социально-экономической сфере на региональный уровень. В целом это свидетельствует об оптимизации отношений "центр — регионы", которая приходит на смену централизации 2000—2005 гг.
Федеративное устройство России было установлено в январе 1918 года, вскоре после установления республиканской формы правления. Оно сменило собой унитарное государственное устройство Российской империи. В настоящее время (на 2010 год) согласно статье 5 Конституции 1993 года, Российская Федерация состоит из равноправных субъектов. Во взаимоотношениях с федеральными органами государственной власти все субъекты Российской Федерации между собой равноправны. С 1 марта 2008 года таких субъектов 83. В скобках указаны статьи Конституции Российской Федерации, содержащие соответствующие положения.
47.Предметная область и уровни анализа мировой политики и международных отношений Становление мировой политики как научной дисциплины во второй половине ХХ в. Соотношение предметных областей мировой политики, международных отношений и политологии. Мировая политика в системе социальных наук. Международные исследования в современной России. Международные отношения как особая сфера общественной жизни, исторический характер их возникновения и развития. Специфика характера и природы МО, их отличие от внутриобщественных отношений. Понятия анархии и суверенитета. Взаимосвязи и взаимоотношения в международной среде. Соотношение понятий «мировая политика», «международная политика», «международные отношения», «внешняя политика». МП и МО как наука об основных закономерностях функционирования и развития международных систем. Основные категории мировой политики Понятие и признаки актора международных отношений. Государственные и негосударственные (национальные, интернациональные, транснациональные) акторы. Внешняя политика государства, ее внутренние источники, инструменты, методы. Уровни анализа и методы исследования в мировой политике Уровни анализа в мировой политике (индивидуальный, государственный, глобальный).
Дата добавления: 2015-04-24; Просмотров: 2185; Нарушение авторских прав?; Мы поможем в написании вашей работы! Нам важно ваше мнение! Был ли полезен опубликованный материал? Да | Нет |